ангира гауранга прабху биография
Тема: О реинициации.
Опции темы
Поиск по теме
Отображение
О реинициации.
Недавно бывший Ангира Муни прабху и его супруга были реинициированы Его Святейшеством Джаяпатака Махараджем. Но, как нам кажется, его случай не подпадает под те случаи, которые описал, если не ошибаюсь, Нарахари Саракар Тхакур. Его дикша гуру в нормальной духовной форме, и его ученик с супругой могли бы быть просто шикша-учениками Джаяпатака Махараджа. Без принятия реинициации. По нашему мнению это создает прецедент. Будет ли вынесено какое-то частное определение в его адрес?
В феврале 2012 года меня пригласили, как представителя учеников Прабхавишну (Свами) в России, на встречу с членами Джи-Би-Си в Маяпуре, которые озвучили несколько вариантов поведения для учеников. Реинициация была одним из предложенных вариантов. Окончательное решение оставили за учениками. Кроме того, Джаяпатака Свами прекрасно знает эту ситуацию. И если бы это было противозаконно, он вряд ли пошел бы на такой шаг.
С позволения Ангира-Гауранги прабху (бывший Ангира-муни прабху) размещаю его письмо по этой теме:
Харе Кришна, дорогие вайшнавы!
Как возможно вы уже знаете, 10 дней назад, в день Гаура-пурнимы, в Шридхаме Маяпуре, мы с Кавери д.д. получили посвящение у Шрилы Джаяпатаки Свами Махараджа. Наши новые имена: Ангира Гауранга дас и Кавери Павани д.д.
Некоторые преданные после этого спрашивали у меня: почему мы получили это посвящение, насколько это законно с точки зрения правил ИСККОН и каков смысл этого?
В этом небольшом тексте я постараюсь ответить на эти вопросы.
В начале 2012 года в жизни Прабхавишну Махараджа произошел определенный кризис (который он сам объяснял чрезвыйчайной усталостью, накопившейся за много лет интенсивного служения). В результате он попросил освободить его от служения члена ДжиБиСи, статуса санньяси и обязанностей духовного учителя.
Решением ДжиБиСи в связи с этим было то, что его ученики могут поступить в соответствии со своей верой: они могут или продолжать считать его своим духовным учителем, или принять реинициацию у одного из действующих гуру ИСККОН. Эта резолюция продолжает действовать до сих пор.
Однако при этом я чувствовал, как год за годом мои отношения с Джаяпатакой Махараджем становятся все более глубокими. Меня все более поражало его бесконечное самопожертвование и стойкость, позволяющая ему продолжать проповедовать невзирая на ухудшающееся состояние здоровья.
Прошлый год был для меня непростым: серьезная болезнь, уменьшение энергии в теле, отсутствие возможности ездить и проповедовать как обычно. В начале этого года я прошел пятинедельный курс Панча-кармы, обновивший мое физическое тело. После этого я почувствовал необходимость также обновить и мою духовную жизнь. И мысли мои при этом все чаще обращались к идее принятия посвящения у Шрилы Джаяпатаки Свами.
Я надеюсь и дальше оставаться слугою всех вайшнавов,
с любовью,
Ангира Гауранга дас
Ангира Гауранга пр. и м. Кавери Павани в Тюмени!
Спешим сообщить вам радостную весть о приезде замечательных вайшнавов, учеников Его Святейшества Джаяпатаки Махараджа. Не пропустите редкую возможность познакомиться с ними!
Показать полностью.
Итак, с 31-го июля по 2-ое августа 2018 г. наш город посетит удивительная семья Е.М. Ангиры Гауранги прабху и матушки Кавери Павани.
Е. М. Ангира Гауранга Прабху присоединился к ИСККОН еще в восьмидесятых, первое посвящение получил в 1989 году. В настоящий момент является региональным секретарем по Москве и по благословению Его Св. Джаяпатаки Махараджа готовится стать инициирующим гуру в ИСККОН.
Вместе с супругой, матушкой Кавери Павани, переняв опыт старших преданных, он организовал в Москве эффективную систему заботы о преданных, распространив ее в разных городах России, СНГ и некоторых городах других зарубежных стран (речь идет о развитии наставнических групп духовного общения, именуемых «бхакти-врикша»).
В настоящее время Ангира Гауранга прабху и матушка Кавери Павани являются наставниками для многих сотен преданных по всему миру.
Планируется:
* общая программа для всех преданных общины в храме
* специальная программа для ведущих и членов бхакти-врикш, а также для тех, кто хочет стать членом группы духовного общения, обрести друзей в СК, духовную семью
* личные даршаны с Е.М. Ангирой Гаурангой прабху и матушкой Кавери Павани (по предварительной записи)
* женская санга с матушкой Кавери Павани
Дата, место и время проведения встреч будут сообщены позднее.
Ангира гауранга прабху биография
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Ангира Муни Прабху
Для тех, кто знает и любит этого удивительного вайшнава. История его знакомства с Кришной.
Был июль 1987 года. У меня был период обостренных духовных поисков. Я уже перечитал «Агни-йогу», какие-то христианские книги, что-то по буддизму, и везде чего-то чуть-чуть не хватало. Заходил в православные храмы – там особо поговорить было не с кем. И потом судьба меня привела в храм евангельских христиан-баптистов в Маловузовском. Там было получше, была какая-то молодежь, красивая музыка играла… Там ко мне подошел молодой человек с бородкой. Потом оказалось, что в кругах преданных его называют «Алёша – Божий человек».
Он спросил меня:
— Вы интересуетесь восточной философией?
А у меня тоже была бородка – это был знак, по которому легко можно было друг друга опознать в толпе. Я сказал:
— Ну конечно, интересуюсь!
— А вы что-нибудь слышали об Обществе сознания Кришны?
— Ну, в газетах писали какие-то гадости.
— Ну а что вы думаете? Надо пойти посмотреть.
Потому что все знали: если в газетах кого-то ругают – значит что-то интересное.
Он не был инициирован, но, как впоследствии выяснилось, в то время практиковал очень интересный способ служения Богу – ходил по всевозможным храмам разных московских конфессий и приглашал людей из одного храма в другой, помогая каждому найти его истинную сварупу. Он дал мне адрес и телефон Садананды и сказал:
— Приходите через несколько недель.
Через две недели я позвонил по этому телефону и пошел в квартиру Саданады, которая находилась в Малом Барашевском переулке.
Я ожидал, что приду на квартиру – а там будет какой-то йог бородатый с блеском в глазах. Ясно представлял себе, как Садананда должен был выглядеть по правилам того времени.
По указанному адресу оказался скрипучий, разваливающийся дом. На втором этаже была квартира Садананды, звонка там не было; висела веревочка, за которую надо было дернуть – звонил колокольчик, все было очень стильно.
Я позвонил, открылась дверь, показался Садананда, оказавшийся молодым человеком без бороды, в очках, очень скромного вида. Сказал:
— А-а! Раздевайтесь, заходите!
Я снимал в коридоре куртку, и тут раздался еще один звонок. Я открыл дверь; на пороге стоял участковый милиционер. Он посмотрел на меня и сказал:
— Ваши документы!
Я подумал: «Ого, куда это я пришел, интересно?» Я пожал плечами. У меня было с собой удостоверение – я только что устроился на работу, первый год после института. Я отдал ему удостоверение; в это время вышел Садананда. Милиционер показал ему на закрытую дверь в комнату и сказал:
— Откройте!
Садананда ответил:
— Не открою.
— Открывайте дверь!
— Не имеете права.
Я подумал: «Ничего себе, как он с милицией разговаривает! Разве можно так?» Мы были люди простые, советские, не знали, что с милиционерами можно спорить. К тому же, я не знал, что Садананда только что вернулся из зоны, и ему какой-то участковый – так, ничего серьезного. И пока они так пререкались в коридоре, я прошел на кухню, а там какая-то женщина мыла посуду, не обращая ни на что внимания. Я неуверенно сказал:
— Извините, пожалуйста, а что происходит?
И она, не поворачивая головы, ответила:
— А, здесь всегда что-то происходит…
И продолжала мыть посуду.
Я вышел в коридор, Садананда сказал мне:
— Пойдите, погуляйте пока. Тут позвонили две девушки, они там на углу ждут, тоже хотят придти. Вы с ними поговорите полчасика, а потом приходите сюда.
Я по его заданию пришел на угол – там же, где-то в районе Курского вокзала, – встретил этих девушек и за полчаса рассказал им все, что знал об индийской философии. Так я прочитал свою первую в жизни лекцию.
Через полчаса мы вместе с ними пришли по этому адресу. Мне открыли дверь; милиционера уже не было. Выбежал Гопал, племянник Садананды, вынес мне мое удостоверение, и меня пустили в ту самую комнату, куда не пускали милиционера! Что-то таинственное происходило.
Комната оказалась действительно необычной. Там не было никакой мебели, только подстилочки вдоль стен и большие, красивые картины на ткани. Там сидел некий человек, которого звали «Женя из Днепропетровска» и что-то рассказывал. То, что он рассказывал, было мне, в принципе, знакомо из предыдущих книг – душа, перевоплощение, карма, освобождение и т.п.
А потом говорит:
— А теперь давайте попоем.
