в джазе только девушки персонажи

Американец в Париже (1951) • С песней в моём сердце (1952) • премия не вручалась (1953) • Кармен Джонс (1954) • Парни и куколки (1955) • Король и я (1956) • Девушки (1957) • Тётушка Мэйм (комедия) + Жижи (мюзикл, 1958) • В джазе только девушки (комедия) + Порги и Бесс (мюзикл, 1959) • Квартира (комедия) + Нескончаемая песня (мюзикл, 1960) • Величие одного (комедия) + Вестсайдская история (мюзикл, 1961) • Женщина в мехах (комедия) + Музыкант (мюзикл, 1962) • Том Джонс (1963)

Источник

Как снимался фильм «В джазе только девушки»

Кинокомедия «В джазе только девушки» стала важной вехой при переходе от студийной системы к системе независимого продюсирования. В сценарии картины имели место весьма вольные с точки зрения морали 1950-х годов реплики героев и повороты сюжета. Из-за сексуального подтекста картины органы цензуры отметили, что она не соответствует традиционным нормам морали. Тем не менее, лента попала в широкий прокат, и с её выходом на экраны ассоциируется постепенный отказ от кодекса морали Голливуда

Фильм получил преимущественно положительные отзывы критики и признан специалистами одной из лучших комедий за всю историю американского кино. Вольное смешение жанров, пародия на довоенные гангстерские фильмы были оценены специалистами. Высокую оценку получили сценарий, режиссура и актёрская игра.

Среди недостатков критики отметили излишнюю эпатажность и ненатуральность сюжета. В ходе работы над картиной Мэрилин Монро пережила серьёзный психологический кризис, попав в больницу после попытки самоубийства. Из-за этого завершение работы над фильмом задержалось примерно на 15—18 дней и произошёл значительный перерасход бюджета. Тем не менее, сборы фильма намного превзошли затраты: при бюджете в 2,8 млн долларов он собрал только в Северной Америке около 7 млн долларов.

Весной 1957 года продюссер Билли Уайлдер встретился со своим давним знакомым Робертом Тоереном. Он предложил Уайлдеру создать сценарий по мотивам своего старого фильма. Речь шла о довоенной французской музыкальной комедии «Фанфары любви» («Fanfare d’amour») и её немецкой адаптации 1951 года. В Германии картина была настолько популярна, что в 1953 году было выпущено продолжение «Fanfaren der Ehe». В сюжете рассказывалось о двух актёрах, меняющих внешность и, по ходу действия, переодевающихся женщинами. Уайлдер заказал копию картины 1951 года, чтобы лучше с ней познакомиться и решить возможный вопрос с авторскими правами. «Фанфары любви» сложно было отнести к шедеврам жанра. Уайлдер назвал картину «третьеклассной и неописуемо ужасной», но в сюжете было то, что он искал.

В январе 1958 года большая часть сценария была написана. Завязка сюжета не вызывала сомнений, но логичную концовку удалось найти не сразу. Двое мужчин-музыкантов в поисках работы, изменив внешность, попадают в женский ансамбль. Один из них влюбляется в солистку ансамбля и некоторое время скрывает от неё, что он мужчина. Сценаристы не сразу нашли, как должен был развиваться сюжет, ведь логичным было бы сразу открыться девушке. Тогда и возник сюжетный ход с гангстерами, преследующими музыкантов. Действие было решено перенести из современности в 1920-е годы. В сценарии нашли отражение события времён «сухого закона», известные как бойня в День святого Валентина.

Появились ссылки на фильмы 1930-х. Так, например, персонаж Маленький Бонапарт — аллюзия на фильм «Маленький Цезарь». На сценарий повлияли и некоторые реальные события. С февраля по июль 1958 прошла забастовка музыкантов Голливуда, что проявилось в тексте в виде сцены посещения бедными музыкантами агентства Полякова. В целом, сценарий получился по тем временам весьма рискованным и идущим вразрез с привычными для публики представлениями. Когда Дэвид Селзник услышал о стрельбе и трупах в музыкальной комедии, он попытался отговорить коллег от съёмок, предсказав фильму провал. Сценаристы, впрочем, не прислушались к совету и сделали всё по-своему.

