багира загадки истории финикийцы и америка
Загадка древних мореходов — кто открыл Америку до Колумба?
Принято считать, что эра плаваний через Атлантический океан началась в самом конце XV века, после открытия Нового Света Колумбом. Но существуют факты, которые позволяют в этом усомниться. Может быть, трансатлантические путешествия начались гораздо раньше?
Мореплаватели поневоле
Вера в то, что к западу от берегов Европы лежат неизвестные земли, существовала ещё во времена Античности и продолжала сохраняться в Средневековье. Весьма вероятно, возникла она под влиянием того, что океан порой приносил к берегам странные предметы. Во времена Христофора Колумба служивший португальской короне капитан Мартин Винсент подобрал на мысе Сан-Висенте, крайней юго-западной точке материковой части Европы, фрагмент неведомо кем изготовленной деревянной резьбы. Похожий кусок тогда же прибило к берегам острова Мадейра, где его обнаружил Педро Корреа, родственник Колумба.
Жители Азорских островов рассказывали, что когда с запада дует ветер, на берег выбрасывает бамбук и палки с надписями на неизвестном языке. В песках острова Флореш, входящего в западную группу Азорских островов, однажды нашли останки двух человек с чертами, весьма отличными от европейцев.
В Средние века фрагмент работы римского историка Корнелия Непота (99-24 годы до н.э.) способствовал развитию идеи о возможности западного пути в Индию. Немецкий географ и путешественник Александр фон Гумбольдт (1769-1859) в своих записках относительно того фрагмента писал: «Помпоний Мела, который жил во время, относительно близкое ко времени Корнелия Непота, рассказывает (и Плиний это повторяет), что Метелл Целер, будучи проконсулом Галлии, получил в качестве подарка от короля бойев, или боетов (название неясно, Плиний называет его королём све-вов), несколько человек, принесённых бурей из индийских морей к берегам Германии… С определённостью можно сказать только, что из цепочки идей, которые привели Помпония к упоминанию сего факта как бесспорного, можно сделать вывод, что в его время в Риме были уверены, что эти смуглые люди, присланные из Германии в Галлию, пересекли океан, который омывал Восточную и Северную Азию».
Трансатлантические параллели
Ещё в 70-е годы XX века норвежский путешественник Тур Хейердал в своей книге «Древний человек и океан» называл 53 категории сходства доевропейских, как он их называл, цивилизаций Малой Азии, Древнего Египта, Кипра и Крита с древними цивилизациями по ту сторону Атлантики — в Мексике и Перу. Приведём лишь некоторые параметры сходства из такого обширного ряда:
• иерархия, основанная на солнцепоклонничестве и сложном государственном управлении во главе с абсолютным обожествляемым монархом, династия которого называет Солнце своим родоначальником;
• браки между братьями и сёстрами правящей династии для сохранения чистоты «солнечной» крови;
• применение огромного количества организованной рабочей силы для построения колоссальных сооружений, казалось бы, лишённых какой-либо практической функции;
• технические знания, позволяющие транспортировать каменные блоки весом до 100 тонн, а порой и более по пересечённой местности, через болота, реки и озера;
• мумификация покойников высокого ранга с извлечением внутренностей и применением определённых смол, хлопковой набивки и бинтов;
• накладная борода как ритуальный убор верховных жрецов;
• сходство одежды из хлопчатобумажной ткани: набедренные повязки и плащи у мужчин, платье с поясом и застёжками на плечах у женщин;
• изображение в качестве царственных символов одних и тех же трёх животных: змеи, хищной птицы и кошки. В обоих регионах змею подчас рисовали рогатой. На месте орла Старого Света за океаном можно видеть кондора, а на месте льва — пуму;
• значение XXXI столетия до н.э. как времени, с которым связывают своих родоначальников.
• наличие по обе стороны Атлантики одного и того же излюбленного типа судов: камышовой ладьи с морскими серповидными обводами, составным корпусом из искусно связанных по спирали верёвкой бунтов (связок из стеблей) и брезентовым парусом на двуногой мачте, опирающейся на основные бунты.