Он запел. Песня была хорошая, но слова почему-то одни и те же, что для меня было странно. Слова были написаны на большом плакате, висящем на стене. Когда он допел, он сказал:
— А теперь давайте прасад; без прасада все пресно.
Принесли большие круглые тарелки, там лежал какой-то салат, что-то еще… Нам раздали эти тарелки, сказали: нужно доесть все до конца. На то, чтобы все это съесть, у меня ушло сорок минут. Я мучился, но съел. Садананда одобрительно подмигнул и сказал:
— Молодец. Аскезу совершил.
Ангира Гауранга д. (Ангира Муни д.)
Духовный поиск
Ангира Гауранга прабху, в миру Александр Кубельский, родился в 1964 году и с самого раннего детства пытался понять, как устроен этот мир, и в школе даже придумывал различные материалистические теории на этот счёт. В то время в СССР повсюду был сплошной материализм, но в конце 70‑х годов в Москве стали появляться первые подпольные кружки хатха-йоги – у людей пробудился интерес к чему-то большему, чем советский материализм. Родители Александра тоже загорелись интересом, и одна подпольная группа хатха-йоги стала собираться у них дома. Это была первая домашняя группа в жизни Александра, на ней собирались люди с горящими глазами, ищущие чего-то большего в жизни. На занятия они приносили отксерокопированные книги с новыми неизвестными духовными знаниями про йогу, душу, реинкарнацию. Пока родители занимались, Александр читал. Занятия по йоге вела молодая одухотворенная девушка. Однажды она глубоко зацепила Александра фразой: «Материализм – это просто вера в собственную смерть». Александр никак не хотел мириться с печальным концом материалистической жизни и решил во всём разобраться.
После школы он поступил в Институт стали и сплавов на кафедру кибернетики, а девушка-йог вышла замуж за православного монаха и стала серьёзно практиковать христианство. Однажды, попав к ним в гости, Александр был впечатлён их по-настоящему серьёзным духовным образом жизни и книгами по христианству. Они были вегетарианцами, молились по нескольку часов в день и изучали книги старцев. Одно из наставлений старца Александр хорош запомнил: «Подобно тому, как пёс враждует против зайца, так и наша гордость враждует с нашей ленью. Поэтому монах должен использовать свою гордость в борьбе с ленью, он должен ставить духовные цели и из гордости достигать их». Эта идея впоследствии стала основой духовной игры «преображение привычек».
Вдохновившись новыми знаниями, Александр продолжил поиски, начал поститься раз в неделю, посещать храмы, читать книги по христианству, буддизму, Рерихов и другие доступные в то время книги по философии и религии. В переводе древнего египетского папируса он прочитал новую для себя мысль, которая произвела на него глубокое впечатление, что нужно вернуться обратно к Богу. Не ограничиваясь книгами он посещал концерты классической музыки, музеи, выставки, думая, что искусство поможет разобраться, но везде чего-то не хватало. У Рерихов описывалась эпоха высокой духовности – Золотой Век, а также настроение человека служить благу вселенной. Это очень вдохновляло, но не хватало описания духовной практики, что делать конкретно – не понятно. И не хватало общества, где можно было обсуждать эти темы.
В 1986 году Александр закончил Московский институт стали и сплавов и начал работать в НИИ Чермет-автоматика, который занимался автоматизацией чёрной металлургии. Духовные поиски достигли апогея. Александр ходил по улицам Москвы и молился, и тут на него пролилась милость Господа – он попал в храм евангельских христиан баптистов. В храме всё было хорошо, доброжелательно, но философии не было никакой. На второе посещение храма к нему подошел странный молодой человек и спросил: «А вы что-нибудь слышали об Обществе сознания Кришны, хотите посмотреть?» Люди тогда знали, что если в газетах что-то ругают, а про Общество сознания Кришны писали много гадостей, значит –это интересное. Странный молодой человек написал адрес квартиры и время, когда можно прийти на программу.
Недалеко от Курского вокзала Александр нашёл старый двухэтажный деревянный дом. Поднялся на второй этаж и увидел дверь с висящим колокольчиком. Он позвонил в колокольчик и волнуясь ожидал, что сейчас откроет дверь йог с горящими глазами и мистическими способностями. Но дверь открыл скромный молодой человек в очках интеллигентного вида. Это был Садананда прабху. Он пригласил зайти внутрь, а сам пошёл в комнату. Тут снова раздался звон колокольчика. Александр открыл дверь и увидел на пороге участкового милиционера. «Ваши документы!» — строго сказал милиционер. «Кажется, влип», — подумал Александр, время было советское и появление милиционера ничего хорошего не предвещало. Тут из комнаты появился Садананда прабху. Милиционер мрачно посмотрел на него, указал не дверь комнаты и приказал: «Откройте!» «Не открою», — заявил Садананда. «Откройте дверь!» — повторил милиционер. «Не открою, не имеете права. Где у вас ордер на обыск? Нету? Извините», — уверенно произнёс Садананда.
«Никто при мне с милицией так не разговаривал», – подумал Александр, и сразу зауважал Садананду. Несколько месяцев назад Садананда вернулся с зоны, где провел пять лет своей жизни за проповедь сознания Кришны. После всех пройденных испытаний какой-то участковый милиционер не представлялся чем-то серьёзным. А в это время в кухне какая-то женщина мыла посуду, не обращая никакого внимания ни на милиционера, ни на весь шум-гам. «Скажите, пожалуйста, что здесь происходит?» – спросил её Александр. Не оборачивая головы, женщина ответила: «А здесь всегда что-то происходит». Это было всё, что ему объяснили про то место, куда он попал. Это были первые московские нама-хатты. На них всегда что-то происходило.
Так начался жизненный путь Александра Кубельского в сознании Кришны.
Начало проповеди
В 1989 году Александр получил посвящение у Прабхавишну Свами и стал на долгие годы известен, как Ангира Муни прабху.
Ангире Муне прабху очень нравились лекции Прабхавишну Свами. Больше всего запомнилась одна фраза, сказанная сильным решительным голосом: «Иди, и кого бы ты ни встретил, говори ему о Кришне! И так стань гуру и освободи всю свою землю». Ангира Муни прабху подумал: «О, вот это то, что мне нужно, это то, что я хочу».
В конце 80‑х годов Ангира Муни прабху часто по работе в институте ездил в командировки из Москвы в Новосибирск и там активно и увлечённо проповедовал. В это время в СССР был огромный голод по духовным знаниям, книги очень легко распространялись, и люди с большим интересом слушали рассказы о неизвестной для советского человека ведической культуре. Достаточно было повесить маленькое объявление на улице, и люди сами приходили по указанному адресу в указанное время, покупали книги и задавали вопросы. Количество преданных в Новосибирске начало расти, начала формироваться ятра.
В том же 1990 году впервые пришла партия профессионально переведённых на русский язык и изданных книг Шрилы Прабхупады, напечатанных в типографии в Швеции. Таких качественных книг на духовные темы в СССР раньше не было. Заказали 400 000 экземпляров книг, так как русские преданные полагали, что именно столько потенциальных преданных живёт в СССР и нуждается в литературе. Но фактически преданных было значительно меньше. Началась массовая санкиртана.
В Москве на Колхозной (улица Проспект Мира) появился первый ашрам. В пятикомнатной квартире жило 20 преданных. После работы Ангира Муни прабху приезжал туда в рюкзаком, брал книги, столик и ехал на близлежащую станцию метро, расставлял столик у входа и громко произносил: «Древнейшие книги мира!» Люди активно подходили и разбирали книги. Интерес ко всему, что раньше было запрещено, был огромный. Проходило минут 20–30, и надо было ехать за следующим рюкзаком книг. Было наслаждением после работы пару часов распространять книги – это вкус изначальной чистой санкиртаны. Лидером санкиртаны в то время становился тот, у кого был больший по размерам рюкзак. Преданный на машине побеждал всех.
На Колхозной Ангира Муни прабху впервые лично встретил Прабхавишну Свами.
«Всё зависит от твоего желания»
По всей стране возникали храмы и ашрамы, Движение сознания Кришны распространялось. Родственники, друзья, работа в это время считались майей – только дхоти или сари, тилака и санкиртана, и долой всё остальное. Все были брахмачари. Ангира Муни прабху был единственным «прихожанином» в московском храме и смотрелся как исключение.
Количество новых преданных возрастало. Стала формироваться организационная структура общества преданных, большинство из которых были молодые и энергичные. Ангиру Муни прабху как активного проповедника вместе с Джаганнатхой Мишрой прабху назначили президентами Новосибирской ятры. В Новосибирск Ангира Муни прабху приезжал регулярно с промежутками в несколько месяцев. Проповедь и ятра росли.
В 1990 году Ангира Муни прабху был направлен по работе в командировку в Магнитогорск и оказался в этом городе первым преданным. Инструкция, поступившая от старших преданных на поездку, была простая: «Действуй по обстановке». Обстановка была следующей: плохая экология города привела к образованию большого количества духовно ищущих людей, люди хотели знаний. Ангира Муни прабху пришёл в комитет комсомола и заявил, что может читать лекции по индийской философии и йоге. Там одобрили и сказали, будешь ходить по цехам и читать рабочим лекции.
