45 пехотная дивизия вермахта история
Гибель 45-й пехотной дивизии: как любимая часть Гитлера встретила свой конец
Гитлер благоволил 45-й пехотной дивизии вермахта – именно она штурмовала Брестскую крепость. Но пережить 1944 год ей было не суждено.
К началу Великой Отечественной войны 45-я пехотная дивизия вермахта, сформированная из 4-й австрийской дивизии, существовала третий год. Брест-Литовская операция 1941 года стала для нее первым серьезным боевым испытанием.
Брестскую крепость, согласно отчету командующего дивизией Фрица Шлипера, австрийцы штурмовали с 22 по 29 июня. Советские историки настаивают, что сопротивление отдельных групп защитников крепости продолжалось около месяца. Гитлеровцы потеряли убитыми более тысячи солдат и офицеров.
Начальник генштаба вермахта Франц Гальдер в своем дневнике назвал эти потери чрезмерными, было назначено расследование их причин.
Еще больше потери 45-я пехотная дивизия понесла в Елецкой наступательной операции, после участия в наступлении на Москву. Соединение участвовало в Курской битве. Бои в районе реки Березины в 1943–1944 годах в итоге оказались для него роковыми – к началу лета Красная армия почти полностью разгромила гитлеровскую дивизию, пишет «Русская семерка».
Гитлер настаивал на удерживании позиций группы армий «Центр» «в течение семи лет». Фронт группы был сильно растянут. Гитлеровское командование опасалось, что в случае наступления советских войск оборону удержать не удастся. Гитлеру было предложено два плана отступления. Он отверг оба. По мнению фюрера, Бобруйск, Могилев, Орша и Витебск должны были стать неприступными крепостями.
В районе Бобруйска располагалась 45-я пехотная дивизия, состоявшая из трех гренадерских полков. Ее численность составляла около 5 тысяч пехотинцев.
Наступление советских войск на линии обороны дивизии началось в начале июня 1944 года. В конце месяца командование 9-й армии вермахта приняло решение объединить три дивизии вермахта, расположенные в районе Бобруйска, в том числе 45-ю, в группировку «Хофмайстер».
Несмотря на это, с 25 по 27 июня советские войска вынудили дивизию отступить с занятых позиций. Близ Бобруйска был уничтожен 130-й полк 45-й дивизии. Уцелевшие сдались в плен.
По данным историка Игоря Мельникова, около 2,5 тысячам военнослужащим 45-й дивизии к концу июня 1944 года удалось в составе других гитлеровских соединений группы армии «Центр» прорваться в Бобруйск. Гитлер приказал держать город любой ценой. Но верховное командование этих призывов уже не слышало – в условиях нехватки продовольствия и боеприпасов, а также с 5 тысячами раненых об удержании города думать не приходилось.
Подразделения 45-й дивизии приняли свой последний бой в районе Свислочи.
Подписывайтесь на Baltnews в Яндекс.Дзен и присоединяйтесь к нам в Facebook
Как это было. Бобруйский «капкан» для австрийской дивизии
В результате аншлюса Австрии в 1938 году все шесть австрийских пехотных дивизий вошли в состав вермахта. Вскоре 4-я дивизия австрийской армии из Линца получила новую нумерацию и стала 45-й пехотной дивизией вермахта. Во время сентябрьской кампании 1939 года против Польши австрийские гренадёры сражались в группе армий «Юг», а через год поучаствовали и в военных действиях против Франции.
В июне 1941 года 45-я дивизия была одной из первых среди частей германской армии, вторгшихся в пределы Советского Союза. Именно австрийцы в составе 12-го армейского корпуса 2-й танковой группы принимали участие в осаде Брестской крепости. Затем было наступление на Москву, бои на Курской дуге, отступление на линию Березина-Днепр. Летом 1944 года 45-я дивизия находилась в составе 9-й армии в районе Бобруйска.