Если в северной части Атлантического океана американских гостей в Европу поневоле приносил Гольфстрим, то на тропических широтах в противоположном направлении действует «морской конвейер» из благоприятных ветров и течений, который помог Колумбу добраться до Мексиканского залива и, не исключено, мог содействовать м мореходам Античности и глубокой древности. Во всяком случае, своим плаванием на папирусной ладье «Ра-II» Тур Хейердал и его единомышленники доказали возможность подобного. При этом пятеро из восьми членов экипажа «Ра-И» были новичками, а один прежде даже не подозревал, что морская вода солёная.
Финикийцы и не только?
Журнал: Тайны 20-го века №45, ноябрь 2012 года
Рубрика: Белые пятна истории
Автор: Андрей Чинаев
Как финикийцы открыли Америку
Кто открыл Америку? Колумб? Нет, не Колумб. До него в лежащие за океаном земли плавали скандинавские мореходы — викинги. Но вполне вероятно, что о континенте по ту сторону океана знали и в Античности. Некоторые учёные на роль первооткрывателей Америки предлагают величайших мореходов древности — финикийцев.
Америку открыли жители древней Финикии
Название страны «Финикия» переводится как «Пурпурная». Жители этой страны были отличными мореплавателями и владели страшным секретом: как получить из обычных морских моллюсков великолепную пурпурную краску, которая стоила огромных денег и считалась «царской».
Родина кораблей
Секретов у финикийцев было множество, и все они надёжно скрывались от врагов, живших по другую сторону Средиземного моря, — греков. Но самый главный секрет жителей Финикии был в конструкции их надёжных и быстрых кораблей. Корабли эти были фантастическими для своего времени — трёхъярусные галеры 25 метров в длину! Да, финикийцы, конечно, как и все древние, предпочитали каботажное плавание — то есть старались держать путь поближе к берегам. Но корабли их были на порядок лучше, чем у тех же греков, и они отваживались плавать на огромные расстояния. Недаром именно финикийцев для эпохального плавания вокруг Африки использовали египетские фараоны. И именно финикийцы не боялись отправиться далеко на север — к Оловянным островам, и ещё дальше — к Ультима Туле, которую сегодня идентифицируют как Скандинавию, но которая с таким же успехом могла быть Шпицбергеном, Исландией или Гренландией.
Начиная с XII века до нашей эры финикийцы стали колонизовать побережье Средиземного моря. Скоро уже их колонии распространились по всему берегу Северной Африки и на Пиренеях. В будущей Испании у них был замечательно богатый город Кадис, на Мальте — Валлетта, на Сардинии — Кальяри, на Сицилии — Палермо, — то есть всюду, куда могли доплыть их великолепные суда. Даже там, где закрепиться было невозможно, их купцы основывали для себя «малую родину» — финикийские кварталы в чужеземных полисах. И совсем недаром международным торговым языком был тогда финикийский. Более того, финикийцы научили соседей алфавитному письму.
Владычество финикийцев на море длилось на протяжении веков. И только после падения финикийского Карфагена оно сошло на нет. Недаром Марк Катон Старший восклицал в сенате: «Карфаген должен быть разрушен!». И тогда остались лишь воспоминания о финикийском могуществе. И реплики греческих и римских авторов о каких-то невероятных путешествиях финикийцев.
Каменная плита из Бразилии
В 1872 году некий плантатор из провинции Параиба по имени Хоаким Альвес да Коста отправил президенту бразильского историко-географического общества странное письмо. Он уведомил высокоученого синьора, что во время земельных работ его слуги нашли каменную плиту с непонятными письменами. Поскольку в округе не нашлось ни единого человека, способного прочесть, что там написано, он попросил своего сына, студента, перекопировать текст на бумагу. Плиту по неосторожности разбили, добавлял он, но юноше удалось сложить все части в правильном порядке. Далее прилагался скопированный текст.
Учёный синьор Сапукахи лингвистом не был. Так что он просто передал письмо с копией текста историку Ладислау Нетто, который определил язык надписи как предположительно финикийский и отослал письмо из Параибы в заморскую Францию — историку Ренану, к которому испытывал большой пиетет. Ренан, разумеется, над параибским текстом вдоволь посмеялся. В те годы все знали, что никакого финикийского языка в доколумбовой Америке не знали и знать не могли. Научный мир находка тоже не особо заинтересовала. Очередная фальшивка — таков был приговор. Правда, востоковед доктор Шлоттман осторожно заметил, что для фальшивки надпись выглядит как-то уж слишком достоверно, поскольку сделана на сидонском диалекте финикийского языка. Но на его мнение никто внимания не обратил. И о находке из Параибы забыли на целое столетие.
