балтийск история города краткое содержание

04.02.202424.06.2023 admin 0 Comments

375 Балтийск Древняя история 27 03 1974

Александр Сергеевич Суворов («Александр Суворый»)

Книга-фотохроника: «Легендарный БПК «Свирепый» ДКБФ 1971-1974».

Глава 375. Балтийское море. БВМБ Балтийск. Часть 1. Древняя история. 27.03.1974.

Фотоиллюстрация из открытой сети Интернет: Фотография Виктора Максимова из его фотоальбома «Мой город Балтийск». Социальная сеть «Одноклассники». 29.11.2016 г.

В среду 27 марта 1974 года для проверки отремонтированных машин и механизмов, модернизированных РЛС, средств связи и навигации, а также для сдачи квалификационных экзаменов будущих вновь назначенных старших специалистов, старшин, командиров боевых постов, отделений и команд БПК «Свирепый» на сутки вышел в море.

Весь экипаж БПК «Свирепый» с удовольствием «играл в войну»: моряки лихо бегали по трапам, лихо докладывали на ГКП (главный командный пункт) и на ходовой мостик о готовности к бою, все боевые части, отделения, команды и посты лихо упражнялись в отработке боевых навыков, а наши коки лихо готовили завтраки, обеды и ужины по повышенным «нормам морского довольствия».

Дело в том, что все офицеры, мичманы, старшины и матросы, кто был на первой БС (боевой службе) БПК «Свирепый» в июле-октябре 1973 года в Северной Атлантике, с тоской вспоминали «морские нормы» питания, денежного и вещевого обеспечения – было, что с чем сравнивать…

Моряки-свирепоцы получали явное удовольствие от этого выхода в море, потому что вокруг быда весна, потому что мы были молоды, потому что море сверкало на солнце миллиардами солнечных зайчиков, потому что одним всё ближе был ДМБ, а другим – свобода и воля «годковства», новые классные чины, звания и должности.

В этот выход в море я с удивлением рассмотрел нашу военную гавань военно-морской базы Балтийск, потому что она мне показалась не просто прямоугольной, а красивой и рационально устроенной водной акваторией.

Наш причал, к которому всё время становился на швартовы БПК «Свирепый», занимал среднее положение и находился по центру военной гавани. Всякий раз, когда БПК «Свирепый» возвращался в базу, мы должны были развернуться в самой широкой части военной гавани, а затем, отрабатывая задним ходом, «впритирку» подойти и встать на швартовы к причальной стенке пирса.

Этот приём «швартовки задним ходом» был отработан командиром корабля, капитаном 2 ранга Е.П. Назаровым, старпомом, капитан-лейтенантом Н.В. Протопоповым и некоторыми вахтенными офицерами, например, командиром БЧ-3, старшим лейтенантом О.А. Белониным, до совершенства.

Так, однажды, возвращаясь из боевого похода, БПК «Свирепый» настолько точно и близко подошёл к стенке пирса, что швартовой команде и боцманам просто надо было накинуть петлю-кольцо толстого швартового троса на причальный пал-кнехт, что и было сделано на зависть и восхищение встречающих (это реальный и действительный факт).

К моему стыду, я изначально из-за сильной занятости по обязанностям рулевого в период перехода БПК «Свирепый» из калининградского ПССЗ «Янтарь» в военно-морскую базу Балтийск, не очень-то знаком был с историей и территорией города-базы. Только с приходом на корабль минёра БЧ-3 Александра Викторовича Якимушкина (период службы 22.04.1973-15.03.1974), который сам был из Балтийска, я многое узнал о славной истории Балтийска, главной военно-морской базы Балтийского флота, а в прошлом – базы ВМС Германии (1921-1945).