3 июня 1944 года в Минске фельдмаршал Буш сказал собравшимся командирам дивизий: «Фюрер приказал мне удерживать позиции группы до семи лет». Фронт группы армий «Центр» начинался у Полоцка, далее выдавался на восток у Витебска, затем проходил между Оршей и Рогачевом, образуя большой плацдарм восточнее Днепра, продолжался до Пинска, поворачивал на запад, затем на юг и у Ковеля соединялся с группой армий «Северная Украина».
При этом нацистское командование осознавало, что в случае советского наступления, немецким войскам будет сложно держать оборону на столь растянутом участке фронта, поэтому еще в апреле 1944 года было разработано два плана возможного отступления. По так называемому «малому решению», предусматривалось, что немецкие войска покинут выступ фронта в районе Витебска и плацдарм за Днепром. При «большом решении» все три армии должны были отойти за Березину и занять оборону по линии реки.
В апреле 1944 года, входившая в состав 9-й армии 45-я дивизия, состояла из 130-го, 133-го и 135-го гренадёрских полков. Артиллерия дивизии состояла из 98-го фузилерного полка, в составе которого было 32 легкие полевые 105-мм гаубицы и 12 тяжелых 150-мм орудий. Всего в составе пехотных частей дивизии было около 5 тысяч солдат, из которых 2378 находилось в резерве. Австрийская дивизия была хорошо вооружена и оснащена всем необходимым для организации долговременной обороны. Командовал дивизией генерал-майор Йоахим Конрад Энгель.
Генерал-майор Йоахим Энгель, командир 45-й пехотной дивизии.
Ситуация 45-й дивизии, которая, «потеряла» два своих полка перед началом боевых действий, осложнялась тем, что австрийцам пришлось оборудовать позиции, по сути, в болоте. В итоге гренадеры построили две линии окопов для пехоты и одну для артиллерии. Для расчистки сектора обстрела на 150 метров перед немецкими позициями был вырублен лес. Кроме этого, на дистанции в 3-4 км от основных позиций были выставлены дозоры в составе 5-10 солдат, снабженные связью с основными силами.
Бои местного значения на линии обороны 45-й пехотной дивизии начались уже в начале июня 1944 года. Советские войска искали слабые места в немецких порядках. 17 июня советский пехотный батальон 1316-го стрелкового полка, после продолжительной артиллерийской подготовки атаковал позиции 135-го полка вермахта. Нашим солдатам удалось сходу ворваться в первую линию немецких окопов и, закрепившись там, отразить контратаку противника. На следующий день советская пехота продолжила наступление, но атака была отбита артиллерийским огнем немцев, а затем началась немецкая контратака. В итоге, солдатам 45-й дивизии удалось вернуть потерянные позиции, при этом они захватили в плен 5 рядовых и лейтенанта из 17-й стрелковой дивизии.
На следующий день советские части перешлаи в наступление на всем фронте обороны 9-й немецкой армии. При этом наши солдаты прибегли к хитрости. Передовые отряды были переодеты в немецкую форму и, сблизившись с нацистами, тотчас же открывали огонь. На линии обороны 45-й дивизии советские части вклинились в боевые порядки немецких войск, однако развить наступление не удалось.
24 июня части 130-го пехотного полка вермахта приняли участие в боевых действиях в полосе обороны 134-й пехотной дивизии. Они контратаковали наступающие части советской армии и отбросили их от деревни Большая Коноплица. В течение следующих дней полк участвовал в отражении атак советской 120-й гвардейской стрелковой дивизии. В свою очередь, 133-й пехотный полк участвовал в боевых действиях на реке Друть в районе деревень Мортково и Фалевичи.
24 июня немецкая авиация обнаружила на Березине группу из 11 советских боевых катеров Днепровской военной флотилии, в задачу которых входила организация огневой поддержки наступавших сухопутных войск и атака немецких позиций на берегах рек. Командующий 45-й дивизией генерал Энгель отдает приказ о передислокации пехотного батальона, усиленного 75-мм орудиями к деревне Бельчо, находившейся на линии Бобруйск-Гомель. Кроме этого, часть артиллерии, переданной ранее другим подразделениям, была возвращена в расположение 45-й дивизии. Вскоре, командование 9-й армии объединяет 3 дивизии (45, 383 и 6) и создает Группировку «Хофмайстер».