Незадолго до этого Ангира Муни прабху первый раз был в паломничестве в Индии во Вриндаване. Всё было в новинку: киртаны, лекции, величественные храмы. От посещения Святой Дхамы остался клубок ярких впечатлений, а металлургический комбинат напоминал адские планеты, покрытые металлической крошкой, с безумными лицами рабочих, среди которых Ангира Муни прабху читал лекции по Бхагавад-гите. Проповедуя, пытаясь донести сокровища духовных знаний до ищущих душ Магнитогорска, он чувствовал себя во Вриндаване и был в полном блаженстве. Проповедь послания Господа Чайтаньи обладает особой силой и даёт ни с чем не сравнимое блаженство.
На металлургическом комбинате удалось распространить одну Бхакавад-гиту. Потом Ангира Муни прабху был направлен в молодежное общежитие читать лекции в вечернее время. Там стало повеселее, так как в дополнение к лекции пели Харе Кришна. А вскоре состоялась историческая для Магнитогорска лекция в местном обществе Знание. На лекцию пришли первые будущие преданные, и с этой лекции возникла Магнитогорская ятра.
У Шрилы Прабхупады была вся планета. Своим ученикам он раздавал страны и континенты, он говорил: «Ты поедешь во Францию, ты в Англию, ты в Японию, ты в Китай, ты в Россию». Следующему поколению преданных достались города. А задача последующего поколения – это посёлки, микрорайоны, улицы, дома, подъезды. Хотя масштаб проповеди и уменьшается, но счастье от проповеди остаётся таким же, так как принцип одинаковый. Господь Чайтанья лично сам проповедовал в Южной Индии и в Джаганнатха Пури. Господь Чайтанья послал Рупу и Санатану Госвами проповедовать во Вриндаван, Господа Нитьянанду послал прововедовать в Бенгалию, а весь остальной мир Он милостиво оставил для Международного общества сознания Кришны.
Осенью 1990 года Ангира Гауранга прабху приехал в Омск, где к тому времени три школьника основали ашрам.
С работой в институте надо было заканчивать. Своим родным Ангира Муни прабху объяснил это так: «В связи с открытием в Москве Всемирного института Бхактиведанты я ухожу с работы в НИИ Чермет-автоматика». Бабушка немного поплакала, погоревала, так как она надеялась, что из внучка получится перспективный научных сотрудник. Сотрудники НИИ думали, что он уезжает в Израиль, а оказалось – в Сибирь как декабрист. Сибирь была намного слаще, чем Израиль. Ничто больше не привлекало – ни перспективы, ни стремительный рост зарплаты – Ангира Муни прабху хотел проповедовать. Следующие годы он провёл в Сибири, ставшей для него альма-матерью проповеди.
В 1990 году в Новосибирске в арендованной большой трехкомнатной квартире на Лазурной открылся первый ашрам, где и поселился Ангира Муни прабху. А в следующем 1991 году купили дом для ашрама. Не было воды, не было туалета, не было ванной, воду брали из колонки на улице. Все были молодые и вдохновлённые. Ангира Муни прабху хоть и не блистал здоровьем, но в четыре утра выходил из дома и выливал на себя ведро холодной воды, затем шёл на мангала-арати, затем читать джапу, а затем читал утреннюю лекцию.
Была серьезная профессиональная ежедневная санкиртана. Вдохновить преданных в Новосибирск впервые приехал лучший санкиртанщик Рохини Сута прабху. Часами преданные ашрама слушали его лекции про Господа Чайтанью и Господа Нитьянанду. Ангира Муни прабху как президент храма терпеливо ждал, когда Рохини Сута прабху станет рассказывать про распространение книг, но напрасно. Не дождавшись ответа, в последний момент перед отъездом в аэропорту задал вопрос: «А в чем всё-таки состоит секрет санкиртаны? Как распространять больше книг?» Рохини Сута прабху ответил по-английски: «Everything depends on your desire», и улетел. «Всё зависит от твоего желания», – в этом состоит секрет санкиртаны, и в этом же состоит секрет Бхакти-врикши. Фраза стала одним из ключей к сознанию Кришны. «Everything depends on your desire». А само желание можно обрести, общаясь с теми, у кого оно есть.
Расцвет санкиртаны
В 1991 году СССР распался. В августе случился военный переворот. Ситуация была как в диалоге Жванецкого: «Папа, мы победили! Ещё не понятно, кто – мы, ещё не понятно, кого – их, но мы победили». Начались лихие девяностые с диким капитализмом, мафией, перестрелками, дележом капитала. Это было время бесшабашной и безумной проповеди, можно было всё, запретов не было никаких.
В конце 1991 года группа преданных поехала в марафон по маршруту Красноярск–Иркутск. Плацкартный вагон, тонны книг, пассажиры ворчат. Приехав в город, преданные заходили в торговый центр, никого не спрашивая, ставили столик и продавали книги. Старая власть рухнула, новой ещё не было, поэтому никто ничего не говорил. Никто не знал, что можно, а что нельзя. Фактически, можно было всё. Если кто-то возмущался, мы говорили: «Имеем право, это духовное знание – люди нуждаются в нём». Отставали.
Самое весёлое время было в Иркутске. Самовольно заняли пустой прилавок перед Новым Годом. Когда Ангиру Муни прабху однажды вызвали к директору, он сильно возмутился у него в кабинете: «Что вы себе позволяете! Ради этих книг люди шли в тюрьмы, в лагерях сидели, а вы нам не даёте их продавать. Люди нуждаются в этих книгах».
Каждый день книг уходило всё больше и больше. Люди искали подарки к Новому Году, подходили, и каждый покупал книгу. «Это волшебные книги, такого знания больше нигде нет», – проповедовал Ангира Муни прабху. Книги уходили ещё и ещё, ещё и ещё, за день распространилось больше 100 книг – личный рекорд Ангиры Муни прабху за всю жизнь.
Санкиртанщики из Москвы ездили по всей стране и распространяли книги рабочим и служащим. Где-то договаривались с руководством предприятий, чтобы книги выдавались в счёт будущей зарплаты по подписке. Кто подписался, тот и получил. Рабочие не очень понимали, что они подписывают, но привлекались преданными, и впоследствии удивлялись, когда получали книги вместо зарплаты. Сами они, может быть, и не читали, ставили книги на свои полки, но читали их жёны, дети, внуки. У санкиртанщиков бытовало поверье, что ни одна книга Шрилы Прабхупады не останется без читателя, поэтому надо книги распространить любой ценой. И действительно, такие истории происходят в жизни. Например, человек слушает лекции в Интернете, потом через год узнаёт, что лектор кришнаит, потом находит Бхагавад-гиту у себя дома, которую купил дедушка, потом начинает ходить на бхакти-врикшу. Книги, так или иначе, работают.
Самые сильные санкиртанщики распространяли за марафон по 20 000 книг. За девяностые годы в России было продано 10 миллионов книг Шрилы Прабхупады.
Весёлое было время. Преданные подходили к аэропорту, знакомились с лётчиками, проповедовали им. Лётчики пропускали преданных в самолет. Как-то раз Ангира Муни прабху летел из одного города в другой в кабине пилота. Все «крутились» как могли.
Ангира Муни прабху вспоминает: «Приезжал в город Сибири – там был один преданный. Приезжал через год – там было 10 преданных. Ещё через год – там было уже 50 преданных. Это была геометрическая прогрессия, такая же как у Шрилы Прабхупады в конце 60‑х годов. Все преданные жили в храмах, все были брахмачари, все занимались санкиртаной. Только я занимался чем-то другим. Я ездил по городам и пытался создавать ятры. Это было новым делом.
В 1993 году в Москве у меня состоялся разговор с Санньясой прабху, директором Би-би-ти. Я рассказывал о том, что езжу по Сибири, провожу лекции, программы, фестивали, помогаю людям становиться преданными. Он спросил: «А зачем? Надо просто книги продавать. Всё остальное не нужно». В то время думали, что люди просто купят книги и автоматически станут преданными. Я спросил: «А как они станут преданными?» Он сказал: «Неважно, кто-нибудь научит». Спорить с ним было занятие рискованное. Время показало, кто прав: Санньяса прабху ушел, а я до сих пор в Движении».
В то время проповедников почти не было, публичные лекции читали всего несколько человек. Санкиртанили все.
Неудачи
Прабхавишну Свами стал Джи-би-си по Сибири и утвердил Ангира Муни прабху президентом храма. Управлять храмом никто не обучал, говорили: «будешь президентом храма», – и на этом всё. Книга «Как управлять храмом» Харикеши Свами появилась только через год. Когда Ангира Муни прабху её прочитал, то понял, что ошибок было сделано много. Когда в Новосибирском храме возникли сложности в управлении, и возник конфликт с преданным, Ангира Муни прабху передал управление другому преданному и направился в другой город. Также было и в других городах. Ситуация повторилась пять раз. Сильной стороной Ангиры Муни прабху по природе является проповедь, а не управление, все силы и средства он всегда направлял на проповедь. Тем не менее, когда он впоследствии стал заниматься Бхакти-врикшей, то сфера управления улучшилась и стала более стабильной. Бхакти-врикша увеличивает способности и полномочия преданного.