Александр Якимушкин работал в Балтийске учителем и очень интересовался древней и недавней историей Балтийска-Пиллау, поэтому мне было крайне интересно слушать его негромкие рассказы о городе-базе, о её крепостях, зданиях, достопримечательностях и тайнах…

По сложившейся после Великой Отечественной войны традиции обитателям и жителям Балтийска «не рекомендовалось» вспоминать и говорить о Балтийске, как о базе флота фашистской Германии. Дело в том, что в городе, в порту и в военной гавани Балтийска всё ещё бесперебойно функционировали крайне надёжные здания и сооружения, коммуникации, трубопроводы и арматура, вентили и переключатели, машины и механизмы немецкой постройки.

С одной стороны это было здорово, – мы победители в войне и имеем право, а с другой стороны, – было как-то неловко оттого, что мы пользуемся техникой и технологиями немцев и они удивляют нас своей долговечностью, практичностью, удобством и надёжностью…

Только после рассказов Сашки Якимушкина «по секрету» о Балтийске-Пиллау, я начал ходить по делам службы и в увольнение с интересом и целенаправленно – посмотреть капониры и стены крепости, маяк, знаменитые здания, улицы и достопримечательности города. При этом всё в Балтийске было «закрыто» ореолом секретности, так как сам город и особенно военная гавань были строго закрыты для посещения всеми, кто не имел на это разрешения.

Однако рассказы Сашки Якимушкина, как ни странно, но рассказы нашего штурмана БПК «Свирепый», командира БЧ-1, старшего лейтенанта Г.Ф. Печкурова, других офицеров и мичманов, а также свои впечатления от увиденного в городе и военной гавани, составили мою собственную «картину» облика и образа этого города, главной военно-морской базы Балтийского флота.

Вот эта картина Балтийской военно-морской базы (БВМБ Балтийск), дополненная современными данными из многочисленных источников:

Место для военно-морской базы на месте Балтийска крайне удачное, так как орудия «пиллуанской цитадели» на юго-западной оконечности Земландского полуострова защищали единственный проход из Балтийского моря в незамерзающий порт и столицу Восточной Пруссии – Кёнигсберг (ныне Калининград). Конфигурация берегов, отмелей и песчаный кос естественным образом располагали к строительству порта, военной гавани, мастерских, складов и заводов, железной дороги и города Пиллау (ныне Балтийск).

Морские течения, господствующие ветра и песчаные берега эюго-западной оконечности Земландского полуострова, также стоки вод Вислы и Прегеля за многие века образовали песчаную косу и залив, определившие судьбу возникших небольших рыбацких поселений на месте будущего города-базы Пиллау-Балтийск.

В период XIII-XIV веков в том месте, где «песчаная коса постепенно переходит в Земландский полуостров, несколько небольших поселений объединились в одно поселение, которое получило название «Пиллау». Сашка Якимушкин не смог толком объяснить происхождение этого слова-наименования («пиллау»)…

Таким образом, Пиллау-Балтийск – это «морские ворота» большого и важнейшего порта-города Кёнигсберг-Калининград. Эти места издревле населяли многочисленные племена: балты, славяне, датчане, пруссы, поляки, шведы, французы, англичане, голландцы и немцы.

Более 70 лет на этой земле живут и трудятся многие поколения советских и русских людей, для них эти места проживания стали «малой Родиной», а для всего Советского Союза й России – неотъемлемой частью страны.

Ещё в IX веке н.э. на низкие песчаные берега будущего Балтийска (Пиллау) пришли местные рыбаки, но они пришли не на пустое место. Ещё в конце III тысячелетия до н.э. местные племена (на месте посёлка Прибрежное Балтийского района Калининграда) были вытеснены пришедшими с востока (из Русской равнины) индоевропейцами (праславянами), носителями культуры «шнуровой керамики» Северного Причерноморья.

В результате на месте будущего Балтийска (Пиллау) в то далёкое время проживали носители местной «жуцевской культуры», то есть смешанной «до-индоевропейской нарвской культуры» с «индоевропейскими культурами шаровидных амфор и шнуровой керамики».

Во второй половине II тысячелетия до н.э., видимо, из-за бесконтрольной вырубки мощных сосновых лесов и оустынивания песчаной почвы, начинается «постепенное сокращение численности населения Куршской косы, а затем и его миграция – уход в иные земли».