В 1960-е годы на неё наткнулся американский востоковед Сайрус Гордон, который с лёгкостью перевёл пара-ибский текст. Это был своего рода отчёт о плавании 10 си-донских кораблей во времена царя Хирама III, жившего в VI веке до нашей эры.
Согласно тексту, финикийская эскадра вышла из Красного моря и двинулась на юг, чтобы обогнуть Африку. Но налетел шторм, разделил корабли, и сильное течение отнесло один из них к неизвестной гористой земле. Так 12 финикийских моряков и 3 женщины оказались по ту сторону океана. Научные журналы печатать перевод Гордона отказались, зато в него мёртвой хваткой вцепилась жёлтая пресса. Результат был очевиден: Гордона тут же нарекли шарлатаном.
А между тем странные финикийские находки в Новом Свете были отлично известны ещё с XVIII века. В 1749 году после сильного шторма обрушился фундамент старой каменной постройки на острове Корву. Море вымыло из него глиняный сосуд с большим количеством монет. Часть клада тут же отправили в Лиссабон, а оттуда они попали к мадридскому патеру Флоресу.
Оказалось, что монеты были карфагенскими — две большие золотые, пять медных и ещё две медные киренские. Датировались они 320 годом до нашей эры. Казалось бы, что такого — сосуд с монетами. Только вот остров Корву входит в состав Азорских островов!
Спустя два столетия американский учитель Бейстлан нашёл в Пенсильвании каменную плиту с плохо читаемыми письменами. Буквы оказались финикийскими. Текст на том же языке нашли и в Огайо в 1956 году. А в Массачусетсе была сделана и вовсе «дикая» находка — высеченное индейцами на береговой скале изображение финикийской галеры. В 1978 году в Колумбии обнаружились терракотовые пластины и тоже с финикийскими письменами!
Американский геолог Марк Мекнамамин сделал и вообще шокирующее заявление: он разглядел во вроде бы хаотичных точках и царапинах на нижней части карфагенских монет географическую карту, аналогичную Птолемеевой. Только на крайнем западе, где у Птолемея располагался Океан, он увидел чёткое изображение Америки.
Свидетельства историков
Диодор Сицилийский, живший в I веке до нашей эры, наверно, не без оснований считал — карфагеняне знали, что за Океаном лежит огромный «остров» с благоприятным климатом и туземными племенами. Он описывал плавание финикийцев из Кадиса, которые были отнесены бурей на много дней морского пути и оказались на «превеликом острове», где имелись судоходные реки, горы, леса, сады с чудесными сочными плодами, богатые деревни и даже «питейные дома», где моряков встретили с большим радушием. Эта земля, как писал Диодор, находится в 10 тысячах стадиев от Геркулесовых столпов.
Платон почти за 4 века до Диодора называл Средиземное море всего лишь заливом, лежащим за узким проливом (мы его называем Гибралтарским), который выводит в настоящее море, где расположено множество островов. И что, перебираясь с острова на остров, можно достичь огромной земли, лежащей за морем — вероятно, той самой, где имеются реки, горы, деревни и «питейные дома». Сами карфагеняне о чудесной и изобильной земле за Океаном не оставили ни единого упоминания. Может, сама земля — это никакая ни Америка, а просто догадки Диодора и Платона? Или это слухи и пересказ легенд?
Вот тут уж придётся объясниться. Вся прелесть сведений древних — в деталях. В эпоху карфагенян деревень с питейными домами не было ни на Азорских, ни на Канарских, ни на каких иных островах — разве что на Антильских, но они уже вблизи Америки. А одно сообщение настолько достоверно, что вызывает оторопь. Эвтимен из Массалы, живший в VI веке до нашей эры, писал, что из Океана «вытекает река Нил, наиболее полноводная в пору пассатных ветров, морская вода в ней пресна на вкус, а морские животные подобны нильским». Что это? Снова сказка? Современные географы замечают сквозь зубы, что описание очень похоже на сильное атлантическое течение в районе впадения в океан Амазонки. Вода в нём действительно пресная, а цвет её подобен Нилу — жёлтый. А Плутарх упоминал даже финикийского морехода Сертория, который плавал к Атлантическим островам, разделённым узким проливом, — чем не описание обеих Америк?