Рабочим названием картины было Not Tonight, Josephine! («Не сегодня, Джозефина»). Название «Some Like It Hot» («Некоторые любят погорячее») предложил Даймонд, взяв фразу из реплики героя картины. 1920-е годы — времена расцвета джаза и выражение hot (в смысле «зажигательной» мелодии) звучало очень удачно.

Весной 1958 года, когда работа над сценарием подходила к концу, начался подбор актёров. Уайлдер уже имел совершенно чёткое представление о будущей работе. Она задумывалась как картина высшей категории, без компромиссов. Продюсеры собиралась сделать ставку на звёзд первой величины с тем, чтобы полностью застраховаться от проблем с восприятием картины публикой и прокатом.

В ходе своей работы сценаристы ориентировались на образы актёров Дэнни Кей и Боба Хоупа — ведущих американских комедийных исполнителей 1950-х, но затем мнение поменялось. Уайлдер решил выбор в пользу более молодых. Первым в поле его зрения попал Тони Кёртис, уже известный в Голливуде. Уайлдеру он запомнился по роли в «Сладком запахе успеха». Первым контракт был подписан с Кёртисом, причём, по мнению Уайлдера, он мог сыграть любую из двух заглавных мужских ролей.

Mirisch Brothers считали, что на роль Джо-Джозефины подошёл бы Фрэнк Синатра. Уайлдеру затея не нравилась (Синатра был известен своим сложным характером), но актёр не посчитал нужным даже откликнуться на предложение.

Рассматривались варианты с Эдди Кантором, Джеком Бенни и другими. Джека Леммона режиссёр присмотрел по его роли в фильме «Операция „Безумная вечеринка“». Режиссёр заранее предупредил, что большую часть фильма придётся ходить в женском платье, но Леммон немедленно принял предложение. Режиссёру пришлось выдержать некоторое давление со стороны будущего дистрибютера United Artists. Там считали Леммона «не настолько большой звездой», но кандидатуру Джека он отстоял.

Главная женская роль была самым ответственным и в то же время самым слабым звеном проекта. На роль Душечки рассматривались кандидатуры Митци Гейнор, Одри Хепберн, Элизабет Тейлор. Все они не устроили продюсеров по причине несоответствия образу или отсутствия вокальных способностей.

В апреле 1958 года Уайлдер получил письмо от Мэрилин Монро. Актриса уже почти два года не снималась и выразила заинтересованность в новой работе. Уайлдер перед этим имел не самый удачный опыт работы с Мэрилин в картине «Зуд седьмого года». Капризы актрисы привели тогда к срыву съёмочного графика, но режиссёр понимал, что коммерческий успех картины мог быть связан именно с личностью Монро. Уайлдер предложил Монро роль Душечки и выслал пятистраничный набросок роли.

После первого прочтения Монро осталась недовольна. У актрисы были другие интересные предложения от Fox и MGM, и она колебалась. Монро совершенно не устраивало её сложившееся экранное амплуа, а тут ей снова предлагали роль «тупой блондинки». «Героиня даже не может отличить мужчину от женщины», — комментировала своего персонажа Мэрилин. С 1955 года актриса посещала занятия по актёрскому мастерству и была, как она считала, готова к более сложным ролям.

В конце концов, на актрису повлиял её супруг — Артур Миллер. Знаменитый драматург, прочитав сценарий, оценил качество текста и убедил Мэрилин в том, что всё в порядке: остальные персонажи тоже не могут опознать мужчин в женщинах. Фильм мог оказаться вполне успешным. Кроме того, супруги очень нуждались в деньгах, а новый контракт позволял не просто рассчитывать на фиксированный гонорар, но и на процент от проката. Это стало последним аргументом. Монро подписала контракт на участие в фильме 28 апреля 1958 года.

Контракт Мэрилин Монро со студией Fox требовал, чтобы она снималась только в цветных картинах. По требованию Монро, Уайлдер сделал несколько проб на цветную плёнку, но он уже принял решение снимать чёрно-белую картину. Уайлдер вообще не любил цветное кино, и новую картину они со сценаристом Даймондом хотели стилизовать под довоенные гангстерские фильмы, где чёрно-белая гамма смотрелась гораздо более уместно. Монро режиссёр сообщил, что мужчины, загримированные под женщин, в цвете выглядят, как «двое размалёванных геев». Просмотрев пробы, Монро была вынуждена согласиться с мнением Уайлдера.