Конкретно место будущего города Балтийска-Пиллау начало заселяться местными и пришлыми людьми в IX веке н.э., так как здесь были почти идеальные условия для промысловой морской рыбалки. Причём, как только возникло «богатое» поселение рыбаков, сразу же возникла необходимость строительства укреплений для защиты от посягательств местных разбойников и пришлых варягов (викингов). Кстати, на прусском языке слово «пилз» означает «крепость»…

При этом пруссы-сембы, как викинги и варяги регулярно совершали военные походы и набеги на соседние земли. Пруссы-сембы были язычниками, поклонялись солнцу, луне, звёздам, огню и животным, совершали обряды жертвоприношения в священных рощах.

В апреле 997 года прусские язычники-сембы Самбии (Балтийск-Пиллау) убили христианского проповедника Войцеха Адальберта (канонизирован римской церковью в июне 999 года).

В 1004 году в результате штормов и течений в Самбии образовался пролив у Лохштедта («Старый пролив»).

В 1014-1035 годах на Земландском полуострове началось правление наместников датского короля Канута (викингов?).

В XI веке «викинги овладели землёй на месте будущего Балтийска (Пиллау) и построили здесь на Куршской косе свои поселения».

В 1253 году началось завоевание тевтонскими рыцарями юго-западной части Земландского полуострова (Балтийск-Пиллау). Перейдя по льду залив Фрише-Хаффа, отряды тевтонцев вторглись на Замланд (Самбию) недалеко «от того места, где потом (1270-1300) будет построен замок Лохштедт (около нынешней заставы)». Пруссы-сембы Самбии «упорно сопротивлялись тевтонцам в течении многих десятилетий» и уступили только «благодаря предательству прусской знати».

В середине XIII века всю территорию Куршской косы захватили рыцари и наместники Тевтонского ордена (Восточная Пруссия). Тевтонцы стали первыми строить настоящие крепостные сооружения будущего Балтийска (Пиллау) по всем правилам средневековой фортификации.

Бесконтрольная вырубка лесов для крепостей, местных поселений Вограм, Пиле (Пиль, Старый Пиллау), Фишдорф (около крепости), Новый Пиллау (Хакен, Крючок) и имения баронов Крюгер (селение Камстигалль) и сооружений самой Пиллау («крепости»), выпас скота и истощение почвы пахотных земель привели к опустыниванию Куршской косы.

3 мая 1258 года в средневековых документах Пруссии впервые упоминается о селении Вограм как известие «о дележе леса между жителями и епископом Замланда (бывшей Самбии, будущего Балтийска-Пиллау). В это время Вограм располагается у «Королевского озера».

В 1264 году «Тевтонский орден и римская церковь обменялись участками земли на Пиллауском полуострове».За это соглашение епископ Замланда «получил часть лесных угодий для строительства своей резиденции в Фишхаузене (Приморск)». Тевтонский орден на песчаной возвышенности возвели один из первых замков Тевтонского ордена на прусской земле, названный Лохштедтом».

После 1300 года – «округ Лохштедт (территория городского округа будущего Балтийска) вошёл в комтурство Кёнигсберга».

В 1611 году (примерно) образовался второй пролив у замка Лохштедт. Ранее этот пролив Бальга находился у селения Эльбинг.

В 1363 году «появился «Старый Пиллау» (в районе нынешнего «Поля чудес», Балтийск) с центром на горе Пфундебудеберг. Здесь «располагалась Таможенная изба и, рядом с ней, кирха». Селение «Старый Пиллау» делилось на две части: «восточные горы — Большой Пиллау, и, западнее, ближе к морю — Малый Пиллау».

24 августа 1430 года «комтур Бальги докладывал великому магистру Тевтонского ордена о работах, производимых для укрепления и предотвращения размывания косы, впервые употребляется слово «пилен» («Пиллау»). С 1725 года деревня «Старый Пиллау» или теперь «Пилен» «располагалось у горы Пфундбуденберг, которая названа так по имени «Пфундбуде» («таможенная изба»), это старейшее здание Пилен (Пиллау).