25 июня 1944 года после артиллерийской подготовки две советские стрелковые дивизии перешли в наступление на всем фронте обороны 45-й пехотной дивизии вермахта. Советским солдатам удалось подавить сопротивление первой линии немецкой обороны. Бои шли за каждый блиндаж. К 9.30 утра, т.е. спустя час, после начала атаки советские войска захватили обе линии окопов, в которых оборонялись гренадёры 135-го полка. Однако, вскоре, подтянув оставшиеся в их распоряжении резервы, оборонявшиеся перешли в контратаку, и отбросили наши части к первой линии окопов.
В то время, когда 45-я дивизия из последних сил сдерживала советское наступление, оборонявшая соседний участок 36-я пехотная дивизия вермахта, понеся значительные потери, находилась на грани гибели. Ее правый фланг был смят советской пехотой, и остатки оборонявшихся там немецких частей отошли к местечку Паричи, по сути, оголив тыл 45-й дивизии.
Карта боевых действий в июне 1944 года под Бобруйском.
Генерал Энгель использует последние резервы для организации обороны на реке Березине, защищая свой тыловой район. Вскоре австрийцы получили приказ занять оборону на позициях 383-й пехотной дивизии, которой, в свою очередь, было приказано передислоцироваться в Бобруйск.
Советское наступление развивалось стремительно. Пехотинцы 65-й армии при поддержке танков 1-го гвардейского танкового корпуса прорвали немецкую оборону и начали стремительно продвигаться к Бобруйску, отрезая 36-ю пехотную дивизию вермахта от основных сил.
Вскоре в районе дислокации остатков 36-й дивизии появились советские бронекатера под командованием гвардии старшего лейтенанта Плехова, которые попали под огонь 75-мм орудий 45-й дивизии. Один из советских катеров получил серьёзные повреждения и загорелся. Через некоторое время на Березине показалась новая группа советских кораблей, которой удалось подавить немецкую артиллерию. Катера подходили вплотную к берегу и в упор, из пушек и пулеметов, расстреливали немецкие позиции. Вскоре, дорога к переправе в Паричах была открыта.
В это же время части 6-й советской дивизии, двигаясь по железнодорожной линии Жлобин-Бобруйск, вышли в тыл 45-й дивизии. Уцелевшие подразделения австрийских гренадёров отошли в район Титовки и заняли там оборону.
Но его солдаты, не останавливаясь, продолжали прорываться вперед. Без еды и почти без патронов, гренадёры вышли к Березине. В то время как командиры разрабатывали план переправы через реку, крупные силы противника снова обложили маленькую группу. Теперь уйти было не возможно, а дальнейшее сопротивление было бессмысленным. Очереди русских пулеметов окончательно решили их дальнейшую судьбу: плен. Таким был конец 133-го полка».
Пока советские части добивали остатки 9-й армии на подступах к Бобруйску, в районе Телуша-Ступени-Дубовка скопилось огромная масса немецких войск, которые готовились к прорыву из окружения. Грузовики, военная техника, машины: такую массу войск трудно было скрыть, тем более в том хаосе, который царил в Бобруйске в июне 1944-го.
Первые самолеты с красными звездами на крыльях появились в районе концентрации немецких войск в 19 часов 15 минут. Немцы развернули свои зенитки и открыли огонь по советской авиации, но, тут же, на защиту бомбардировщиков пришли штурмовики, которые в считанные минуты подавили немецкую артиллерию.