Пада-ятра
В 1992 году группа из 5‑ти человек, включая Ангира Муни прабху, организовала Пада-ятру по Сибири, Уралу и Дальнему Востоку. Слово Пада-ятра было новым в то время, «пада» означает стопы, шаг. Ангира Муни прабху вдохновился книгой Радханатха Свами «Руководство про проведению Пада-ятры», которая была частью программы Локанатха Свами по проведению 100 пада-ятр в ста государствах мира к столетию Шрилы Прабхупады в 1996 году. Как здорово, когда преданные идут пешком из города в город, проводят фестивали, поют Харе Кришна, читают лекции, раздают прасад. Но по Сибири ходить пешком было бессмысленно, поэтому группа передвигалась из города в город на самолётах, поездах, автобусах.
1 мая 1992 года Пада-ятра стартовала из Челябинска. В Челябинске несколько богатых преданных открыли радио, вещавшее про Движение сознания Кришны. Преданные сняли большой зал и провели фестиваль Харе Кришна. Маму Тхакур прабху прочитал лекцию, раздали много прасада. Пада-ятра двинулась дальше: Екатеринбург, Нижний Тагил, Тюмень, Курган, Новосибирск. За три месяца проехали от Челябинска до Владивостока. В каждом городе к группе кто-то присоединялся, и во Владивосток приехало 50 человек. Было просто: «О ребята, можно с вами?» «Можно, поехали». В городах было мало преданных, а им нравились киртаны, лекции, прасад, поэтому люди и присоединялись. Вайшнавской одежды ещё не было, на харинамы шли в чём попало: матаджи накручивали на себя занавески вместо сари, прабху накручивали простыни и выглядели забавно по нынешним временам Но преданных ничего из этого не волновало, они проповедовали. Проповедь была абсолютно прямой. Ангира Муни прабху брал микрофон на площади и провозглашал: «Дорогие друзья, жители города, пойте святые имена Бога: Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе! Пойте святые имена Бога и будьте счастливы!» И люди пели. В каждом городе собирались полные залы. А в Омске ходила и расклеивала афиши Пада-ятры матаджи Кавери – будущая супруга Ангиры Муни прабху. Таким образом преданные победоносно прошествовали сквозь Сибирь.
Из воспоминаний матаджи Кавери: «Как-то, возвращаясь из института домой, я шла и думала о том, как должно быть щедр Господь в своей любви, если так много прекрасного просто рассыпано по этому миру… И тут я уловила едва различимые звуки… Показалось? Нет, чем дальше я шла, тем громче становились эти звуки! Прямо на моем пути кружочком стояли люди и пели! Лица некоторых были обращены к небу, глаза прикрыты. Стоящий в центре круга человек стучал какими-то тарелочками — они издавали удивительный звук. Человек, который стоял в центре и вёл киртан (мой будущий супруг, Ангира Муни), отметил, как внимательно я слушала, и пригласил меня пойти с ними на программу. Так я впервые попала к преданным и навсегда осталась с ними».
В начале девяностых было удивительное ощущение, что скоро все люди станут преданными. Мантра хорошая, прасад классный, книги потрясающие, поэтому люди обязательно должны стать преданными. Коммунистические идеалы рухнули, других не было, люди как-то сводили концы с концами и пели Харе Кришна. Люди очень охотно принимали сознание Кришны, отвлекающих факторов в то время в России не было. Преданные ждали наступления Золотого Века Господа Чайтаньи через несколько лет в России. Команда Пада-ятры была уверена, что нужно ещё несколько раз проехать по стране, и все люди станут преданными. Но что-то не срабатывало.
Когда Пада-ятра закончилась, Ангира Муни прабху начал организовывать странствующие храмы, и Прабхавишну Свами признал, что в Сибири кроме городских храмов существует ещё и странствующий храм Нитай-Гауранги Ангиры Муни прабху.
Ангира Муни прабху проповедовал в разных городах Сибири, и там, где открывали храмы, он становился президентом. Один раз группа московских санкиртанщиков вернулась из Сибири и удивлённо сообщила, что Ангира Муни прабху является президентом всех храмов в Сибири. Так получилось.
Открытие ашрамов и проведение фестивалей продолжалось до 1995 года. Ангира Муни прабху осел в Чите, и это было его последнее президентство в жизни. Он начал замечать, что есть какая-то проблема. Люди вдохновляются проповедями, фестивалями, селятся в ашрамах и… становятся несчастными. Люди становятся недовольными, хмурыми, ворчат и ругаются. А все должны быть счастливыми. Что-то не срабатывает, что-то здесь не так.
(Ангира Муни прабху, Иркутск, 1992 год)
Революция сознания
К столетию Прабхупады к русским преданным стали поступать материалы министерств «большого» ИСККОН, в частности, семинары по общественным связям и развитию вайшнавских общин. Ангира Муни прабху начал понимать, что не все должны жить в храмах. Совершенно очевидная мысль для преданных была революционной.
В каждом городе было всего несколько так называемых прихожан, и на них смотрели как на падших. Слово «прихожанин» считалось оскорбительным. «Я преданный, а никакой не прихожанин», – говорили люди. Была системная ошибка. Во-первых, не все могут жить в храмах, так как на всех не хватит еды, жилья и одежды. Во-вторых, не все люди в храмах реализуют свою природу. У кого-то призвание заниматься бизнесом, работать, у кого-то стихи писать, у кого-то просто копать землю, и только у некоторых людей призванием является распространение книг.
После очередного кризиса Ангира Муни прабху приехал в Москву и попал на первый фестиваль Садху-санга, появившийся на фоне того, что в 1995 году православная церковь впервые начала сражаться с сектами. До этого вообще никаких препятствий не было в проповеди. Но православные посчитали себя главными и начали борьбу. Из Швеции приехал Вайдьянатх прабху, будущий Бхакти Вигьяна Госвами, спасать движение. И преданные организовали фестиваль Садху-санга.
В Сухарево на фестиваль Садху-санга приехало полторы тысячи преданных со всей России. Это был рекорд. На фестиваль приехали известные махараджи, в том числе Радханатха Свами, бывший в то время министром столетия Шрилы Прабхупады по всему миру. Он назначил Ангиру Муни прабху министром столетия Шрилы Прабхупады по России и СНГ.
Ангире Муни прабху как министру стали приходить материалы, издаваемые министерствами ИСККОН. Было много вещей, которые преданные в России ещё не знали. Стали приходить журналы, издаваемые министром развития вайшнавских общин Джаяпатакой Свами. «У меня начали течь слезы, вот оно – решение», — делится своими впечатлениями Ангира Муни прабху: «Не все люди должны жить в храмах, пусть живут у себя дома и проводят нама-хатты». В журналах приводились обоснования цитатами из шастр, приводились примеры успешных общин – всё вдохновляло.
До этого в 1992 году состоялся суперпроповеднический проект под названием Гауранга Бхаджан Бэнд: Харикеша Свами, Бхактивайбхава Свами, Шачинандана Свами, Бхакти Бринга Говинда Свами в качестве гостя и другие махараджи провели мировое рок-турне, собирая полные стадионы. И вот они решили приехать в Москву. В течении целого месяца санкиртанщики продавали билеты на концерт в Олимпийский Дворец на 35 000 мест. Все билеты были проданы. В каждом вагоне московского метро висел плакат с рекламой Гауранга Бхаджан Бэнда с изображением Бой Джорджа, приехавшего на поддержку, и возлежащим Господом Вишну. На концерт приехало 3000 преданных со всей страны. Длились часы непрерывного киртана и экстаза. К концу концерта толпа обезумела, и Ангире Муни прабху даже повредили руку. Вскоре у него состоялась вторая инициация и в то же время Ратха-Ятра в Парке Горького, и шрам стал напоминанием об этих грандиозных событиях.
Через четыре года приехал Джаяпатака Свами и спросил: «А сколько контактов вы собрали на этом концерте?» К сожалению, ноль. Он спросил: «А зачем вы тогда это делали?» Но в то время об этом никто не думал. Джаяпатака Свами убеждал, что любая программа должна приводить к сбору контактов и приглашению на другую программу, специально предназначенную для новых людей.
В Москве преданные-прихожане чувствовали себя несчастными, никто о них не заботился и никому они не были нужны. Ангира Муни прабху понял, что развитие вайшнавской общины – это будущее, и решил посвятить себя этому. В присланных журналах содержалось первое описание программы Бхакти-врикша. Тогда ещё не было термина «бхакти-врикша», тогда она называлась программа «клетка» или «ячейка». Термин «бхакти-врикша» появился только через два года. В 1997 году Джаяпатака Махарадж нашел термин «древо Господа Чайтаньи» в 9‑й главе Ади-лилы Чайтаньи–чаритамриты. По мере развития видения Бхакти-врикши Ангира Муни прабху всё больше понимал, что за Бхакти-врикшей будущее, и что он хочет ею заниматься.
Джаяпатака Свами приехал в Россию в первый раз на второй Сухаревский фестиваль в 1996 году. До этого ходили слухи, что есть великий гуру в Индии, который в Бенгалии целыми деревнями принимает учеников. Он был всегда окружен огромной толпой бенгальцев, и для Ангира Муни прабху Джаяпатака Свами был личностью очень далекой, пока он не начал читать его семинары и привлекаться стремлением развития вайшнавской общины. Чувствуя настроение Ангиры Муни прабху Вайдьянатх прабху подвёл его к Джаяпатаке Свами и сказал: «Он будет вашим послушным переводчиком». Эти отношения с Джаяпатакой Свами будут продолжаться всю последующую жизнь.