В 1455 году закончилась война между Польшей и Тевтонским орденом. В это время в тевтонских документах впервые упоминается селение «Камстигалль» (ныне это посёлок Севастопольский). Поводом упоминания послужило сообщение «о сожжении Камстигалля поляками».

В 1476 году поселение Камстигалль «получило торговые привилегии в занятиях сельским хозяйством, рыболовством и разведением рыб». Кстати, тевтонцы умели разводить рыбу и создавать новые породы рыб издревле, в Камстигалле «разводили карпа в озере «Карпов пруд».

В 1479 году «после сильного шторма произошёл ещё один мощный прорыв вод около Пиллау». Образовался новый пролив, «который стал судоходным после шторма в 1510-м году». Так возник естественный повод создания порта Пиллау. Несомненно толчком для создания в Пиллау порта явилась добыча природного янтаря.

10 сентября 1510 года – необычайно сильный шторм с Балтики «промыл» пролив около селения Пиллау и сделал его судоходным. С этого момента начинается история прусского города-порта Пиллау.

Я слушал рассказ Сашки Якимушкина о древней истории Балтийска с открытым ртом и мне представлялся это мощнейший шторм с Балтики, накат бурлящий волн, бурный промыв сквозь песчаную косу отмели и напор воды на низкие берега залива, в котором образовывалась акватория будущей «военной гавани» Балтийской военно-морской базы Балтийск (БВМБ Балтийск).

Источник

Балтийск прочно ассоциируется у калининградцев с военной базой, чудесными широкими пляжами и длинным молом. Недавно открытый для «посторонних» глаз приморский город привыкает к своей привлекательности и не стесняется рассказывать тысячи историй своего существования.

Так получилось, что за Пиллау (именно так назывался Балтийск до 1945 года), боролись многие короли и даже природа. Море всячески способствовало появлению и развитию города. К сожалению, как и во многих городах Калининградской области, от прежней архитектуры в основном остались лишь рассказы. Но узкие мощёные улочки, памятники и набережные помнят всех, кто когда-то пытался стать хозяином этого города.

Гуляя по Балтийску под рассказы гида, то и дело хотелось закрыть глаза и представить Пиллау во все времена — начиная от появления в нём первых авантюристов в погоне за янтарём и заканчивая строительством Северного мола, который по сей день принимает гостей для длительных прогулок на закате. Однако обо всём по порядку.

Русалки, осётр и шторм

Известно, что Балтийск сформировался из пяти самостоятельных деревень. Первые упоминания о поселении в этом районе относятся к XIII веку. Называлась эта деревня Вограм и занимала территорию в 17 гектаров. Населяли её рыцари и переселенцы из Европы, которым приглянулось богатое рыбой море и леса, полные добычи. Впрочем, многих влекло и желание разбогатеть — песок у моря был «размешан» дорогостоящим янтарём.

Как уже говорилось, борьбу за эту территорию предпринимали не только люди, но и стихия. Ненормальные в нашем понимании природные явления случались на этой местности довольно часто. Среди них и Северное сияние, и падение метеорита, и снег в июне. Что касается ветра, то он сыграл решающую роль в жизни этих мест. Так, первый разрушительный шторм обрушился на Вограм в 1690 году, и выжившие люди были вынуждены перебираться в другие поселения.

Что касается деревни с названием, похожим на Пиллау (Пилль, Пиле), то она появилась на 166 лет позже возникновения деревни Вограм. В переводе с прусского это означало «гора», «замок», «крепость». Но существует древняя прусская легенда, что имя городу дала русалка Пилла, которая выходила на берег, чтобы посушить волосы. Верить этому или нет — решать читателю, но, на мой взгляд, такое начало истории для чудесного приморского города звучит вполне натурально.