Остатки 45-й дивизии, смешавшись с другими подразделениями, прорывались в сторону Бобруйска. Немецкий историк Алекс Бюхнер пишет: «В это время в Бобруйске и окрестностях остатки дивизий пытались организовать оборону. Сам город приказом фюрера был объявлен «крепостью», который необходимо удержать любой ценой, даже если противник обойдет его справа и слева. Чем ближе войска подходили к спасительному Бобруйску, тем теснее становилось идти частям.
К этому времени русские уже разрушили понтонный мост, а их танки стреляли по городу. Несмотря на это многие попытались переправиться через реку вплавь, но лишь не многим это удалось сделать. Многих солдат унесло течением, и они утонули уже в прибрежных болотах».
Боеприпасов и продовольствия у окруженных было катастрофически мало. Раненных, которых, по разным данным, было, около 5000, немцы переместили в казематы Бобруйской крепости.
Ночью немцы предпринимают попытку вырваться из города. Первыми в атаку на советские части пошли несколько оставшихся танков и 12 бронетранспортеров из 20-й танковой дивизии, за ними подразделения 45-й дивизии, затем «недобитки» из 36-й дивизии и, наконец, замыкали немецкий ударный кулак остатки 383-й пехотной дивизии.
Первая немецкая атака захлебнулась, но второй волне прорывавшихся из Бобруйска немцев удалось пробиться через порядки советского 1183-го стрелкового полка и продвинуться в сторону деревни Назаровка. В районе Щатково авангард 20-й немецкой танковой дивизии столкнулся лоб в лоб с переправлявшимся 9-м советским танковым корпусом. Начался кровопролитный бой.
Подразделения 45-й дивизии пытались захватить Щатково, но это им не удалось и поэтому, гренадёры, обойдя этот населенный пункт, двинулись в сторону деревень Понюшковичи и Соломенка. В районе последней австрийцам пришлось вести бой с советской моторизованной колонной. После этого, остатки дивизии через деревню Красное прорвались к реке Волчанка.
Далее последовали бои за мост возле местечка Свислочь, в которых остатки немецких частей были разбиты. Командир 45-й дивизии генерал Энгель вместе с 13 солдатами был захвачен в плен под Тростенцом 9 июля 1944 года. Около 1500 солдат и офицеров дивизии, сумевшие пробиться из окружения, вскоре были отправлены в Линц. Так закончился бесславный путь австрийской дивизии вермахта на белорусской земле.
Игорь МЕЛЬНИКОВ, кандидат исторических наук, редактор портала «Историческая правда».
Отчет командования 45-й пехотной дивизии вермахта о штурме Брестской крепости
Память История и события
Отчет командования 45-й пехотной дивизии вермахта о штурме Брестской крепости. Высокие потери дивизии в ходе этой операции (1121 чел. убитыми и ранеными, что составляет 7% от её штатной численности) вызвали удивление и раздражение верховного командования — в обстановку «триумфального марша», с которого начался Восточный поход вермахта, они не вписывались. Уже 25 июня начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал-полковник Ф.Гальдер делает в своем «Военном дневнике» такую запись: «Подтверждается, что 45-я пехотная дивизия, по-видимому, зря понесла в районе Брест-Литовска большие потери… Выяснить эффективность огня наших установок «Карл» [тяжелые артсистемы] по району Бреста. Расследовать действия 45-й пехотной дивизии в районе Бреста. »
Можно предположить, что в ходе этого «расследования» и был составлен приведенный ниже отчет:
BA-MA, RH 20-4/192 (архивный фонд 4-й Армии вермахта)
45-я пехотная дивизия
Штаб-квартира дивизии 08.07.1941
Боевой отчёт о взятии Брест-Литовска
Задача дивизии, приложение сил и план артиллерийского огня исходят из приказа дивизии и приказа артиллерии (см. приложение)
22.06
Артиллерийский план наступления был разработан не столько с расчётом на его действительное воздействие, как на его внезапность. Таким он должен был быть, так как, несмотря на многочисленные запросы дивизии, оснащение было недостаточным и артобстрел не мог быть долговременным с учетом необходимости использования морального воздействия огня тяжёлых реактивных миномётов (150-мм шестиствольный реактивный миномет «Небельверфер», прим. ред.). Так как тяжёлые реактивные миномёты должны были стоять заряженными на почти открытых огневых позициях (на расстоянии выстрела!), то было необходимо, чтобы они открыли огонь одновременно с началом наступления, и пехота под прикрытием их огня несколько минут спустя пошла в атаку. Было бы желательно вначале провести длительную аптподготовку и только потом открыть огонь тяжёлыми реактивными миномётами, но из-за опасности, что эти орудия с боеприпасами могли быть поражены огнём противника, эту мысль пришлось отставить.