Так что финикийцы могли знать о существовании Нового Света, могли торговать с тамошними жителями и добывать тамошний металл. Но… заморские земли шли у них под названием Островов Блаженных! И никому из потомков даже в голову не пришло, что эти сказочно райские земли и есть Америка!
Журнал: Загадки истории №52, декабрь 2019 года
Рубрика: Исчезнувшие цивилизации
Автор: Михаил Ромашко
Финикийцы — кто этот народ?
Финикийцы появились в восточном Средиземноморье более 5000 лет тому назад. Откуда пришёл этот семитский народ и где обитал прежде — неизвестно. Пришельцы построили здесь одни из древнейших городов мира. Ассирийцы и вавилоняне называли его Губл, иудеи — Гебал, а сами строители — Библ.
Становление Финикии
Города финикийцев — Библ, Тир, Сидон, а позже Карфаген — быстро разрастались, их жители вели оживлённую торговлю, строили дома и крепости, а также отличные корабли.
В окрестностях Библа (известен с 4 тысячелетия до н.э.) финикийцы бронзовыми топорами рубили деревья — знаменитые ливанские кедры, стволы которых служили отличным строительным материалом для кораблей, дворцов и храмов. Их вывозили и в соседние страны — Египет и Месопотамию. Согласно записям египетских писцов, в XXVII веке до н.э. в Мемфис из Библа прибыло 40 финикийских судов с лесом для фараона Снофру. В Библ же суда везли золото из Нубии и слитки меди с Кипра, а сухопутные караваны доставляли с Востока зерно и драгоценные камни, шерсть, шкуры животных, пряности и благовония.
Сидон, возникший несколько позже Библа и расположенный южнее, прославил древнегреческий поэт Гомер. В «Илиаде» он называет сидонян «мастерами, искусными в ручной работе», а сделанный ими серебряный кувшин — «одним из самых прекрасных на всей земле».
Тир, ровесник Сидона, был самым южным из трёх великих городов-государств Финикии. В Библии вся 27-я глава Книги пророка Иезекииля посвящена описанию Тира конца VI века до н.э. Из него царь Хирам посылал своему другу, израильскому царю Давиду, а потом и его сыну, царю Соломону, строительный лес, плотников и каменщиков для возведения дворцов и главного иерусалимского храма, прототипом которого послужило святилище финикийского бога Ваала в Тире. «Отец истории» Геродот, живший в V веке до н.э., утверждал, что перед входом в храм стояли две колонны: одна была из чистого золота, другая — покрыта изумрудами.
Сами финикийцы называли себя по имени тех городов, откуда были родом: сидоняне, тиряне, карфагеняне. Финикийцами их окрестили греки — по названию добываемой из морских улиток сочной тёмно-красной краски, которой они окрашивали свои одеяния (Финикия — «пурпурная»). Позже карфагенян римляне стали называть пунийцами (отсюда и Пунические войны — между Римом и Карфагеном).
Как они торговали
Геродот рассказывает, как карфагеняне торговали с ливийцами. Причалив вблизи поселения, купцы сгружали с кораблей свои товары и раскладывали их на берегу. Потом они возвращались на судно и давали дымовой сигнал.
Ливийцы подходили к разложенным на берегу товарам, осматривали их. Затем они складывали рядом столько золота, сколько считали уместным заплатить за предлагаемые товары, и отходили на некоторое расстояние.
Карфагеняне сходили на берег и оценивали предложение ливийцев. Если, по их мнению, золота было достаточно, они его забирали и отплывали от берега, а если нет — возвращались на судно и ждали. Ливийцы добавляли золото до тех пор, пока продавцы не соглашались принять его. «Ни одна из сторон, — подчёркивает Геродот, — не плутовала. Карфагеняне не трогали золото до тех пор, пока его количество не достигало достаточной величины, а ливийцы не прикасались к товарам, пока финикийцы не забирали золото».
Изобретение алфавита
Изобретение финикийцами алфавита и основанной на нём письменности совпадает по времени с расцветом Сидона и Тира. Пользоваться буквами для записи произносимых звуков было гораздо проще, чем огромным количеством пиктограмм — египетских иероглифов или значков месопотамской клинописи.