Все жители этого селения были так или иначе заняты в отлове и обработке осетра. Важнейшим зданием деревни являлась Осетровая изба на холме — на её месте сейчас стоит православный храм. Стоит отметить, что именно этой рыбе Балтийск обязан своим становлением. Вокруг этой избы и появилось первое поселение, а само здание представляло собой что-то вроде казны — помимо рыбы сюда несли собранный янтарь. Тогда в год вылавливали до тысячи осетров, а его переработка была государственной монополией. Мастера осетрового дела и даже их помощники являлись самыми влиятельными жителями города. Впрочем, значимость этой рыбы не прошла мимо — её изображение позже стало красоваться на гербе Пиллау, а сейчас — на гербе Балтийска. Для многих, скорее всего, станет сюрпризом, что в нашем море когда-то водилась такая редкая рыба. Дело в том, что осётр любит чистую воду, и когда корабли перешли на мазутное топливо, он практически исчез из Балтийского моря.

Неизвестно, как сложилась бы судьба этой территории, если бы в 1510 году с моря не пришёл жесточайший шторм, во время которого образовался пролив, отделивший нынешнюю Балтийскую косу от суши. Отголоски этого шторма почувствовали и жители Кёнигсберга, многие из которых не смогли уснуть из-за бушевавшей Преголи. Позже жители Пиллау стали называть пролив «данным Богом», потому что с его возникновением резко к лучшему изменилась и жизнь уже нового поселения.

Новый Пиллау, шведы и первые камни крепости

После шторма жители Пиллау вышли из укрытий и обнаружили, что их город приобрёл иные очертания: часть суши отделилась, и образовался пролив. После этого дня жизнь уже не была прежней — люди обосновались на нынешней косе, а пролив стал судоходным, привнеся колоссальное развитие в экономику и историю города. Именно с этого момента Пиллау разделился на Старый и Новый.

Пролив под названием Фриш-Гаф обеспечил грандиозные перемены, доходы и развитие города. За десять лет в Пиллау появились жаровни с углём для освещения, примитивные фонари, пивная и пекарня. Город стал укрепляться и в военном плане — появился блокгауз, который позже был передан таможне и земляные укрепления, рвы. Таможенные сборы, которые вносили проплывающие суда, и благополучная торговля осётром приносили немалые доходы и обеспечивали жизнь поселения.

За век Пиллау стал лакомым кусочком для завоевателей, и во время прусско-шведской войны в 1623 году король Швеции Густав II Адольф высадился в мирном городе. Через три часа его войска полностью оккупировали Пиллау, а король заявил, что «эта плохая песчаная площадка нужна ему временно». Вскоре он поручил своим подчинённым построить крепость и отправился в поход. Для её возведения было собрано четыре тысячи человек — однако через год огромное количество жизней унесла чума. Строительство известной для нас Шведской крепости продолжилось лишь в год смерти короля, в 1632 году. Голландский инженер Матнал Венту приступил к возведению пятиконечного здания, которое через три года в честь примирения было продано Пруссии. История и архитектурные особенности этой крепости очень занимательны, и мы обязательно вернёмся к ним в следующий раз.

Фридрих Вильгельм Великий, статус города и первые русские следы

В 1657 году вновь вспыхнула польско-шведская война, и Пиллау снова угрожала опасность. Для защиты была собрана флотилия в три корабля, которая стала основой будущего прусского флота. Командовал кораблями губернатор Пиллау — полковник Пьер де ля Каве. Спустя три года Польша и Швеция вновь заключили мирный договор, что вернуло в город спокойные времена.

В это время к власти в Пиллау пришёл Фридрих Вильгельм Великий, который стал одной из ключевых фигур в истории города. За время его правления жители получили право торговли с владельцами корабельных грузов, была построена мельница и небольшой деревянный маяк. Недалеко от маяка появилась первая гостиница и первый бастион для защиты от шторма. К 1660 году в Пиллау проживало около 300 человек.