Никто так, как Джаяпатака Свами, семинары не читал. Полный пандал преданных, Джаяпатака Свами говорит: «И вот Господь Гауранга со своими спутниками идёт по дорогам Навадвипы, и при этом они поют: Харе Кришна Харе Кришна Кришна Кришна Харе Харе Харе Рама Харе Рама Рама Рама Харе Харе». Пять минут длится киртан, потом лекция продолжается. Лекция снова переходит в киртан, киртан переходит в лекцию, все в экстазе. Заканчивается лекция презентацией программы Бхакти-врикши.
До этого времени Джаяпатаку Свами в Россию не приглашали, так как он был слишком занят в Бангладеше, и его оберегали от чрезмерных нагрузок, связанных с положением гуру. При этом Джаяпатака Свами хочет приезжать всегда и везде. Но тут был повод, он приехал не как гуру, а как министр проповеди вайшнавских общин. В этот год принимались обеты к столетию Прабхупады, и его обетом было провести 100 семинаров по программе Бхакти-врикши, который он выполнил, проведя семинары в 100 городах.
Ангира Муни прабху обратился к национальному совету с просьбой по окончании служения на столетие Шрилы Прабхупады начать служение по координации развития нама-хатт и вайшнавских общин по всей стране. Так он был произведен в министра развития вайшнавских общин по СНГ. И вся его жизнь является частью этой работы.
В следующий раз Джаяпатака Свами приехал в феврале 1997 года. Джаяпатаку Свами остановить было невозможно, и он стал ещё одним «русским» гуру в добавок к тем десяти, которые уже принимали в России учеников. В Москве Джаяпатака Свами провел пять дней, проводя семинары по Бхакти-врикше в храме на Беговой. Ангира Муни прабху переводил семинары от начала до конца. И потом начались совместные с ним поездки по городам России. Джаяпатака Свами всегда был очень милостив, давал советы и объяснял, что именно является обязанностью координатора развития вайшнавских общин. Отношения постепенно становились глубже и глубже.
История. Начало двухтысячных, Пермь, зима. Наблюдательный Джаяпатака Свами подмечает детали. Он увидел женщину с детской колясочкой на полозьях и произнёс: «О, так вы можете проводить Ратха-ятры на санях, катая по снегу Господа Джаганнатху!» И в 2011 году Санки-ятра была проведена на Зимнем фестивале Бхакти-врикши.
Другая история. Джаяпатака Свами прилетел на три дня в Россию, чтобы посетить Пермь, Екатеринбург и Челябинск. У него было три переводчика и три человека одновременно получали его даршан. Первый переводчик слушал вопрос первого человека, второй переводчик переводил вопрос второго человеком, а третий переводчик переводил ответ Махараджа третьему человеку. И всё равно он не успевал из-за большого количества желающих, поэтому он задерживался. Из Перми выехал на час или полтора позже расписания, из Екатеринбурга выехал на четыре часа позже, поэтому в Челябинск приехал в 11 часов вечера. Преданные Челябинского храма ждали Махараджа с 6‑ти часов вечера, не расходились, пели киртан. До полпервого он читал лекцию, затем начал давать даршаны. Он сказал, я буду давать даршан по духовным вопросам, а Ангира Муни прабху по Бхакти-врикше. У Ангиры Муни прабху появилась своя очередь. Полтора часа продолжались даршаны. Приехали на квартиру, полтора часа поспали и поехали в аэропорт в Москву. Из аэропорта Махарадж поехал сразу в храм, где его ждали преданные, провел программу и полетел в следующую страну. А Ангира Муни прабху приехал домой, в ботинках дошёл до кровати, и в них и уснул, и проспал сутки. А Джаяпатака Свами продолжил своё насыщенное путешествие по миру.
Первые успехи
С 1996 года начались попытки создания первых бхакти-врикш в Москве. В то время ещё ничего не было. В 80‑е годы в Москве было 6–7 квартир, в которых проходили программы. Термина «нама-хатта» не было. Затем появился храм, и программы на квартирах исчезли. Джаяпатака Свами сказал, что когда преданные открыли храмы, то закрыли нама-хатты, и это было ошибкой, потому что таким образом потеряли много лет в развитии общины.
Была предпринята первая попытка проведения программы за пределами храма. Приглашая знакомых Ангира Муни прабху набрал первую группу из 20 человек. Первая нама-хатта или бхакти-врикша проходила в зале художников-романтиков на берегу Москвы-реки недалеко от станции метро Павелецкая. Не было модулей, изучали Бхагавад-гиту главу за главой, стих за стихом в течение полутора лет. Говорили о важности джапы, пели киртаны. Был заметен духовный прогресс у участников. Никто в начале не читал регулярно джапу на чётках, никто толком не понимал философию, никто не занимался служением. Через полтора года почти все читали по 16 кругов, знали службы, проповедовали. Через полтора года из этой группы выросли три новые группы. Бхакти-врикша начала делиться.
В январе 1998 года Ангира Муни прабху сообщил Джаяпатаке Махараджу о делении и об открытии трёх новых бхакти-врикш. Махарадж сказал загадочно: «Надеюсь, эти группы выживут». Ещё не было понятно, почему он так сказал, но с годами выяснилось, что удержать группу гораздо сложнее, чем открыть.
Начинание было успешным, и в 1998 году в Москве уже было порядка пятнадцати нама-хатт (термин «бхакти-врикша» еще не использовался). Их вели хорошие преданные, некоторые из них до сих пор в Движении. В Петербурге групп было больше, там действовал Ачала прабху (в последствии Бхакти Ананта Кришна Госвами), который в 1997 году стал лидером программы развития Нама-хатты, и с присущим ему энтузиазмом открыл за год штук двадцать. Он сказал, что если в Москве будет сто, то и в Петербурге тоже будет сто, будем соревноваться. Ангира Муни прабху вступил в соревнование.
Кризис ИСККОН
В 1998 году грянул самый тяжелый кризис ИСККОН на фоне кризиса экономики в мире. В начале года храмы были полны брахмачари, санкиртана процветала, сотни тысяч людей слушали радио Кришналока – 24 часа прямой проповеди. Самым большим успехом на радио Кришналока пользовались живые эфиры Госвами Махараджа. Ангира Муни прабху тоже в какой-то момент начал вести эфиры и испытывал чувство счастья, отвечая на вопросы людей на всю страну. С финансами не было трудностей, Према Инвест финансировало радио Кришналока. Открывались новые группы нама-хатты, новые храмы, книги распространялись миллионами. Финансовый кризис резко обрушил санкиртану, люди перестали покупать книги. Но самое главное испытание заключалось в уходе из ИСККОН Харикеши Свами. Он ушёл с критикой, ушёл «хлопнув дверью». Причинами, как говорили его духовные братья, были вайшнава-апарадхи. Харикеша Свами был гуру очень высокого уровня, везде были его ученики, вся власть была у них, в частности, руководители Би-би-ти и Према-инвест были его учениками. Этикет вайшнавского общения в то время ещё не был сформирован, преданные обычно в лицо «рубили правду-матку» и готовы были уничтожать любую оппозицию, любое несогласие. Эпоха была жесткая, но экстатичная, проповедь процветала. Были случаи, когда Харикеша Свами критиковал кого-то из своих духовных братьев за какие-то действия, и, видимо, последствия критики накопились. Другое, что накопилось, и что явно происходило на глазах преданных, – это активная проповедь его учеников, что наш гуру самый лучший, самый главный, самый «крутой», самый близкий к Шриле Прабхупаде. Сейчас этого явления практически не осталось, но тогда было обычным.
Говинда Махарадж как-то сказал, что только демоны могут разрушать веру в духовного учителя в сердцах людей. Как в воду глядел. Никто, кто принижал других гуру, в ИСККОН не остался. Проблема стала настолько массовой в России, что вопрос встал на Джи-би-си, и Ангиру Муни прабху вместе со всеми региональными секретарями (человек 15 российских преданных) пригласили на заседание. Сидел очень мрачный Харикеша Свами и слушал, как ведут себя его ученики, при этом другие махараджи подтверждали сказанное. Приняли какие-то решения, где-то сменили президентов храмов, но по сути ничего радикально не поменялось. Разрушающая веру проповедь продолжалась. И оскорбительное поведение некоторых учеников привело к серьёзным духовным проблемам самого Харикеши Свами. Кришна может простить всё что угодно, кроме критики вайшнавов, и гуру отвечает за своих учеников. Такое происходило и в других местах, например, с учениками Гоур Говинда Свами в Индии. Это свойство неофитов. Неофиты склонны распространять своё ложное эго на гуру. Неофит думает, поскольку я самый «крутой», то мой гуру тоже самый «крутой», и поэтому все должны предаться моему гуру.
ИСККОН в целом переболел этой проблемой к настоящему времени. Сейчас в курсе «Ученик в ИСККОН» учат принципам отношения гуру и ученика, учат, как вести себя правильно. Например, не следует вешать изображение гуру в алтарной, не следует носить значки и футболки с изображением гуру, не следует делать рекламу своему гуру. Гуру – это представитель миссии Шрилы Прабхупады, которая объединяет ИСККОН, и задача преданных – это в первую очередь привлекать к служению наставлениям Шрилы Прабхупады, а не к своему гуру.