Финикийский алфавит содержал всего 22 символа, обозначавших только согласные звуки. Отсутствие символов для гласных создавало определённые неудобства, но система работала, успешно применялась в торговых делах, её перенимали другие народы. Этот древнейший алфавит стал прообразом алфавитов всех европейских языков.
Свои записи финикийцы делали на папирусе, реже — на черепках глиняных сосудов. Папирус они покупали в Египте и привозили его в основном в Библ. В понятии древних греков Библ и папирус были настолько тесно связаны, что когда они решили перевести на свой язык повествования иудейских пророков, этот гигантский труд получил наименование по названию города — Библия.
К сожалению, ни одного литературного памятника финикийцев пока найти не удалось. Во влажном, насыщенном морской солью воздухе папирус быстро разрушается. О быте и образе жизни финикийцев мы знаем из записей египетских жрецов, а также по скульптурам, барельефам и росписям ассирийских художников.
Внешняя политика и мореплавание
Финикийцы в Америке?
Есть основания предполагать, что финикийцы побывали и на Американском континенте. Древнегреческий историк Диодор Сицилийский в I веке до н.э, писал: «…далеко в стороне от Ливии лежит остров значительных размеров, цветущий, с множеством гор, между которыми текут широкие, судоходные реки. Финикийцы открыли этот остров случайно, после того как основали колонии по всему побережью Ливии и решили плыть за Геракловы столбы на запад, в море, которое люди называют Океаном». Но единственные земли с горами и судоходными реками на запад от Африки — Южная Америка и Антильские острова.
Существуют общепризнанные факты, которые до сих пор будоражат умы как специалистов, так и простых любителей истории.
Индейцы майя и их полулегендарные предшественники, таинственные ольмеки, строили плосковерхие пирамиды, подобные месопотамским зиккуратам. Барельефы и скульптуры индейцев изображают странных жрецов и царей: горбоносых, с пышными бородами, в конических головных уборах, в обуви с остроконечными, загнутыми кверху носками, — как на финикийских статуэтках и ассирийских барельефах.
Археолог Мэтью Стирлинг нашёл в Мексике, в местах древних поселений ольмеков, несколько больших, высеченных из камня голов. Их лица имеют отчётливо выраженные негроидные черты. Возраст этих скульптур — 2300-2700 лет.
Загадка остаётся
Британский востоковед XIX века Генри Роулинсон назвал финикийцев «великими пионерами цивилизации», которые «своей неустрашимостью, дерзкой отвагой и мастерством проложили нам путь… Они осмелились проникнуть туда, где до них не бывал никто… Деятельные, энергичные, упорные и находчивые, не очень щепетильные, они обладали теми качествами, которые на протяжении веков обеспечивали нации богатство и процветание».
Но почему именно этот народ первым додумался обозначать символами не слова и ситуации, а звуки? Почему именно финикийские правители первыми поняли, что основа процветания — свободная и равноправная торговля, поиск и освоение новых рынков? И что торговать прибыльно можно лишь товарами высокого качества, доставляя их туда, где на них имеется спрос?
Что помогло им додуматься до всего этого? Или КТО помог?…
Ответов на эти и другие вопросы, связанные с судьбой финикийцев, учёные пока не знают. Но, возможно, когда-нибудь будет раскрыта одна из важнейших тайн далёкого прошлого землян.
Журнал: Тайны 20-го века №47, ноябрь 2012 года
Рубрика: Исчезнувшие цивилизации
Автор: Вадим Ильин
Бразильский камень с письменами
Загадочная находка
Однако есть факты, позволяющие предполагать, что и у скандинавов могли быть предшественники. Об этом свидетельствуют и исполинские каменные головы ольмеков с негроидными чертами, найденные в джунглях Центральной Америки, и голова статуи, выполненной в древнеримском стиле, из погребения, открытого на территории современной Мексики, и Бразильский камень, история которого весьма и весьма загадочна.
Но давайте с самого начала.
В 1872 году председатель историко-географического общества Бразилии маркиз де Сапукахи получил по почте конверт, в котором был лист бумаги, исписанный непонятными знаками. В сопроводительном письме некий дон Хоаким Алвес да Коста сообщал, что во время строительных работ в своём имении случайно обнаружил разбитую на четыре части каменную плиту с необычной надписью. С неё была сделана копия, которую он счёл необходимым отправить уважаемому профессору в надежде, что тот прольёт свет на загадочную находку.
Молодой учёный и стареющий император
Однако маркиз де Сапукахи, страстный путешественник и завсегдатай светских салонов, не имел никакого отношения к лингвистике или дешифровке и поэтому ограничился тем, что опубликовал в газете короткую заметку о находке. А послание да Косты передал молодому перспективному учёному Ладислау Нетто.
После безуспешных попыток разгадать секрет надписи Нетто пришёл к выводу, что она сделана на языке древних финикийцев, которого он не знал. Пришлось заняться его изучением, что, конечно же, потребовало времени. Решив ознакомиться с оригиналом надписи, молодой бразилец столкнулся с неожиданной проблемой: несмотря на все старания, найти ни автора письма, ни каменной плиты ему не удалось. Более того! Усадеб с названием, указанным в качестве обратного адреса, оказалось несколько, но там не слышали ни о сеньоре да Косте, ни о загадочном камне.
Неизвестно, чем закончилась бы эта история, если бы возникшие вокруг неё салонные разговоры не заинтересовали бразильского императора Педру II. В ту эпоху среди европейских правителей стало модным слыть просвещённым монархом. По этой причине Педру II проводил немало времени в беседах с учёными и даже оказывал им финансовую поддержку.
По его настоянию копия уже наделавшей шума надписи была отправлена французскому учёному Эрнесту Ренану — известному специалисту по древним религиям. Однако маститый профессор заниматься расшифровкой отказался: мол, предложенный ему текст полон таких несуразностей, что может быть только подделкой.
Несмотря на авторитет эксперта, император приказал Нетто продолжить работу, и в конечном итоге бразильский учёный вынужден был признать своё бессилие. После этого о Бразильском камне надолго забыли.
Газетная путаница
Вспомнили о нём лишь в 1970-е годы, когда первооткрывателями Америки были признаны викинги, а Тур Хейердал своими путешествиями на «Ра» и «Кон-Тики» заставил по-новому взглянуть на возможности древних мореходов. Тут-то и всплыла вновь загадочная надпись на финикийском языке, каким-то образом оказавшаяся в Бразилии.
Первой о необычной находке столетней давности заговорила бульварная пресса, не привыкшая утруждать себя проверкой фактов. Так, если французские газетчики сообщали о том, что возраст Бразильского камня составляет 2500 лет, то у их швейцарских и немецких коллег эта цифра возросла уже до трёх тысяч. Другие издания пошли ещё дальше: ни слова не говоря о бразильском авторе письма, они утверждали, что камень был найден… Туром Хейердалом. А американские газеты заявляли, что их корреспонденты собственными глазами видели надпись на камне. Но главной загадкой по-прежнему оставалось её содержание.
Амбиции Гордона
Внести ясность в этот вопрос решил Сайрус Гордон, американский специалист по древним текстам. Ещё в 1968 году он опубликовал перевод пресловутой надписи, из которого следовало, что в середине VI века до н.э. Флотилия из десяти финикийских кораблей покинула египетский порт на Красном море и направилась на юг вдоль африканского побережья. Видимо, в районе мыса Доброй Надежды буря разметала суда, и одно из них через какое-то время оказалось у берегов Бразилии. Находившиеся на нём 12 мужчин и три женщины молили богов о спасении и оставили надпись на камне.
Научный мир отнёсся к переводу Гордона весьма скептически. Надо сказать, что и сам Гордон допускал возможность других толкований текста — по той причине, что древние финикийцы использовали в своей письменности только согласные буквы и подобрать правильные гласные было непростой задачей.
В 1971 году он высказал гипотезу: на камне высечено зашифрованное послание с двойным кодом — и с тех пор так и не предложил свой вариант расшифровки. В то же время за дело взялись серьёзные журналисты, которые стали задавать Гордону «неудобные» вопросы: а где же сам камень? Куда исчез сообщивший о нём Хоаким да Коста? И почему молчат другие специалисты по древним языкам?