В 1697 году — за три года до того, как была завершена пятиконечная крепость, в рамках Великого посольства в Пиллау прибыл Пётр I. Его свита насчитывала четыре тысячи человек. Для того, чтобы лучше узнать архитектуру и укрепить связи, российский царь был в Пиллау ещё дважды — в 1711 и 1716 годах. Русский правитель пользовался большим уважением среди пруссов. Король Фридрих Вильгельм I даже преподнёс ему в подарок Янтарный кабинет в 55 квадратных метров и Янтарную комнату. Легенды об этой комнате хорошо известны калининградцам, ведь следующим пристанищем для сокровищ после Санкт-Петербурга стал Кёнигсберг. Дальнейшая судьба Янтарной комнаты неизвестна — сколько бы её ни искали. В ответ на щедрый подарок Пётр «преподнёс» пруссу 55 русских великанов для королевской гвардии. Ко дню 300-летия Балтийского флота в городе был установлен памятник последнему российскому царю.

Всё это время стремительно развивающееся и привлекательное для иностранцев поселение не имело статуса города. Его Пиллау приобрёл только в 1725 году. Тогда был введён и известный балтийцам герб с изображением осётра в золотой короне.

Следующий русский след в Пиллау был оставлен во время Семилетней войны, в 1758 году, когда армия Елизаветы I заняла прусские территории. Когда войска российской императрицы сошли на берег Пиллау, многие горожане сбежали в Кёнигсберг. Однако те, кто остался, не подвергались лишениям и пыткам. Напротив — всё население было объявлено свободным в вере, торговле и печати. Студенты продолжали учёбу, а преподаватели пользовались особым почтением русских. Даже занятые в строительстве прусские крестьяне отпускались домой на сбор урожая, который шёл на их обеспечение. В свою очередь, русские войска питались хлебом, привезённым с родных полей.

Рано или поздно патриотические чувства пруссам всё-таки пришлось усмирить — 24 января, в день рождения короля Фридриха Великого, все они дали присягу на верность России. Однако это была своего рода привилегия, ведь в России присягать имели право только дворяне. Своё колено перед Елизаветой преклонил и великий философ Иммануил Кант.

Такое положение дел, по понятным причинам, не устроило прусского короля, и он с первого дня вторжения на свои земли стал вынашивать план возмездия. Одну из ключевых ролей в этом заговоре сыграл почмейстер Пиллау Людвиг Вагнер, который передавал королю информацию и деньги. Несколько лет пруссы разрабатывали схему освобождения Пиллау от «узурпаторов», однако их планы не увенчались успехом. Заговор был раскрыт, а его участники, Вагнер и другие помощники короля, были сосланы в Сибирь.

За время правления Елизаветы в Пруссии в Пиллау была построена «Русская дамба», сегодня более известная как Русская набережная, и православная церковь. Российские средства вкладывались в развитие города, а армия императрицы работала над облагораживанием своих земель и с уважением относилась к местному населению.

Французы, маяк, Северный мол и упадок Пиллау

Во время франко-прусской войны в начале 19 века французы впервые вошли в Пиллау. Тогда армии не удалось взять крепость, а через месяц государства уже заключили Тильзитский мир. Вторая попытка обосноваться в приморском городе пришлась на 1812 год. Занявшие город французы оставались в нём недолго — в это же году они отступили под натиском русских солдат.

Вскоре после этих событий, в 1816 году, в Пиллау был построен новый маяк, который до сегодняшнего дня является одним из символов города. Его высота составляет более 30 метров. Автор постройки неизвестен — разные источники предполагают разные версии. Огонь, указывающий путь морякам, виден на 16 морских миль (около 30 километров).

В 19 веке в Пиллау появилась ещё одна достопримечательность, которая и сегодня является визитной карточкой Балтийска. Самая западная точка России — Северный мол — строился более сорока лет, с 1840 по 1883 год. Предпринять такой дорогой «проект» было необходимо для обуздания морских потоков и предотвращения обмеления пролива. Мол действительно выполнил свою функцию — глубина пролива увеличилась с трёх до девяти метров, а Пиллау не утратил привилегий таможни.