То, что тяжёлые реактивные миномёты не способны разрушить подвалы и другие укрытия крепости, было известно и неоднократно подчёркивалось командиром дивизии как особая слабость артиллерийского воздействия.
Распределение огня тяжёлых реактивных миномётов приблизительно соответствовало предложению командира 4-го полка тяжёлых реактивных миномётов для особого применения, только комдив приказал сосредоточить больше огня на главном острове, чем было ранее предложено.
Артиллерийское вооружение дивизии должно было вначале состоять — кроме дивизионной артиллерии (9 лёгких, 3 тяжёлых батареи) — только из тяжёлых реактивных миномётов (9 батарей пусковых установок, 2880 выстрелов) и двух 60-см орудий; последние из-за того, что они могли производить только один выстрел каждые 5 минут и из-за ограниченности поля обстрела могли лишь короткое время участвовать в наступлении.
22.6
Внезапность, которую оказали на русских огонь артиллерии и реактивных миномётов, а также очень энергично проведённое наступление пехоты, привели в начале к следующим результатам:
1) Железнодорожный мост через р. Буг был взят в результате смелой вылазки, взывчатка удалена и мост вместе другим мостом меньшего размера обезопасены. Переход войск по железнодорожному мосту стал возможен.
2) Наступление 130-го пехотного полка южнее крепости и города Брест-Литовска привело к тому, что до обеда были заняты неповреждёнными важные для прохода первой танковой колонны мосты через р. Мухавец юго-западнее и юго-восточнее города; штурмовые лодки 81-го сапёрного батальона, которые поднялись вверх по течению р. Мухавец, сыграли значительную роль при взятии мостов. Мосты удерживались против русских контрударов, в которых использовались танки, при этом 12 русских танков было уничтожено усиленным 130-м пехотным полком.
3) Мост через р. Буг на южной окраине крепости был быстро наведен; кроме того 81-й сапёрный батальон под огнём противника построил 8-тонный временный мост на северной окраине крепости.
В ранние предобеденные часы стало ясно, что артиллерийская поддержка ближних боёв в крепости невозможна, так как наша пехота тесно переплелась с русской, и наши боевые порядки в сплетении построек, кустов, деревьев, развалин частью невозможно определить, а частью они даже отрезаны или окружены русскими очагами сопротивления. Многократные попытки действовать отдельными орудиями, танками и легкими гаубицами стрельбой прямой наводкой не удавались из-за недостаточного обзора и из-за угрозы поразить своих солдат и, кроме того, из-за большой толщины стен крепости.
Также ничего не смогла сделать и проходившая после обеда мимо крепости батарея «штурмовых орудий» (самоходка на базе среднего танка с короткоствольной 75-мм пушкой, прим. ред), которую командир 133-го пехотного полка по собственной инициативе подчинил себе. Также и введение в бой новых сил 133-го пехотного полка (до этого резерв корпуса) на южном и на западном островах начиная с 13-15 не принесло изменения ситуации: там, где русские изгонялись, выкуривались из подвалов, домов, канализации и других закоулков, появлялись новые и стреляли превосходно, так что наши потери увеличивались.