Чтобы подвести черту под этой щекотливой ситуацией, в конце прошлого века международный консилиум криминалистов, психологов и археологов принял поистине соломоново решение: возможно, камень существовал, а вот бразильский плантатор мог, например, умереть; если же камня никогда не было, то копия надписи — всего лишь глупый розыгрыш. Правда, оставалось непонятным, кому и зачем это понадобилось.
Но если оставить в стороне споры о реальности Бразильского камня, то возникает другой принципиальный вопрос: а могли вообще древние финикийцы достигнуть берегов Южной Америки?
Случайное открытие
Но, прежде чем говорить о мореходных возможностях древних, следует вспомнить кое-какие достоверные факты.
В 1500 году португальская экспедиция под командованием адмирала Педру Кабрала, направлявшаяся в Индию, на широте экватора была подхвачена Южно-Пассатным течением и отклонилась от курса. Так была открыта Бразилия.
Конечно же, финикийские корабли во многом уступали португальским каравеллам. Они были более медлительными и не могли ходить против ветра, так как не позволяло прямое парусное вооружение. Однако в остальном это были довольно надёжные суда длиной до 30 метров. Уже за два тысячелетия до нашей эры финикийцы строили их из кедровых досок толщиной более шести сантиметров и закрывали трюмы водонепроницаемой палубой. В VIII веке до н.э. Они изобрели триеру — судно с тремя рядами весёл, — а двумя столетиями позже совершали плавания не только по Средиземному морю, но и выходили в Атлантический океан, достигая Канарских и Британских островов. Другим направлением их морских походов была страна Пунт на южном побережье Красного моря, куда они совершали плавания, повинуясь египетским фараонам, поскольку сами египтяне строить мореходные корабли не умели.
Невероятное плавание
О масштабах таких экспедиций свидетельствует количество доставляемых оттуда грузов. Так, при фараоне Сахуре в Египет было привезено 80 тысяч мер мирры — ароматической смолы — и 2600 единиц ценных пород дерева, а также слоновую кость.
Такие плавания не были единичными предприятиями, и уже около 4000 лет назад, при фараоне Сенусерте III, был построен судоходный канал, соединивший Нил с Красным морем.
Ещё более отдалённой, чем Пунт, целью морских путешествий был Офир — «страна золота», по мнению многих исследователей, находившаяся на территории современного Мозамбика. И совсем уж невероятным может показаться плавание вокруг Африки, совершенное финикийцами около 600 года до н.э. По приказу фараона Нехо II. Длина береговой линии африканского континента составляет 30500 км, или ¾ окружности земного шара, поэтому неудивительно, что в те далёкие времена для преодоления такого расстояния им понадобилось целых три года.
Неизвестно, что именно побудило фараона принять столь необычное решение. Ясно лишь одно: путь в Атлантику через Гибралтарский пролив был для египтян в то время закрыт, так как всё Западное Средиземноморье контролировали карфагеняне. Поэтому моряки из Финикии, подвластной Египту, выйдя из порта Эционгебер на Красном море, прошли вдоль восточного берега Африки, обогнули мыс Доброй Надежды и по атлантическим водам вернулись в Средиземное море.
В ожидании своего часа
Получается, что благодаря всем этим морским экспедициям финикийцы были довольно хорошо знакомы как с восточным, так и с западным побережьем Африки. Это — во-первых. Во-вторых, они умели строить корабли, способные преодолевать значительные расстояния, что подтверждают эксперименты современных реконструкторов. Так, в конце 70-х годов прошлого века француз Андре Жиль-Артаньян на копии финикийского судна длиной 20, 5 метра совершил двухлетнее плавание. А в 2008 году группа британских энтузиастов на подобном корабле отправилась в экспедицию по маршруту длиной более 20 тысяч морских миль, также благополучно завершившуюся.
В-третьих, корабли, огибающие южную оконечность Африки с востока, оказываются под влиянием Южно-Пассатного течения, а если при этом поднимался юго-восточный ветер, то судно с прямым парусом могло быть заброшено к южноамериканским берегам.
Что же касается Бразильского камня, то он ждёт своего часа, как и другие открытия, которые могли бы подтвердить путешествия древних мореходов из Старого Света в Новый…
Журнал: Тайны 20-го века №44, октябрь 2020 года
Рубрика: Поиски и находки
Автор: Александр Фролов