Примерно за месяц до старта съёмок, на этапе пре-продакшн, актёры начали вживаться в образ женщин, им стали подбирать грим и костюмы. Кинокомпания специально наняла известного женского имперсонатора Барбет (en), чтобы дать актёрам уроки: как естественно носить платье, ходить на каблуках, обрести женскую походку и жесты.

У Тони Кёртиса занятия сразу пошли успешно, хотя внутренне он чувствовал себя очень скованным. Тони пытался ориентироваться на образ Грейс Келли и даже не старался выглядеть смешным.

Леммон, в отличие от него, не чувствовал никакой неловкости от женского платья и макияжа. Он совершенно свободно разгуливал в таком виде по киностудии и вёл себя так, будто носил платье всю жизнь. Однако попытки научить Леммона выглядеть женщиной оказались безуспешны — преподаватель, сдавшись, покинул съёмки через три дня

Пришлось пойти на компромисс, и образ Дафны он создал как несколько карикатурный и неловкий. С другой стороны, Кёртис так и не смог убедительно изобразить высокий голос и в женской части роли его дублировал Пол Фриз. Джек Леммон с озвучанием справился самостоятельно.

Кёртис, в молодости работавший в модном ателье, остался совершенно недоволен женскими платьями, которые им подобрали костюмеры. Они не подходили, и необходимо было специально сшить платья заново под мужскую фигуру. Кёртис обратился к Уайлдеру с вопросом: кто шьёт платья для Монро? Как выяснилось, им был известный модельер Орри-Келли. Кёртис настоял на том, чтобы Орри-Келли создал платья и для них с Джеком. Фасон без талии, с длинными рукавами смотрелся намного лучше, и только после этого актёр остался удовлетворён.

Уайлдер с сомнением оценивал результаты перевоплощения. Джек Леммон решил, что окончательным экзаменом для актёров станет посещение женского туалета киностудии. Результаты были не особенно успешными — актёров узнавали и в новом облике, но после проверки Кёртис приобрёл необходимую уверенность.

Актёры ещё раз показались Уайлдеру, и он согласился с результатами, сказав: «Ладно. Больше ничего не меняйте». Кёртис и Леммон неидеально изображали женщин, но режиссёр согласился с тем, что это приемлемо. Некоторая неловкость и должна быть у мужчин, притворяющихся женщинами, что только усиливает комический эффект.

Каждый съёмочный день, когда актёрам необходимо было изображать женщин, они прибывали на студию примерно в 5:30 утра для грима, с тем, чтобы примерно к 10:00 быть готовыми к съёмкам. Целый день работы на высоких каблуках нагружал непривычные ноги до того, что в перерывах актёры опускали их для облегчения боли в ведро со льдом.

«Я поймал себя на том, что думаю как женщина. Билли, полагаю, понимал то, что перевоплощение в женщину будет иметь подобный эффект. Я довольно восприимчив к ролям, которые я играю. Я обнаружил, что беспокоюсь о безопасности, совсем как Дафна.» — Джек Леммон

Съёмки картины прошли с августа по ноябрь 1958 года. Для съёмок Mirish Corporation сняла студию Samuel Goldwyn. Пейзаж для картины нашли в Калифорнии, в районе округа Сан-Диего. В качестве отеля Seminole — Ritz hotel в Майами, был использован отель «Дель Коронадо» (Hotel del Coronado) и его пляж. События внутри гостиницы, впрочем, были полностью отсняты в павильоне.

Съёмки в Coronado начались со сцены на пляже, где герой Кёртиса впервые предстаёт в облике миллионера Джуниора Шелла. Сцена не давалась актёру, пока Кёртис не нашёл решение и спародировал британскую манеру речи молодого Кэри Гранта в картине «Филадельфийская история». В начале работы над картиной Мэрилин Монро была ещё в хорошей форме. Эту достаточно сложную сцену, с почти сотней строк текста, удалось снять с первого дубля, и проблем со стороны Монро не возникло.