Для уничтожения русских танков, которые могли прорваться из крепости в сторону города и для зачистки города севернее северного острова в сторону ж/д станции (северо-западнее города Брест-Литовска) был выведён 45-й истребительно-противотанковый дивизион (без одной роты — она была придана 130-му пехотному полку), где дивизион многократно имел возможность поражать русские танки.
Около 13-50 командир дивизии, находившийся в 135-м пехотном полку (северный остров), лично убедился в том, что ближним (рукопашным) боем крепость не взять и решил около 14-30 так отвести свои войска с тем, чтобы крепость была окружена со всех сторон и затем (ориентировочно после ночного отступления, начиная с раннего утра 23.6.) провести тщательно пристрелянный и наблюдаемый разрушительный огонь, который должен изнурить и уничтожить русских. Это решение было в 18-30 вполне определенно одобрено главнокомандующим 4-й Армии. Он не хотел ненужных потерь, т.к. движение немецких войск по шоссейной и железной дороге уже сейчас стало возможным; воздействие на них противника допускать было нельзя, а в остальном русских следовало выморить голодом.
Вечером 22.6. были отданы приказы на выход из крепости и её окружение 133-м пехотным полком с I-м дивизионом 98-го артиллерийского полка (город Брест) и II-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с запада, юга и востока, и 135-м пехотным полком с III-м дивизионом 98-го артиллерийского полка с севера, в основном на внешнем валу.
Для ведения поражающего огня упомянутый выше 854-й частично моторизованный дивизион 21-см мортир (12 орудий), находящийся на позициях в районе Koroscyn 31-й дивизии был подчинён 45-й дивизии. Три стационарных мортиры 34-й дивизии были также подчинены 45-й дивизии, но из-за недостатка персонала и средств связи они не могли быть использованы; однако их боеприпасы были подвезены и использовались для усиления огня.
23.6
Ночью проникшие на территорию крепости части 133-го и 135-го полков были согласно приказа отведены на позиции окружения крепости. К большому сожалению русские очень быстро заняли оставленные нами помещения, при этом группа немецких солдат (пехотинцы и сапёры, их число на тот момент ещё не было известным) осталась окружённой в крепостной церкви на главном острове; временами с ними ещё была радиосвязь, и у них находилось какое-то количество пленных русских.
Примерно в 9-00 верховное командование 4-ой Армии предложило поставить автомобиль с громкоговорителем, по которому русским должна была быть разъяснена бесполезность их сопротивления и потребована их сдача. Несмотря на это средство, дивизия пыталась подчинить себе проходящие мимо танки, т.к. было очевидно, что только таким образом можно действительно очистить острова и обойтись без неизбежных при окружении потерь. Тем временем планомерный разрушительный огонь продолжался. В 14-00 прибыл вначале маленький а затем и более крупный пропагандистский автомобиль с громкоговорителем; после записи подходящего текста они были отправлены с учётом направления ветра в 135-й полк (северный остров) и должны были, после проведённого с 17-00 до 17-15 усиленного обстрела, потребовать от русских в течение полутора часов сдаться в плен.
Действительно, по этому требованию, в то время как артиллерия резко смолкла, после 18.30 сдалось примерно 1900 русских; возникло впечатление, что воля к сопротивлению у русских значительно ослабла, и что при возобновлении артиллерийского огня и пропагандистской акции крепость падёт без новых потерь с нашей стороны. Поэтому автомобиль с громкоговорителем ещё вечером был отправлен в 133-й пехотный полк (южный остров), чтобы и там потребовать прекратить сопротивление. Однако пропаганда здесь не смогла быть услышана, так как с наступлением темноты русские предпринимали сильные попытки вырваться в сторону города на северо-восток и на восток, и сильный заградительный огонь артиллерии и пехоты заглушил звук громкоговорителя.
24.6
После попыток прорыва и оживлённого ночного огня русских стало ясно, что сдалась лишь небольшая, не желающая воевать часть русских, другие же были полны решимости к дальнейшей борьбе и отвергали всякую капитуляцию; по высказываниям пленных, это были офицеры и комиссары, которые частью письменно обязались сопротивляться до последнего, а также частью и их солдаты, которых они заставляли держаться до последнего, угрожая расстрелом и запугивая, что немцы их всё равно расстреляют.