Опыт ухода других зональных ачарьев показывал, что когда гуру уходит, храмы пустеют и духовная жизнь разрушается. Прабхавишну Свами в то время дал наставление, что преданные должны быть очень стойкими. Чтобы ни происходило, преданные должны оставаться в ИСККОН, оставаться служить Шриле Прабхупаде.
Харикеша Свами ушёл, критикуя ИСККОН, критикуя Шрилу Прабхупаду, ушёл с уверенностью, что всё не так, и что он всё сделает лучше. Джи-би-си освободило Харикешу Свами от всех должностей в ИСККОН. Его ученики были лидерами во всех городах, и между ними начался раскол. Те, кто пошёл за Харикешей Свами, приехали в Петербург, а те, кто пошли за Джи-би-си, остались в своих городах. В Петербурге находился восьмиэтажный храм с огромной алтарной на три тысячи человек, и в него стали съезжаться ученики Харикеши Свами.
Ангира Муни прабху вспоминает: «Напряжение назревало и вскрылось на Джанмаштами в августе 1998 года. Перед поездкой в храм я зашёл в Интернет и прочёл: «Джи-би-си постановляет, что Харикеша прабху.…» Я удивился, почему написано «прабху», он же махарадж. Всё в письме было непонятно, и только через полчаса до меня дошло содержание этого письма Джи-би-си. Я пришел в храм уже зная ситуацию. Это был самый печальный Джанмаштами в моей жизни, преданные стояли по углам с мрачными лицами и что-то обсуждали».
И вот приехал Джаяпатака Свами. Он почувствовал, какие события намечаются в Москве, сел на самолет и вылетел из Южной Америки. Он читал лекцию, засыпая на ходу из-за смены полушария, вдохновлял, проповедовал, объяснял, что Движение продолжается. Через два дня прилетел Гопал Кришна Госвами, была его вьяса-пуджа, и они прославляли друг друга, показывая настоящий ИСККОН, показывая пример настоящих отношений между преданными.
Потом прилетели другие махараджи, и все поехали в Петербург. Храм был забаррикадирован учениками Харикеши Свами, они на полном серьёзе готовились к обороне. Их не трогали, но в Петербурге была огромная община в три тысячи преданных. Махараджи стали просто служить преданным, чтобы показать, что всё нормально, духовная жизнь продолжается, не бойтесь. Есть фотография, где четыре махараджа готовят прасад на маленькой кухне в квартире (Радханатх Махарадж, Говинда Махарадж, Ниранджана Махарадж и Госвами Махарадж).
Ещё несколько лет ИСККОН пребывал в подавленном состоянии, нужно было пережить кризис. Санньяса прабху, лидер Би-би-ти, увёз все книги в Петербург. Санкиртанщики остались без книг.
Самые разумные ученики Харикеши Свами остались в ИСККОН, остались под руководством Джи-би-си, например, Госвами Махарадж и Чайтанья Чандра Чаран прабху. Многие ориентировались на их пример.
Те, кто поехал в Петербург, поначалу испытывали эйфорию. Все ученики одного гуру собрались в одном месте, и можно прославлять гуру, не скрываясь, какой гуру великий. Но прошло несколько месяцев, и уже никто не соблюдал регулирующих принципов, никто не повторял мантру, ученики разошлись в разные стороны, храм опустел.
Через два года туда приехал президент Московского храма Шьям прабху. Ему предложили выкупить мурти Шрилы Прабхупады, говоря, нам не нужен Шрила Прабхупада. Он смотрел на огромные божества Гаура-Нитая и чувствовал, что они пусты. Они есть, но Их нет. Скульптуры стоят, а Божеств там нет. Через какое-то время храм превратился в эзотерический центр, а со временем был потерян окончательно.
Главный урок этого кризиса – не допускать критики вайшнавов ни на каком уровне духовного развития. Существует зависимость гуру от действий учеников. Реакции от действий учеников идут духовному учителю. Никогда нельзя критиковать других духовных учителей, даже если преданный очень любит своего гуру, потому что это оскорбляет веру учеников другого гуру.
Кризис – это и урок сотрудничества и урок того, что даже очень возвышенная личность может пасть. Майа очень сильна. Ученик не должен верить в своего гуру слепо с закрытыми глазами, разум должен быть включен. Шрила Прабхупада сказал: «Предаваться – не значит предавать свой разум». Разум должен оставаться всегда.
Количество нама-хатт повсюду уменьшилось раза в три. Из 15 нама-хатт в Москве осталось не больше 5, потому что многие ученики Харикеши Свами ушли. В конце 1998 года осталось по 5–10 штук и в Екатеринбурге, и в Новосибирске, и в Барнауле. Возник очень сильный кризис. Храмы опустели за один год. Санкиртанщиков почти не осталось, они переженились и занялись бизнесом. Многим казалось, что ИСККОН закончился, потому что весь ИСККОН, который они видели состоял из храмов, брахмачари и санкиртаны. Другого ИСККОНа они не знали. Но были и преданные, которые понимали, что ИСККОН может быть другим. Вместо ИСККОНа храмого начинался ИСККОН вайшнавских общин.
Ангира Муни прабху духовного кризиса не испытал, но ему было тяжело на всё это смотреть. Он вместе с матаджи Кавери издал специальный номер журнала Гауранга, который целиком был посвящен теме ухода Харикеши Свами. В номере были опубликованы все письма Харикеши Свами, опубликованы все письма учеников, которые видели ситуацию изнутри, и были напечатаны выводы. Этот выпуск помог многим преданным преодолеть кризис, понять как обстоит дело на самом деле, и что теперь делать.
Пример Чоупати
Храмы опустели, поэтому надо было развивать нама-хатты. Ангира Муни прабху с матаджи Кавери в это время получили ещё один очень ценный опыт – они попали в Чоупати.
В декабре 1997 года Радханатха Свами в первый раз приехал в Москву. В то время прошел год, как община в Чоупати вернулась в ИСККОН, Радханатха Свами получил статус дикши-гуру ИСККОН и стал членом Джи-би-си. Он провёл в Москве недельный семинар «Служите вайшнавам», который Ангира Муни прабху с матаджи Кавери издали в виде брошюры. Радханатха Свами подробно рассказал об опыте общины в Чоупати. Он приводил примеры, как люди приходят к зубному врачу, садятся в кресло, врач начинает им проповедовать Бхагавад-гиту, предлагает книгу по окончания лечения. И все счастливы. Ангира Муни прабху задал вопрос, который потом долго беспокоил многих преданных в России: «А что вы думаете о программе Бхакти-врикша?» Он ответил, что на 90% община в Чоупати и Бхакти-врикша это одно и то же. «В Чоупати сложилась такая система, а вы можете заниматься той системой, которая сложилась у вас. Главное, чтобы вы заботились о преданных». Джаяпатака Свами также говорил, что и то и другое хорошо, нет никакого конфликта между системами.
Ангира Муни прабху сразу захотел сделать в Москве также, как в Чоупати. В конце 1998 года преданные начали заниматься активным строительством общины. Сформировали комитет развития общины, провели голосование, избрали двух председателей, одним из которых стал Ангира Муни прабху. Занялись работой. Создали женский комитет, детский комитет, комитет по здоровью, финансовый. Всё делали так, как в Чоупати. Но ничего не заработало. Комитеты не заработали, совет не заработал, община не возникла Было похоже на Чоупати, но иначе.
Осенью на Картику 1999 года Ангира Муни прабху с матаджи Кавери поехали в Чоупати. Полтора месяца провели в Индии, и это было одним из самых сильных впечатлений в жизни. Потом издали журнал Гауранга на 116 страниц, где подробно описали опыт общины в Чоупати.
Пример. Одним утром пятнадцать автобусов подъехали к Вриндаванскому храму. Из них вышли с иголочки одетые преданные. Все прабху были одеты в белые дхоти и белые глаженные курты, все матаджи были одеты в аккуратные сари, у всех интеллигентные лица. Все упали в пыль Вриндавана и зашли в храм. Это Радханатха Свами приехал со своей общиной. На следующее утро во Вриндаванском храме стало тесно – 800 вайшнавов из Чоупати пришли на утреннюю службу и остались читать мантру прямо в храме. Обычно преданные расходятся, но преданные из Чоупати организованно сели кружочками по всему храму и стали читать мантру вслух. Радханатха Свами сел в кружочек с брахмачари, грихастхи расселись в своих кружочках со своими наставниками. Ангира Муни прабху попросился к ним, и всю парикраму провёл вместе с ними.