Одной из наиболее сложных сцен, пришедшихся на вторую часть съёмочного графика — 24 октября, стало свидание на яхте. В первоначальном варианте сценария Джо, ставший мистером Шеллом Джуниором, соблазнял Душечку. Однако, как только Уайлдер получил подтверждение, что в картине будет сниматься Монро, он всё переиграл.

Теперь Душечка должна была соблазнять нефтяного магната. Тони Кёртису пришлось терпеть 42 дубля, пока Мэрилин, наконец, не сыграла её, как необходимо. По замыслу сценаристов, Душечка, соблазняя, ложилась на Шелла Джуниора сверху. В одном из дублей у Кёртиса возникла физиологическая реакция и ему стоило немалого труда контролировать себя и сфокусироваться на работе. Хотя дело ограничилось только поцелуями, впоследствии именно эта сцена была оценена цензурой как наиболее рискованная и аморальная во всём фильме.

Возвращение Монро на съёмочную площадку после долгого перерыва привлекло повышенное внимание СМИ. Репортёры и поклонники постоянно дежурили в районе съёмочной площадки Goldwyn Studios и отеля Coronado. Каждое появление Монро на публике создавало нездоровый ажиотаж. Съёмочный процесс и график работ серьёзно пострадали из-за актрисы.

Трудности в личной жизни, нескладывающийся брак, депрессия накладывали отпечаток на её поведение. Когда начались съёмки, выяснилось, что Мэрилин беременна. В начале 1958 года у Монро уже был выкидыш, и она старалась быть очень осторожной. С супругом у неё были сложные отношения. Артур Миллер регулярно появлялся на съёмочной площадке и иногда устраивал ей сцены, что также не способствовало созданию рабочей атмосферы.

В начале съёмок актриса была в нормальной форме, но начиная с этапа в отеле Coronado, ситуация ухудшилась. В последние недели Монро, не особенно скрываясь, употребляла алкоголь прямо возле камеры. У Монро были также серьёзные проблемы со сном, и она не засыпала раньше 4 утра.

В результате актриса постоянно опаздывала на съёмки. Уайлдер вспоминал, как однажды актриса не появилась вовремя, сославшись на то, что забыла адрес киностудии. На съёмочной площадке она часто спорила с режиссёром по поводу своей роли, фильма в целом и просила переснимать неудачные на её взгляд сцены.

Уайлдер ещё с предыдущей картины знал, что Мэрилин было сложно сконцентрироваться перед камерой и запомнить хотя бы одну фразу своего текста. Режиссёр дробил её сцены на максимально короткие, но и это не помогало.

Доходило до того, что реплики записывали на листочки и раскладывали в реквизит, а также писали их на доске укреплённой над камерой, на манер телесуфлёра. В некоторых сценах (например, эпизод в концовке, где Душечка разговаривает по телефону из своего номера) можно заметить, как она водит глазами, читая текст.

Режиссёра также крайне раздражало и то, что Монро продолжала брать уроки актёрского мастерства и в ходе съёмок. Её преподавателем была Пола Страсберг. Монро сначала спрашивала её мнение по поводу снятой сцены, и только потом мнение Уайлдера. В одном из эпизодов, после команды «снято», Уайлдер в бешенстве соскочил со своего места и саркастически выкрикнул Страсберг: «Ну как тебе сцена, Пола?!».

На нервной почве из-за постоянных размолвок у Уайлдера появились боли в спине, и он не мог нормально спать. Съёмки при этом продолжались, и режиссёр, понимая состояние актрисы, сдерживался, и пытался вести себя с ней насколько возможно деликатно. Минимальное количество локаций для съёмки картины — осознанный выбор, так как Уайлдер не хотел утомлять актрису постоянными переездами.

Однажды Пола Страсберг обнаружила Монро в тяжёлом состоянии в её гостиничном номере после очередной размолвки с супругом. Врачи определили передозировку снотворным, усугублённую приёмом шампанского. 15 сентября 1958 года (по другим сведениям 12 сентября) актрису пришлось экстренно госпитализировать в клинику Cedars of Lebanon Hospital in Hollywood. Съёмки были отложены на 15 дней.

Трудности возникали также у партнёров актрисы. Тони Кертис рассказывал о том, что в день, когда снималась наиболее сложная сцена с исполнением песни Монро «I wanna be in love» в танцевальном зале, её не могли нигде найти. Массовка из 200 статистов в костюмах ждала её почти целый день.

Среди съёмочной группы актрису в шутку называли Missing Monroe — Отсутствующая Монро. Потакание капризам звезды разлагающе действовало на съёмочную группу, которая была вынуждена простаивать. Некоторые актёры были на повременной оплате и для них задержки в графике были очень выгодны.

Кёртис был недоволен, что по вине партнёрши ему приходится иногда снимать десятки дублей простой сцены и он не может проявить свои способности сполна. Тони приходилось принимать успокоительные препараты и очередной эпизод он выдерживал только благодаря моральной поддержке Джека Леммона и Джорджа Рафта, не терявших присутствия духа. Леммон демонстрировал полное спокойствие на площадке и понимание проблем партнёрши. «Может, она и не великая актриса, но отдаётся задаче сполна. Она не встанет к камере, пока не будет абсолютно готова», — говорил он про Мэрилин.

Уайлдер просил Кёртиса и Леммона ответственно отнестись к ситуации. Неизвестно, в каком по счёту дубле Мэрилин выдаст необходимый результат, но им нужно сыграть хорошо во всех дублях. Кёртис вспоминал, как его преследовала навязчивая мысль — а что если у Мэрилин наконец получится, но сцена будет провалена из-за него?

При монтаже встала непростая задача по отбору годных материалов из множества дублей. В первых отлично получался Кёртис, но его партнёрша выглядела плохо. Через несколько десятков дублей эффектно смотрелась Монро, а её партнёр уставал. Кёртису приписывали слова о том, что он предпочёл бы скорее целоваться с Гитлером, чем с ней. Реплика вызвала серьёзный резонанс в прессе, и многие годы спустя актёру пришлось объясняться по этому поводу.

Картина вышла в прокат в США 29 марта 1959 года. Премьера в Нью-Йорке состоялась в кинотеатре Loew’s State Theatre. В день премьеры Бродвей был заполонен толпами поклонников Мэрилин Монро и пришлось приостановить движение по улице. Актриса приехала на премьеру на пожарной машине. Событие привлекло большое внимание прессы. \

Первые две недели прокат картины имел скромные масштабы, но начиная с третьей начало работать «сарафанное радио», аудитория значительно увеличилась и продюсеры вздохнули спокойно — успех ленты в прокате уже не вызывал сомнений.

-Как они ходят на таких каблучищах?! Как они сохраняют равновесие?!

— У них центр тяжести в другом месте.)))

Чувак,это мой самый любимый фильм,и твой пост просто ШИКАРЕН.
Прочла на одном дыхании.
Спасибо огромное.

Монро режиссёр сообщил, что мужчины, загримированные под женщин, в цвете выглядят, как «двое размалёванных геев».

В современном Голливуде на этом высказывании история фильма бы и закончилась, наверное.

Советую посмотреть фильм Амистад (Amistad)

Режиссёр: Стивен Спилберг
Жанр: Драма, исторический
Год: 1997
Страна: США

Очередной забытый всеми фильм Стивена Спилберга, который точно заслуживает большего внимания. Конечно, проблематика данного фильма не совсем подходит для российского зрителя, возможно он не до конца осознает её, и да, это очередной фильм про расизм, но в куда более жестоком его проявлении, чем мы видим его сейчас. И на самом деле, здесь можно разглядеть куда более понятный и знакомый всем смысл о том, что такое свобода, кто достоин быть свободным, и на что люди готовы, чтобы её получить.
Итак, если немного сказать о сюжете: Рабы поднимают восстание на корабле, в ходе которого убивают бо́льшую часть экипажа, после их арестовывают американские военные, они попадают в тюрьму. Затем начинается суд, в ходе которого выясняется, что рабы были незаконно вывезены из Африки, что даёт им возможность быть свободными и избежать смертной казни. Но в этом деле заинтересованы не только они, но и правительство США, королева Испании(Восстание было поднято на испанском корабле Амистад) и выжившие работорговцы с корабля, поэтому дело становится не таким очевидным.

Источник

• ← сильная боль при кашле в горле чем лечить
• Размер очков 50 что значит ray ban →