Комдив принял решение, продолжая обеспечивать безопасность движения на автомобильном и железнодорожном мостах, вначале снова ввести в действие артиллерию, при этом медленный разрушительный огонь должен был чередоваться с сильнейшим объединённым огнём. В перерывах между обстрелами должны были снова и снова повторяться требования о сдаче, чтобы поколебать решимость русских сопротивляться. В беседе комдива с начальником штаба 4-ой Армии это решение было однозначно поддержано, начальник штаба указал на мнение командующего Армией — напрасно крови не проливать, главное — это обеспечить движение на дороге для танков.
С 11-30 до 11-45 было запланировано новое сильнейшее массирование огня с последующей затем перерывом и требованием о сдаче по громкоговорителю. Незадолго до этого удалось вновь установить радиосвязь с окружёнными в церкви крепости и узнать, что там на пределе сил держатся как минимум 50 человек, часть из них ранена. Вследствие этого было срочно принято решение о том, что в 11-45, когда артиллерия резко прекратит огонь, вместо пропагандистской акции послать к церкви сильный штурмовой отряд из состава 133-го пехотного полка с задачей вызволить осаждённых.
Используя действие особенно сильного артиллерийского обстрела с 11-30 до 11-45 133-му полку удалось освободить приблизительно 50 осаждённых и одновременно занять главный остров за исключением нескольких домов; также западная часть северного острова была занята 135-м полком, позже и южный остров вторым батальоном 133-го полка; при этом было взято 1250 пленных. Очагами сопротивления русских оставались части некоторых домов и так называемый «Дом Офицеров» на главном острове, восточная часть северного острова (восточнее дороги, ведущей с севера на юг), главным образом вал у северного сооружения (? в оригинале Werk) и восточный форт.
После обеда, во время зачистки главного острова, русские, примерно в составе роты, попытались прорваться через 1-е шоссе в сторону моста через р. Мухавец; они были уничтожены. Оживлённый огонь, который русские вели из своих очагов сопротивления, давал повод ожидать ночью новых попыток прорыва. Поэтому для прикрытия слабого места в кольце окружения между 135-м пехотным полком и 3-м батальоном 133-го полка был ещё поставлен 45-й разведывательный батальон. Русские пехотинцы с танками, действительно, пытались ночью пробиться из окружения, но были отбиты.
Полевой командный пункт дивизии был перенесен из Тересполь в Брест-Литовск.
25.6
С раннего утра продолжалась зачистка очагов сопротивления, при этом командиру 135-го пехотного полка были подчинены ещё 2-й батальон 130-го пехотного полка и 45-й разведывательный батальон с 3-м батальоном 133-го пехотного полка для зачистки северного острова. Применение артиллерии из-за тесноты не было возможным. Огневые средства пехоты оказались бессильны из-за большой толщины стен; тяжёлые танки и «штурмовые орудия» могли бы действовать с успехом, но их не было. Один исправный огнемёт 81-го сапёрного батальона без прикрытия танками не мог приблизиться к зданиям, поэтому дивизия пыталась восстановить и использовать несколько трофейных русских танков, на что можно было рассчитывать к 26.6. Кроме того, ночью командование 4-й Армии по нашему запросу подчинило 45-й дивизии 28-й танковый взвод (три французских танка Somua); введение их в действие ожидалось не ранее 26.6.
Наконец, к обеду стало возможным ввести в сражение один французкий танк Somua (два других танка 28-го танкового взвода были неисправны) и один русский трофейный танк (второй из-за частых отказов мотора был только условно пригодным); с их огнём по окнам и амбразурам русские стали намного тише, но успех не намечался.
В дальнейшем были отремонтированы ходовая часть и орудие (восстановлен частично удалённый затвор) «штурмового орудия», которое 22.6 была оставлено повреждённым на северном острове и попало в руки русским, а затем было снова введено в строй, и к ней подвезены боеприпасы. Отельные очаги сопротивления (одиночные русские всё еще стреляли из немыслимейших укрытий, как-то: мусорные вёдра, кучи тряпья и т.д.) были зачищены. Из восточного форта всё ещё велась стрельба.
Русские всё ещё отвечали на каждое неосторожное приближение.
Численность сил, занятых осадой, уменьшается, чтобы частично предоставить войскам необходимый им отдых.
На 30.6. готовилась атака с бензином, маслом и жиром, которые в бочках и бутылках должны были быть сброшены в ров и зажжены ручными гранатами или сигнальными ракетами.
30.6
Ранним утром восточный форт был полностью обыскан, собраны несколько русских раненых и лежавшие перед ними убитые немцы. Найдено большое количество боеприпасов. Некоторые плохо просматриваемые помещения были выжжены.
Во всё время боевых действий командование могло кроме радиосвязи пользоваться также и проводной связью, которую батальон связи, несмотря на большое количество водных преград и постоянный огонь противника, сохранял образцовым образом.
В результате тяжёлых боёв дивизии с 22 по 29. 6.41 можно констатировать:
1) Крепость и город Брест-Литовск заняты и таким образом движение по важнейшим путям снабжения (1-я танковая дорога и железная дорога Варшава, Брест-Литовск) на восток стало возможным и надежно прикрытым.
2) Крупные силы двух русских дивизий (6-й и 42-й) уничтожены, среди прочих захвачены следующие трофеи:
а) оружие:
— 14.576 винтовок,
— 1.327 пулемётов,
— 27 минометов,
— 15 орудий 7,5-см,
— 10 орудий 15-см,
— 5 гаубиц 15-см,
— 3 пехотных орудия,
— 6 зенитных орудий,
— 46 противотанковых пушек.
Всего: 103 орудия.
b) лошади: 780 лошадей.
c) подвижные средства: 36 танков и гусеничных машин, около 1500 автомобилей, в большинстве непригодных, 18 прочих пушек.
Пленными взято: 101 офицер, 7.122 унтер-офицера и солдата
Кроме того у русских тяжёлые потери убитыми.
На основании полученного опыта можно доложить:
Использование отдельных «штурмовых орудий», пушек, танков и т.д. из-за непросматриваемости многих закоулков крепости и большого числа возможных целей очень сложно и из-за толщины стен и сооружений не ведёт к успеху.
Особенно непригодна для таких целей тяжёлая реактивная установка залпового огня.
Воздушные удары самыми тяжёлыми бомбами есть отличное средство для морального потрясения гарнизона.
2) Внезапное нападение на крепость, в которой находится решительный защитник, стòит много крови. Эта азбучная истина в Брест-Литовске вновь подтвердилась. И для короткой внезапной схватки нужны мощные артиллерийские силы.
3) Русские сражались в Брест Литовске неимоверно выносливо и стойко, показали отличную солдатскую выучку и в большинстве своем проявили заслуживающую уважения готовность сражаться.
45-я дивизия поставленную ей задачу выполнила.
Потери были тяжёлые; они составляют:
— 32 офицера, 421 унтер-офицер и солдат убиты или пропали без вести
— 31 офицер, 637 унтер-офицеров и солдат ранены
Несмотря на эти потери и на выносливость и смелость русских, твёрдый воинский дух дивизии, которая получает своё пополнение главным образом из верхнедунайской области (т.е. Австрии, прим. ред.) малой родины фюрера и верховного главнокомандующего, образцово выдержал до последнего дня кровавые ближние бои.
Подписал Шлипер (Schlieper)
Копия верна, капитан
Перевод — Василий Ристо
Дочитали статью до конца? Пожалуйста, примите участие в обсуждении, выскажите свою точку зрения, либо просто проставьте оценку статье.