То, что они видели, поразило Ангиру Муни прабху и матаджи Кавери до глубины души. Если преданные шли по дороге вечером, то возле каждой лужи становился преданный с фонариком, чтобы другие видели, где ступать. В конце парикрамы шли несколько крепких мужчин и оказывали помощь отстающим. Были преданные с сумками с красным крестом, оказывающие медицинскую помощь. Всё было продумано до мелочей и построено в очень глубокой заботе. Во время прасада к каждому по десять раз подходили раздатчики и спрашивали, что ещё нужно – ещё добавку, ещё добавку. В конце, когда все были абсолютно сытые, подходил преданный и спрашивал: «Что-нибудь ещё?» И если что-то требовалось, то счастливый преданный бежал со всех ног, приносил ведро с прасадом и накладывал. И спрашивал дальше: «Что-нибудь ещё, что-нибудь ещё?» Такого в России ещё не видели на тот момент. Прошли три недели проявлений удивительной любви и заботы.
В последний день поездки спросили у Радханатха Свами, что нужно сделать, чтобы в Москве и по всей России стало также как в Чоупати? Он сказал: «Не пытайтесь переделать всю Москву. Не пытайтесь переделать всю страну. Возьмите небольшую группу преданных и начните заботиться о них. Если у вас это получится хорошо, то потом многие начнут следовать вашему примеру». Прошло лет десять, чтобы этот принцип получилось применить на практике.
Следующие несколько лет Ангира Муни прабху ездил по стране и читал лекции по опыту общины в Чоупати. Преданные слушали и плакали, говорили, давайте поедем в Чоупати, будем жить там, так как здесь жить невозможно.
В 2001 году Радханатха Свами сказал, что надо сделать одно образцовое место. Ангира Муни прабху предложил Барнаул, но Радханатха Свами сказал нет, должна быть Москва. На возражение, что в Москве слишком сложно, так как много разных преданных, Радханатха Свами сказал, что Москва – это центр, а все всегда смотрят на центр. Ангира Муни прабху спросил, кто это может сделать в Москве. Радханатха Свами ответил: «Ну кто — ты. По крайней мере, тебе это интересно. Попробуй что-нибудь сделать. Шри Гоура Хари прабху может заботиться о брахмачари, ты можешь заботиться о грахистхах. Начните делать». Такое было его наставление. Но прошло лет семь, пока возникла первая бхакти-врикша, которую Ангира Муни прабху начал вести вместе с матаджи Кавери. То, что удалось позаботиться о 15 преданных бхакти-врикши, привело к созданию сотен бхакти-вриш по всей стране. Формула Радханатха Свами сработала. Но это было спустя несколько лет.
Секрет Бхакти-врикши
В начале двухтысячных годов ИСККОН пребывал в глубоком упадке, почти никто не проповедовал.
В 2002 году Ангира Муни прабху пригласил в Москву Виджая Венугопала прабху и матушку Прему Падмини, узнав об опыте их общины в Омане. Они провели семинар. Ничего не изменилось. Нама-хатты в Москве в то время были хорошими, душевными, тёплыми. Но они не делились. Никто не хотел делиться. Не было модулей. Нама-хатты продолжались два-три-четыре года и на предложения поделиться всегда отвечали отказом. У всех были тёплые вайшнавские отношения, все друг к другу притёрлись и привыкли. Лидеру говорили, что мы без вас не можем, вы нас не бросайте, мы без вас погибнем. У лидера сердце таяло, и он говорил, ну ладно. Нама-хатты были хорошими, но не было того роста, который был обещан в учебнике «Ветви Бхакти». Те же 10–15 групп оставались в Москве до 2007 года.
В 2006 году матушка Према Падмини в Маяпуре спросила, а как там в России Бхакти-врикша? Ангира Муни прабху сказал, что не очень – не растёт, не развивается, не умножается. Она сказала: «Это потому, что вы не используете наши модули. Если вы будете использовать наши модули, то у вас всё получится. Во всех странах, где используют наши модули, Бхакти-врикша развивается успешно».
Ангира Муни прабху вспоминает: «Я взял у неё модули и сказал, что мы почитаем. Если они подходят для России, то мы их переведём и будем использовать, но вы, пожалуйста, приезжайте, и обучайте нас, как это делать».
В модулях ничего специфического индийского не оказалось, для России подошли. За год их перевели и напечатали. В январе 2007 года матушка Према Падмини вступила на российскую землю. Был конец января, на улице минус 20, день явления Господа Нитьянанды. Вышла из самолета в сари, в тапочках на босу ногу. Снега и минусовой температуры она раньше никогда не видела. Ангира Муни прабху и матаджи Кавери её встретили, надели сапоги, надели огромную шубу и посадили в тёплую машину. Она зашла к ним в квартиру и сказала, что не очень-то и холодно в России зимой. Говорит, у вас даже и обогревателя в комнате нет. В Индии если холодно, то обогреватель стоит в центре комнаты. Про батареи центрального отопления она ещё ничего не знала. Вышла на улицу, пощупала снег, сказала, тёплый, и поехала в храм читать лекцию на День явления Господа Нитьянанды, где впервые представила программу Бхакти-врикши в обновлённом варианте. И провела пятидневный семинар по Бхакти-врикше. С этого момента начался новый виток развития Бхакти-врикши в Москве, а потом и по всей стране.
Новые группы начали серьёзно следовать её методике. Группа Ангиры Муни прабху и матаджи Кавери, и группа Кришнадаса Кавираджа прабху стали успешными. Все увидели, что система работает. Матушка Према Падмини открыла нам один секрет: «На бхакти-врикше не должно быть старых преданных. Бхакти-врикша – это программа обучения новичков. Уберите старых преданных с бхакти-врикш, они всё портят». Для старых преданных подходят занятия по Бхагавад-гите, воскресные программы, нама-хатты.
В группы бхакти-врикши набрали новичков и тех преданных, которые хотели научиться вести такие группы. Начинающие преданные с каждым месяцем повторяли всё больше кругов, начинали соблюдать регулирующие принципы, принимали обеты Шикши. Стало видно, что Бхакти-врикша на самом деле работает в том виде, как это написано в учебнике.
Революционное историческое событие произошло летом 2008 года. Группы выехали на трёхдневный ретрит в Тулу. Матушка Према Падмини в конце семинара задала вопрос: «Поднимите руку те, кто из вас в будущем хотел бы вести свою бхакти-врикшу?» Из 25 человек руки подняли все.
Это была революция. До этого Ангира Муни прабху много лет ходил по московским нама-хаттам и вдохновлял преданных: «Господь Чайтанья сказал, что каждый должен стать гуру, каждый должен открыть бхакти-врикшу». Все слушали, кивали головами, никто ничего не открывал. Это было удобно, никто не хотел перемен. А тут были молодые преданные, которые ничего кроме бхакти-врикши в своей жизни не видели. С первого дня им говорили, что они откроют свою группу. Они в это поверили. И все открыли. Почти все, кто были в группе Ангиры Гауранги прабху и матаджи Кавери, бхакти-врикшу открыли. Кто-то сразу, кто-то через год, кто-то через пять лет.
Ангира Муни прабху с матушкой Премой Падмини стали ездить по городам от Минска до Иркутска. В январе 2009 года группы подошли к моменту ветвления. Провели официальный фестиваль ветвления группы. По модулям надо было пригласить садху, и в это время в Москве был Кешава Махарадж. Провели замечательный киртан, Кешава Махарадж прочитал лекцию. И пять незамужник матаджи из группы Ангиры Муни прабху решились открыть пять бхакти-врикш в Москве и стали первыми лидерами. Бхакти-врикша в Москве началась с пяти незамужних матаджи. Все они успешно провели и поделили группы, создали сектора и некоторые – округа. Четыре матаджи в течение двух лет вышли замуж и продолжали вести бхакти-врикши со своими мужьями, а одна – через пять лет. Незамужние матаджи положили начало новой Бхакти-врикши в России. Господь Нитьянанда защитил усилия преданных.
Взрыв Бхакти-врикши
Начались фестивали. На первый фестиваль Бхакти-врикши 100 преданных выехали за 100 км от Москвы, поставили палатки, и жили возле ручья в лесу. Об удобствах никто не думал. Пищу готовили на костре. Все были в полном экстазе. На фестиваль приехали матушка Према Падмини, Чайтанья Чандра Чаран прабху и Госвами Махарадж. Чайтанья Чандра Чаран прабху сказал: «У вас сейчас здесь 100 человек. В следующем году будет 200 человек, потом 300, потом 500, потом тысяча. Я правильно считаю, Ангира Муни прабху?»
В 2011 и в 2012 году уже была тысяча человек на фестивалях. Фестивали были наполнены творчеством и энтузиазмом. Молодые преданные были трансцендентными, вдохновленными. Неделя фестиваля давала незабываемые впечатления. Фестивали проходили и летом и зимой. В 2012 году состоялся апофеоз – фестиваль Гауранга. После длительного перерыва в Москву приехал Джаяпатака Свами. Была полная алтарная молодых преданных. Махарадж зашел в алтарную, обвёл всех глазами и сказал: «Среди вас множество будущих дикша-гуру». Чистый преданный видит то, чего не видим мы. В то время практически все махараджи побывали на фестивалях Бхакти-врикши. Началось бурное развитие. И, наконец, в 2014 году была достигнута давно поставленная цель в 108 бхакти-врикш в Москве.