В сороковых годах 19 века Пиллау начал испытывать экономические трудности. Торговля шла хуже, и всё больше людей оставались без работы. Однако работа по развитию города шла непрерывно — в 1865 года Пиллау и Кёнигсберг связала железная дорога, что в разы облегчило доставку товаров. Весь 19 век и до 1945 года в городе проводилось плановое озеленение — высаживались деревья, строились широкие прогулочные дороги.

В 1817 году в Пиллау открылась первая типография, благодаря которой удалось сохранить сведения о судах, заходивших в городской порт. Позже, в 1848 году в будущем Балтийске появилась первая местная газета «Огни Пиллау». Постоянный труд жителей Пиллау и их крепкий дух позволили вывести город из кризиса — во второй половине 19 века он стал самым доходным в Восточной Пруссии. Для отдыха и для того, чтобы «подлечить нервы», в этот город приезжали «сливки» творческой элиты. В 1869 году здесь были впервые организованы соревнования кёнигсбергского яхт-клуба «Рил», которые с 1880 года ежегодно проводятся летом. С началом перестройки эта традиция возобновилась, и регата, как правило, проводится в День военно-морского флота.

Несмотря на успех горожан, прогресс сделал своё коварное дело — в 1901 году был открыт Кёнигсбергский канал, который позволял судам заходить в город, минуя Пиллау. Это событие постепенно стало приводить жизнь горожан в упадок.

С тех пор в городе начались попытки вывести его «на другой уровень». Власти намеревались «перепрофилировать» Пиллау в туристический объект, а для этого ему были необходимы изменения. Кроме того, в это время началось развитие промышленности. «В 1914 году началась первая мировая война. Русский флот заминировал побережье моря. По словам О. Шлихта, мины были очень хорошего качества, но плохо установлены. Настоящая паника была, когда их начало выбрасывать на побережье. Подрывались не только корабли и рыбачьи лодки в море, но и люди на побережье. Специалисты ходили по берегу и обезвреживали мины. Когда русские войска почти приблизились к Кёнигсбергу, многие бежали из города. Огромное впечатление на жителей произвело зрелище, когда конвой из кораблей шёл в сопровождении дирижабля», — пишет в своей книге «Тайны Пиллау» Лидия Довыденко.

Для жителей города наступили тяжёлые времена: еда по карточкам, основной продукт питания — брюква. Люди были обязаны отдавать металл, а ценности государство скупало. После окончания войны Пиллау стал единственной возможностью попасть из Восточной Пруссии в Германию без польского контроля. Через морские ворота города прошли сотни судов с желающими приехать в Пруссию или уехать из неё. В 1921 году Пиллау стал закрытым городом и был объявлен базой германского флота, что, однако, не мешало дальнейшему развитию инфраструктуры города. Так, в 1927 году в городе появился водопровод, а первая водонапорная башня сохранилась и по сей день. А построенные в том же году очистные сооружение остались практически нетронутыми и используются балтийцами сегодня. Кроме того, в тридцатые годы в Пиллау начали масштабно строить отели, пансионаты и маленькие кафе, а в 1934 году было начато строительство аэродрома. Туристы продолжали прибывать в город, было налажено транспортное сообщение с Кёнигсбергом и по городу.

Вторая Мировая война прервала все начинания и строительства и город вновь погрузился в нищету. Из воспоминаний Эрвина Фридриха Кафке, который работал в администрации Пиллау.

Несмотря на вход советских войск в город, около 250 коренных жителей предпочли остаться в Пиллау. Однако в 1948 году они были принудительно депортированы. 27 ноября 1946 года Пиллау был переименован в Балтийск.

Воспоминания жителя Пиллау

Выходцы из Пиллау сейчас в основном проживают в немецком городке Эккенферде. Ежегодно они собираются у памятника Великому Кюрфюрсту, построенному в 1913 году в их родном Пиллау. Он случайно уцелел во время войны и был найден в Гамбурге, откуда его и доставили на новое место жительства этих людей.

Некоторые из них смогли побывать на родине и рассказать нынешним балтийцам, каково это было — жить в чудесном приморском городе. Лидия Довыденко любезно предоставила журналистам Калининград.Ru рассказ одного из них.

Из воспоминаний Иоахима Рюге, который проживает вместе с женой Верой недалеко от Дрездена:

«Мы любили собираться у большой кафельной печи, особенно в осенне-зимнее время и когда из-за шторма выключали электричество. Отец часто отсутствовал дома, потому что работал лоцманом и провожал заходившие корабли по морскому каналу в Кёнигсберг или в Эльбинг (Эльблонг). А мама всегда была с нами. Мы очень любили сумерничать, экономя электричество, сидя около нашей печи. Мы пели песни, например, «Знаешь ли ты, сколько звёздочек на небе», ели яблочный пирог, или мама рассказывала о своем детстве. Её родительский дом был таким крошечным, что в нем едва помещался стол со стульями вокруг него. Но это не мешало ему быть милым и уютным».

«4 апреля 1937 года я был записан в первый класс. По старой традиции я получил подарок. Была такая картонная упаковка в виде длинного конуса длиной около 80 сантиметров, которая наполнялась сладостями и мелкими предметами, необходимыми в школе. Народная школа, в которую я ходил, находилась на современной улице Головко, это здание не сохранилось. На занятия физкультурой шли мы через школьный двор в спортивный зал, который принадлежал средней школе для мальчиков (сейчас это здание матросского клуба), в которой я стал учиться после Пасхи 1941 года. Мой путь в школу был очень коротким, в отличие от моего старшего брата и сестры, которые учились в Пиллау-2 (сегодня это лицей №1). Английский был первым иностранным языком, а с 3 класса я начал учить латинский».

«Сегодня центром Балтийска является Пиллау-2, а в моё время основная жизнь города была сосредоточена в Пиллау-1. Кажется, это небольшое пространство — а здесь была 21 улица и две площади. Дома по большей части были одноэтажными. Центральная площадь (сегодня конечная остановка микроавтобусов на Кронштадтской) имела треугольную форму. На ней стояла ратуша с башенкой, на шпиле которой вертелся металлический осётр и показывал направление ветра. Тут же располагалась аптека, кафе-мороженое, кайзеровский кафе-магазин, многочисленные торговые лавочки и всеми нами любимое кино. В центре площади был фонтан. Важнейшими постройками были маяк и лоцманская башня, памятник великому курфюрсту (на месте памятника Петру I), великолепное здание почты (не сохранилось), «Золотой якорь», здание суда (музей БФ), реформистская церковь (сегодня православная), старая крепость и казармы (здание штаба базы). Среди кафе и столовых любимым местом у горожан было кафе Ильске-Фалле (не сохранилось). Оно было оформлено в морском стиле, на стенах висели картины, связанные с темой моря и морской жизнью».

«За очистной установкой между крепостью и каналом был луг, и там находилась так называемая белильня. Здесь хозяйки сушили на солнце белое постельное бельё, белые полотенца и скатерти. Зимой же в этом месте один житель Пиллау (имя не помню) заливал здесь каток, и мы катались там, сколько хотели, за 10 пфеннигов. Каток был очень популярен».

«Во время войны в Пиллау стоял знаменитый лайнер «Роберт Лей» как раз напротив памятника курфюрсту. Его каюты стали квартирами для многих матросов-подводников. Мы, дети лоцманов, полностью излазили и изучили этот корабль, учили азбуку Морзе, одевали противогазы. Однажды я обрызгался кислотой, на месте этих брызг появились дырки. Это была катастрофа, и мама долго нашивала множество заплаток, так как другого костюма у меня не было. С августа 1944 года начались бомбардировки Кёнигсберга английской авиацией. Мы с братом залезли на чердак и из окна увидели кроваво-красное небо на востоке. Это горел Кёнигсберг».

Калининград.Ru благодарит за помощь в подготовке материала Лидию Довыденко, учёного и журналиста, которая уже трижды переиздавала свою книгу «Тайны Пиллау». Также редакция выражает благодарность Фёдору Мунтяну за экскурсию и старые фотографии города.