Бала Кешава прабху, редактор Би-би-ти однажды спросил: «Ангира Муни, зачем тебе 108 нама-хатт, это же большая головная боль?» Опыт показал, что он был прав. 108 групп – это головная боль, но это экстатичная головная боль. Каунтея прабху приехал в 2012 году на зимний фестиваль Бхакти-врикши. 300 человек было только в храме на Ботаническом. Каунтея прабху сразу же отметил очереди в туалеты. И в этом же году произнес на своем семинаре на Кайлаше: «Этот Ангира Муни очень опасный преданный. Если он появится в вашем храме, у вас сразу начнутся очереди в туалеты. Если не хотите, чтобы у вас были очереди в туалеты, не приглашайте к себе Ангира Муни». Сразу после этого посыпались приглашения прочитать лекции по Бхакти-врикше.
В сентябре 2014 года состоялся юбилей Ангиры Муни прабху – 50 лет. В то время каждую неделю в Москве открывалась новая бхакти-врикша. В учебнике Ветви Бхакти 108 групп называется мала (гирлянда). Организаторы попросили, чтобы каждая группа принесла одну розу. Их собрали и сшили в гирлянду. Гирлянда получилась 2 метра длиной. Гирлянда была предложена на алтаре в Красногорске, где отмечался юбилей. Теперь в Москве была «мала» – в Москве действовали 108 бхакти-врикш.
Ангира Муни прабху начал ездить в лекциями по Бхакти-врикше по всему миру. Бхакти-врикша начала распространяться. Поступили приглашения в Израиль, потом в Польшу, Казахстан, Литву, Англию, США. Наконец-то можно было вживую видеть места в США, где зарождалось Движение, где ходил Шрила Прабхупада. В США росли куски общины и возникла идея назвать их русскоязычной Бхакти-врикшей. Это был октябрь 2015 года.
В мае 2016 состоялась поездка в Южную Америку, наполненная чувством счастья от проповеди Бхакти-врикши.
Перезагрузка
А потом что-то пошло не так. К концу 2016 года начали замечаться кризисы во всех городах, во всех ятрах. Многие лидеры начали уходить, разочаровываться. Бхакти-врикша затормозилась в своем развитии. В 2017 году начался обвал, количество групп начало сокращаться по всей стране. В Москве на пике было 120–130 групп. В 2019 году стало порядка 80. В Екатеринбурге было 40 групп бхакти-врикши, осталось 5. В Челябинске было 35, осталась одна. В Новосибирске было 20, осталось 2. Для Ангиры Муни прабху это стало очень серьезным испытанием. Сложно не беспокоиться, когда рушится дело всей жизни – то ли Кришна недоволен и решил со всем этим покончить, то ли начинается время Бхакти-латты или других программ. Возник кризис здоровья.
В 2018 году Ангира Муни прабху и его супруга были реинициированы Джаяпатака Свами и стали Ангирой Гаурагой прабху и матаджи Кавери Павани. У этого события было две причины. Во-первых, в 2012 году Прабхавишну Свами оставил санньясу и предложил реинициацию как один из вариантов для своих учеников. Во-вторых, Ангира Муни прабху хотел укрепить свои отношения с Джаяпатакой Свами, обновить духовную жизнь и усилить желание проповедовать.
Из письма Ангиры Гауранги прабху:
«Я получил первое посвящение от Шрилы Прабхавишну Свами Махараджа в 1989 году, второе — в 1992 году. В первые годы моего пребывания в ИСККОН я получил очень много заботы, поддержки и обучения от Прабхавишну Махараджа. Все мое служение в Сибири в первой половине 90‑х годов проходило под его непосредственным руководством. С 1996 года началось мое общение со Шрилой Джаяпатакой Махараджем, который очень сильно вдохновил меня своим видение развития мощных вайшнавских общин и проектом Бхакти-врикши. В конце 90‑х годов я официально принял его как своего шикша-гуру с благословения Прабхавишну Махараджа.
В начале 2012 года в жизни Прабхавишну Махараджа произошел определенный кризис, который он сам объяснял чрезвычайной усталостью, накопившейся за много лет интенсивного служения. В результате он попросил освободить его от служения члена Джи-би-си, статуса санньяси и обязанностей духовного учителя.
Решением Джи-би-си в связи с этим было то, что его ученики могут поступить в соответствии со своей верой: они могут или продолжать считать его своим духовным учителем, или принять реинициацию у одного из действующих гуру ИСККОН. Эта резолюция продолжает действовать до сих пор.
Тогда же, на Гаура-пурниму 2012 года мы с Кавери пришли к Шриле Джаяпатаке Махараджу и спросили у него, что нам делать? Он сказал, что будет нашим «шелтер-гуру» – шикша-гуру, давшим полное прибежище. Ещё тогда, в 2012 году, я думал о получении официального посвящения у Шрилы Джаяпатаки Махараджа. Но поскольку Прабхавишну Махарадж быстро восстановил свою духовную форму и вернулся к активной проповеди, то тогда я решил не делать этого шага.
Однако при этом я чувствовал, как год за годом мои отношения с Джаяпатакой Махараджем становятся все более глубокими. Меня все более поражало его бесконечное самопожертвование и стойкость, позволяющая ему продолжать проповедовать, невзирая на ухудшающееся состояние здоровья.
Прошлый год был для меня непростым: серьёзная болезнь, уменьшение энергии в теле, отсутствие возможности ездить и проповедовать как обычно. В начале этого года я прошёл пятинедельный курс Панча-кармы, обновивший моё физическое тело. После этого я почувствовал необходимость также обновить и мою духовную жизнь. И мысли мои при этом всё чаще обращались к идее принятия посвящения у Шрилы Джаяпатаки Свами.
Когда перед Гаура-пурнимой я приехал в Маяпур, я встретился с Его милостью Прабхавишной прабху и попросил его разрешения на получение этой инициации, так как ни в коем случае не хотел бы совершать такой шаг без его благословения. Он милостиво ответил, что если меня это вдохновит на духовном пути, то он не против.
Затем мы пришли к Шриле Джаяпатаке Махараджу и спросили его мнения на этот счет. Он прославил качества Прабхавишну прабху, сказал, что с технической точки зрения это не является необходимым, но что он готов служить нам в любом качестве, и как шикша- и как дикша-гуру. Меня поразило смирение этих двух выдающихся вайшнавов, готовых пойти навстречу любым желаниям своих учеников и также теплота их отношения друг к другу. В итоге, я все же принял решение пройти обряд реинициации. Кавери решила присоединиться ко мне в этом.
Пройдя в день Гаура-пурнимы обряд посвящения, я почувствовал радость и возросшее желание проповедовать, что говорило о том, что моё решение было правильным. При этом внутренне я не чувствую, что сменил духовного учителя. Я чувствую, что просто закрепил официально отношения со своим вторым гуру, потому что по сути последние двадцать лет у меня все время было два основных гуру (не считая ещё многих вайшнавов, которых я в сердце считаю своими шикша-гуру). Мы сразу сказали Его милости Прабхавишну прабху, что хотели бы полностью сохранить с ним отношения, и он согласился, сказав, что в его отношении к нам ничего не изменится.
Вот таковы причины и смысл нашего шага. Я надеюсь и дальше оставаться слугою всех вайшнавов, с любовью, Ангира Гауранга дас».
После реинициации Ангира Гауранга прабху начал программу «Бхакти-врикша – перезагрузка». Бхакти-врикша стабилизировалась по всей стране, нигде не уменьшалась, нигде не увеличивалась. Остались сильные лидеры и стабильные группы. Остались реально серьёзные преданные, не сравнить с уровнем тех, кто начинал десять лет назад. Сложились хорошие санги лидеров. Фактически произошло «кипячение молока». В дальнейшем ожидался рост количества групп, потому что рост качества должен приводить к росту количества.
Бхакти-врикша за эти годы дала разнообразные плоды дерева Бхакти: из бхакти-врикш вышли президенты ятр, лидеры «Пищи жизни», организаторы фестивалей Голокафест, лидеры харинам, санкиртаны, вышли старшие пуджари в некоторых храмах. Все они начинали в бхакти-врикшах. Если Бхакти-врикшу рассматривать не как программу создания общины, а как программу обучения начинающих преданных, то она сработала на все сто процентов. Несколько тысяч человек прошли через бхакти-врикши и стали серьёзными преданными в ИСККОН.
С другой стороны, надежда на то, что люди будут всю жизнь оставаться в Бхакти-врикше не оправдалась. Бхакти-врикша как модель развития общины в то время была переоценена. Но бывшие участники Бхакти-врикши продолжали ходить на другие программы и заниматься служением. Об этом и велись разговоры в Перезагрузке.
В это время Ангира Гауранга прабху начал уделять серьёзное внимание своему здоровью, в частности, упражнениям хатха-йоги, и каждый час упражнений давал новые силы. Появились силы продвигать другие проекты: «преображение привычек», «рынок Святого Имени», «Золотой Век». Стал развиваться проект «Онлайн-школа Бхакти-врикши».
ИСККОН в настоящее время развивается качественно. Преданные строят храмы на своей земле, развиваются местные общины – постепенно ИСККОН укореняется в России. Шачинандана Свами сравнил ИСККОН с океаном – вверху волны, внутри бесконечная глубина. Если мы внутри океана бхакти, то мы будем счастливы. Скучно в ИСККОН не будет никогда, всегда будет интересно. И если преданные заняты проповедью, то им никогда не будет больно за бесцельно прожитые годы.
Составитель – Антон Лавренов по материалам: