бернар арно биография национальность родители
Бернар Арно
Биография
В 2020 году Bloomberg Billionaires Index признал самым богатым человеком французского бизнесмена Бернара Арно. Сейчас мужчина возглавляет фирмы, производящие предметы роскоши под такими торговыми марками, как Givenchy, Guerlain и Louis Vuitton.
Детство и юность
Бернар Жан Этьен Арно родился 5 марта 1949 года и провел детство в городе Рубе, на земле французского департамента Нор. Семья, осевшая на границе с Бельгией, занималась строительным бизнесом и имела в собственном владении именной особняк и просторный двор.
Отец — эльзасец по национальности, принадлежал к потомственным военным и заботился о том, чтобы наследник был образован, воспитан и богат. Он отдал Бернара в частную школу, предоставлявшую начальное образование, и вскоре в качестве благодарности получил ряд поощрений и наград.
Видя, что ребенок склонен с точным наукам и черчению, Арно-старший порекомендовал сыну стать студентом Ecole Polytechnique. В 1971 году с дипломом бакалавра-инженера Бернар присоединился к семейному бизнесу и сразу многого достиг.
Правда, на первых порах будущий миллиардер испытывал легкое разочарование из-за того, что профессиональные навыки на практике было некуда применить. В семейной фирме Ferret-Savinel ему досталась роль партнера, которому по долгу службы приходилось писать и говорить.
Несмотря на то, что сотрудничество с родителями не вызывало энтузиазма, Бернар возглавил предприятие в середине 70-х годов. А вскоре без всякого согласования он продал строительный бизнес и тем самым лишил престарелого родителя доходов от упорных трудов.
Это привело к семейным разногласиям, и Бернар уехал в Америку, чтобы набраться опыта в предпринимательстве и управлении людьми. Француз изучал технику слияний и поглощения фирм корпорациями, потратив на чтение специальной литературы месяцы.
Параллельно Арно подыскивал идеи для бизнеса во Франции и, вернувшись на родину, помирился с матерью и отцом. Оказалось, что семейные средства в период отсутствия умножились, и пришлось решать, как распорядиться накопившимся денежным багажом.
Личная жизнь
Личная жизнь Бернара Арно не изобилует бурными романами, и прессе неизвестны подробности отношений с каждой из двух законных жен. В первом браке с Анной Деваврен бизнесмен был ответственным семьянином и для старших сына и дочери олицетворял непреложный закон.
Пара разошлась по взаимному согласию, и спустя некоторое время француз сыграл свадьбу с пианисткой из Канады, которую звали Элен Мерсье. Женщина не смогла устоять перед обаятельным французом и в начале 1991 года присоединилась к богатой семье.
Embed from Getty Images Бернар Арно и его жена Элен
Творческая личность, проводившая время в студиях звукозаписи и на гастролях, искренне любила бизнесмена и родила троих сыновей. Мальчики повзрослели, стали предпринимателями и, заняв места в отцовских фирмах, стали продолжателями его идей.
Например, Антуан Арно, первенец и гордость Бернара, сейчас глава бренда Loro Piana, производящего одежду класса люкс. Судя по новостям и фотографиям, опубликованным в «Инстаграме», он женится на Наталье Водяновой — российской представительнице мира искусств.
Бизнес
В 1984 году Бернар, вращавшийся в кругах банкиров, узнал о том, что в Париже разорился крупный текстильный концерн. Ему принадлежали модный дом, основанный Кристианом Диором, а также торговые марки Франции, с детства знакомые практически всем.
Партнерство с Антуаном Бернхеймом, а также родственные связи с банкротами изменили биографию бизнесмена, приобретшего акции Boussac. Он опередил конкурентов из Louis Vuitton и других компаний, не боясь из-за неопытности просчитаться и в итоге попасть впросак.
Embed from Getty Images Бернар Арно и Анна Деваврен
Распродав ненужные активы, Арно стал богатым человеком, решившим из сентиментальных побуждений оставить за собой фирму Christian Dior. Она была своеобразным символом красоты и моды во Франции, как собор Парижской Богоматери, Эйфелева башня и версальский двор.
Изучив традиции именитых производителей парфюмерии и одежды, Бернар загорелся желанием создать фешен-конгломерат. Однако такое предприятие было верхом авантюризма из-за сложности организации и многомиллионных затрат.
Единственным шансом претворить в жизнь столь глобальную идею стала постепенная скупка акций Moet Hennessy Louis Vuitton. В 1990 году француз завладел контрольным пакетом, и мир моды и бизнеса был встревожен и поражен.
Бернар Арно и семья
Бернар Арно родился 5 марта 1949 г. во французском местечке Круа, расположенном вблизи города Рубе, едва ли не на самой бельгийской границе. Его отец Жан был родом из Эльзаса, из семьи потомственных военных.
Учился Арно в одной из престижнейших высших школ Франции Ecole Polytechnique. В 21 год Бернар получил диплом инженера, но по специальности почти не работал. Арно стал компаньоном отца и через 4 года возглавил семейную строительную фирму Ferret-Savinel. Управление небольшой компанией не являлось пределом его мечтаний, по этому он договорился о продаже семейного предприятия, при том счел нужным «обрадовать» отца, только когда сделка уже была завершена.
Продав семейный бизнес Арно переехал в США, где провел несколько лет, изучая бизнес — приемы слияний и поглощении компаний корпорациями. Из Штатов он вернулся вооруженный арсеналом типично американских приемов по враждебному захвату компаний (во-первых, в США он увидел совсем другие масштабы ведения дела и совсем иные перспективы, чем у себя на родине, а во-вторых, понял, что он, будучи французом, способен предложить миру). Случай применить их во французских условиях представился довольно быстро. Нужно ведь было куда-то вложить деньги, вырученные от продажи семейной фирмы.
В 1984 году внимание Арно привлек недавно обанкротившийся текстильный конгломерат Boussac, который среди прочего владел и домом моды Christian Dior. Первая жена Арно была кузиной бывших владельцев компании, и, воспользовавшись этим обстоятельством, он начал «по-родственному» скупать сохранившиеся у тех акции. Затем убедил французское правительство продать ему оставшийся пакет, клятвенно заверяя при этом, что будет добиваться возрождения Boussac.
Бернар Арно и модельер Джон Гальяно
Довольно скоро он сам подпал под очарование мира моды и загорелся идеей создать компанию, которая бы стала мировым лидером по производству и продаже предметов роскоши. Понимая, что реализовать столь амбициозный проект «с нуля» нереально, Арно с 1988 года начал скупать акции недавно образованной компании Moet Hennessy Louis Vuitton (LVMH).
Арно до сих пор утверждает, что начал захват LVMH, чтобы спасти компанию от раздробления, которое, по его словам, было неминуемо.
Сейчас Бернару Арно принадлежат дома моды Dior, Givenchy, Selin, Lacroix, Kenzo, магазины Frank et Fils и le Bon Marche, самый знаменитый виноградник Chateau d’Yquem с четырех вековой историей. Он владеет фирмой Guerlain и сетью известных парфюмерных бутиков Sefora. Арно является обладателем знаменитых алкогольных марок, таких как коньяк Hennessy, шампанские Moёt & Chandon, Dom Perignon, Pommery, Veuve Clicquot, Krug.
Личная жизнь и семья
Биография Бернара Арно даже у самых отъявленных папарацци вызывает только зевоту, настолько в ней всё тихо и гладко. Будучи крупнейшим магнатом высокой моды, Арно не заводит шумных романов с топ-моделями и не напивается коньяком «Хеннесси» собственного производства.
У Арно двое детей от первой жены Анн Деварэн– они уже взрослые и принимают участие в бизнесе отца. Дочь Дельфин управляющая компании LVMH, а сын Антуан генеральный директор » Берлутти».
C детьми от первого брака Антуаном и Дельфин
Анн Деварэн, первая жена Бернара Арно
40-летняя Дельфин разведена, у нее есть 3-летняя дочь. 38-летний Антуан состоит в отношениях с моделью Натальей Водяновой, которая в 2014 году родила ему сына Макса. Антуан также известен, как заядлый игрок в покер.
С бывшей подругой актрисой Элен де Фужероль
С Натальей Водяновой
Бернар Арно и Элен Мерсье
Cыновья от второго брака
Бернар Арно с тремя сыновьями от второго брака
Бернар Арно надеется, что когда-нибудь трое его младших сыновей войдут в дело. А кто из детей станет наследником? «Тот, кто окажется наиболее подходящим для этой работы», — неизменно отвечает Арно. Даже не пытайтесь отыскать тут интригу в духе телесериала «Династия». «Думаю, мы будем более разумными, у нас еще есть лет 20, а то и 25 на раздумья о своем будущем. Отец не намерен отходить от дел в обозримой перспективе» — говорит Антуан, один из сыновей Арно.
Досуг миллиардера тоже вполне традиционен: теннис и верховая езда.
Один из домов миллиардера
Бернар Арно мог бы сделать карьеру как пианист-виртуоз. Время от времени он исчезает ради того, чтобы провести часок за роялем. Но его призвание в другом. «Мало быть одарённым, – говорит Арно, – нужно быть сверходарённым».
«Коллекционер брендов»: Бернар Арно и его империя роскоши LVMH
Обозреватель vc.ru изучил биографию французского предпринимателя Бернара Арно, с помощью недружественных поглощений собравшего крупнейший в мире конгломерат по производству предметов роскоши LVMH Moët Hennessy — Louis Vuitton.
Некоторые предприниматели, такие как Джобс или Маск, начинали свое дело с нуля и постепенно наращивали обороты — другие инвестировали в компании или наследовали семейное дело. Есть и и те, кто приобрел известные бренды на грани разорения и вдохнул в них новую жизнь — такие, как богатейший человек Европы Бернар Арно.
Детство и юность. Отцовский бизнес и переезд в США
Бернар Арно родился в 1949 году во Франции. У его отца была успешная строительная компания Ferret-Savinel, а мать была талантливой пианисткой. Об учебе Бернара в школе известно немного, источники ограничиваются стандартными фразами о блестящих способностях и целеустремленности. После школы Арно поступил в École Polytechnique, одно из лучших французских заведений для подготовки инженеров. Отец предпринимателя получил эту же профессию — вероятно, Бернара с детства готовили к продолжению семейного дела.
В 21 год у Арно был диплом престижного заведения, и он стал работать одним из руководителей семейной компании, а позже стал полноправным компаньоном отца. Приблизительно через пять лет тот передал бизнес Бернару, и скоро компания обогнала своих ближайших конкурентов. Пять лет, пока Бернар возглавлял компанию, у нее не было особых проблем.
Все изменило начало 1980-х годов с приходом к власти социалистов: их реформы создали бизнесу сложности. Арно принял единственно правильное, по мнению многих исследователей, решение — продать отцовское дело. Самая распространенная версия гласит, что Бернар продал компанию, не посоветовавшись с отцом. Встречается и другая информация — что тот сам помогал сыну искать потенциального покупателя. Еще один вариант — Арно продал только строительный бизнес, сохранив риэлторское направление.
Отдельно нужно назвать версию, что предприниматель ничего не продавал, а просто покинул Францию, чтобы открыть филиал Ferret-Savinel в США. В 1981 году Бернар вместе с первой женой и детьми действительно оказался в США. По данным некоторых исследователей, Арно заявил отцу, будто едет учиться инвестировать и вести бизнес по-американски.
Политическая платформа правящей партии изменилась, и сложились хорошие условия для ведения бизнеса. Продав имущество в Штатах, Арно вернулся на родину. По его словам, главный урок, который он получил в Америке, — не мечтать, а делать.
Возвращение во Францию. Захват контроля над LVMH
Оказавшись во Франции в 1984 году, Арно нашел новую нишу на рынке. В это время постепенно разваливался текстильный конгломерат Boussac, принадлежавший частным акционерам и французским властям. Такая форма организации объясняется тем, что в Boussac входило одно из достояний страны — бренд Christian Dior. Арно стал приобретать акции конгломерата, которые почти ничего не стоили, причем есть информация, что ему помогла жена, чьи родственники также владели акциями Boussac.
Поглощение конгломерата шло не так гладко, как кажется на первый взгляд. Есть сведения о том, что Арно пришлось конкурировать с крупным брендом Louis Vuitton. Его акционеры были не прочь получить Christian Dior, и только хватка Бернара и его связи этому помешали. Некоторые источники говорят, что Арно позже сознательно мстил акционерам LVMH, отбирая у них компанию. Другие говорят, что предприниматель не переносит личные счеты на бизнес.
Есть мнение, что правительство продало акции Boussac именно Арно потому, что тот обещал не закрывать большую часть направлений, — но обещание в итоге не выполнил. Часть источников вообще склонны считать, что предприниматель собирался разбить холдинг на части и продать, но передумал. Некоторые считают, что сделка произошла еще до переезда Бернара в США, но это противоречит дальнейшему ходу событий.
Арно еще в США понял, что при торговле роскошью дело не только в качестве продукции, но и в том, что она значит для людей: пользоваться продукцией Christian Dior означает принадлежать к отдельному классу. Благодаря такому позиционированию, кадровой перестановке и достаточным денежным вливаниям предприниматель вскоре добился выхода компании из кризиса.
В 1989 году очередь дошла до Louis Vuitton Moet Hennessy. Этот конгломерат был создан в 1987 году, в него вошло несколько крупных брендов, в том числе Moet&Chandon — производитель вина, появившийся в 18 веке. Конгломерат в перспективе мог бы претендовать на мировое лидерство, но с руководством были проблемы: в совете директоров тлел конфликт между Анри Рекамье и Аленом Шевалье. Именно это использовал Арно для захвата LVMH. Он знал, что происходит в совете директоров конгломерата, и, похоже, воспользовался правилом «Разделяй и властвуй».
Популярна такая версия событий: первым, кто обратился к Бернару за помощью, был Анри Рекамье, глава бренда Louis Vuitton, которому нужны были деньги Lazard Frères. Арно исподтишка вел переговоры с обоими сторонами конфликта и убедил их продать ему, по разным оценкам, до 43% акций. В ходе переговоров он обещал помочь в борьбе и прижать оппонентов. Противоборствующие стороны заключили тайные сделки и стали ожидать, как Арно поставит соперников на место.
В 1989 году на совет директоров Бернар пришел с отцом и объявил его председателем. Акционеры схватились за головы, а Рекамье даже подал в суд, но изменить уже ничего не мог. Сделка была честной, а за иллюзии акционеров Арно осудить не могли.
Есть еще одна версия событий: Арно пришел в LVMH, чтобы помочь Рекамье победить его соперника, и никаких переговоров за спиной не вел. Обеспечив Рекамье победу, Бернар не остановился и захватил контрольный пакет конгломерата, сместив недавнего союзника с должности генерального директора. Для этого Арно пришлось пройти через целую серию судов.
В глазах многих людей обычный бизнесмен превратился в рейдера. Сам же он начал наводить в LVMH собственные порядки, увольняя топ-менеджеров и дизайнеров. По мнению Арно, если бы он не провернул эту сделку, LVMH была бы обречена на разделение из-за конфликта в совете директоров.
Во главе конгломерата LVMH
Арно показал, что понимает особенности управления подобными компаниями. Он отметил, что неудачи Dior связаны с потерей творческой составляющей и превращением в обычного производителя одежды и аксессуаров. В модный дом вернулся креатив. Речь идет не столько о дизайнерах, сколько о всей команде, которая должна была творчески подходить к каждому аспекту работы. В топ-менеджмент подбирали креативных людей, которые бы любили бренд и умели думать собственной головой — а не ждали команды сверху и не боялись отступиться от традиций.
При этом творчество не должно было вредить бизнесу: Арно точно знает, когда нужно остановить дизайнеров и как сделать, чтобы их работа приносила прибыль. В конгломерате царит жесткая дисциплина. Если кто-то не справляется с работой, то надолго он не задержится даже с учетом заслуг.
В 1996 году именно Арно решил взять на работу Джона Гальяно вместо Джанфранко Ферре. Ферре пришел в Dior в 1989 году и, по общему мнению, воскресил бренд. В 1997 году дизайнер перестал соответствовать требованиям Арно, и контракт с ним не был продлен. Многие отнеслись к этому негативно, но Джон Гальяно в итоге помог вдохнуть в Dior новую жизнь. Впрочем, когда в 2011 году за эксцентричные высказывания Гальяно обвинили в антисемитизме, он был немедленно уволен: все его достижения и хорошие отношения с Арно не помогли.
По мнению Бернара, при организации компании главное — это баланс. Не должна перевешивать ни творческая сторона, ни коммерческая. Арно сообщает креативным директорам, на каких рынках он хочет добиться большего влияния в этом году, задавая направления деятельности дизайнерам домов мод. Далее они свободны в своих решениях и могут работать без постороннего вмешательства.
Арно часто лично контролирует деятельность отделений и направлений. Когда конгломерат выходил на азиатский рынок, предприниматель как минимум трижды в год отправлялся туда с инспекцией, а более близкие отделения контролируются еще жестче.
В начале 1990-х годов Арно совершил около десяти крупных поглощений: алкогольные бренды, производители люксовых часов и парфюма, глянцевые журналы. При этом корпорация начала наращивать свое присутствие по всему миру. Были приобретены такие бренды, как Givenchy, Marc Jacobs, Guerlain, Sephora, Tag Heuer и десятки других. В прессе о предпринимателе отзывались как о безумце, пускающем деньги на ветер. Многие утверждали, что нельзя собирать в одном конгломерате всевозможные бренды, ведь это мешает сосредоточиться на одном направлении, а часть компаний и вовсе друг с другом конкурируют.
Арно тем временем сделал, то чего главы люксовых компаний раньше опасались, — изменил ценовую политику. Предприниматель сделал бренды доступными не только для сверхбогатых клиентов, но и для представителей среднего по европейским меркам класса. Продажи выросли, а остальное было неважно — в том числе мнение представителей фэшн-индустрии, что привычный мир моды медленно умирает.
Арно знает, как зарабатывать на недовольных: для них начали выпускать дорогие лимитированные серии одежды и аксессуаров. Таким образом критики предпринимателя сами же и попадаются на его уловки. Успехи конгломерата позволили Арно расширить масштабы: в 1997 году он принялся за создание штаб-квартиры в США, причем опыт в строительной сфере позволил контролировать процесс лично. LVMH Tower была официально открыта в 1999 году.
В конце 1990-х годов, перед кризисом доткомов, предприниматель заинтересовался интернетом. Он сделал серию соответствующих вложений, среди которых был, например, Boo.com. Это не принесло больших дивидендов, но, учитывая кризисные потери других бизнесменов, Арно еще легко отделался. Была и успешная инвестиция: глава LVMH стал одним из первых, кто вложил деньги в Netflix. Сам Арно отмечает, что уверен в будущем шампанского Dom Perignon, но вот каким будет интернет и как изменится отрасль — нужно спрашивать у других.
В конце 1990-х годов у предпринимателя были дела поинтереснее, чем инвестиции в интернет. Одной из крупных покупок стал бренд Fendi, контрольный пакет которого Арно приобрел в союзе с Prada. Судя по всему, этот альянс был вынужденной мерой предосторожности: как только Fendi начала приносить прибыль, Арно поспешил сосредоточить контрольный пакет в своих руках.
Конгломерат LVMH в 21 веке. Личность Бернара Арно и его семья
На традиционных рынках было бы сложно продвигаться из-за кризиса, и Арно обратил внимание на Индию, Китай и Японию. Он зашел в эти регионы еще в середине 1990-х годов, но теперь начал быстрее наращивать присутствие своих брендов, открывая магазины для среднего класса.
В приобретении брендов для Арно важны не только их ценность и популярность, но и кадровый потенциал. Так произошло с Marc Jacobs: в 1997 году Марк Джейкобс возглавил Louis Vuitton. К началу 2000-х годов бренд произвел переворот, выпустив коллекцию для молодой аудитории: в ней были, например, сумки с рисунками в виде граффити.
Согласно самой популярной версии событий, Бернар уже владел 34% акций Gucci и хотел полностью поглотить этот бренд. По слухам, Доминик Де Соле об этом знал и решил затребовать сумму гораздо выше реальной стоимости. Бернар не пошел на переговоры и приступил к враждебному поглощению. Де Соле же выстроил всем известную стратегию по уменьшению доли акций Арно в Gucci, размыв их до 20%.
Стоит подробнее рассказать о семье Арно. Предприниматель женат вторым браком на Элен Мерсье-Арно, у пары трое детей. От первого брака у Бернара есть сын Антуан и дочь Дельфин, которые работают в отцовском бизнесе. Дельфин не так давно стала вице-президентом Louis Vuitton, а до этого успешно работала в Dior. Антуан занимает должность PR-директора Louis Vuitton и возглавляет бренд Berluti. Он был одним из создателей рекламной кампании Core Values и уговорил поучаствовать в ней, наряду с другими знаменитостями, и Михаила Горбачева.
Бернар Арно предпочитает не выступать публично — по словам близких, это вызвано тем, что он много думает. Арно редко повышает голос — это пригодилось ему в работе с дизайнерами, которые предпочитают, чтобы на них не кричали. Впрочем, вряд ли холодное замечание, что новая коллекция не подходит бренду, лучше полуторачасовой выволочки. Еще две характерные черты предпринимателя: он не терпит фамильярности и очень редко смеется. Знакомые говорят, что Арно можно рассмешить, только если упомянуть о громких проколах его соперников.
По многочисленным сведениям, Арно требует, чтобы даже родственники и близкие друзья обращались к нему исключительно на «вы», и сам поступает так же. У него узкий круг друзей, куда входит несколько известных французских предпринимателей и политических деятелей. Среди них, например, Николя Саркози и Антуан Бернхайм. Предприниматель коллекционирует живопись и играет на фортепиано, причем, по мнению его знакомых, он мог бы добиться в музыке весомых успехов, если бы провалился на предпринимательском поприще.
Модельер Карл Лагерфельд, сын предпринимателя Антуан Арно и модель Наталья Водянова
Основной бизнес, как и прежде, пополнялся новыми брендами и демонстрировал доход в 17 млрд евро. Продолжалась настойчивая интеграция LVMH в Китай и другие страны Азии, а также в Россию. По словам Арно, он работает вопреки глобализации: выпускает продукцию в Европе и везет ее в Китай.
По оценкам аналитиков, развивающиеся рынки становятся главной нишей для продажи предметов роскоши, что означает сверхдоходы для империи вроде LVMH. В 2011 году Бернар Арно снова отметился попытками враждебного поглощения, решив захватить компанию Hermès. Действовал он в собственной манере — неожиданно приобрел около 17,2% акций. Владельцы Hermès вскоре забили тревогу и поспешили превратить компанию в холдинг, собрав команду специалистов, — в общем, последовали примеру Gucci. Общественность поддерживала Hermès, но помочь ничем не могла.
В 2012 году между сторонами началась судебная тяжба: LVMH обвиняла оппонента в шантаже и недобросовестной торговле, а Hermès вменяла конгломерату инсайдерскую торговлю. Длительная борьба ничего не дала, и в 2014 году стороны пошли на мировую. Бернар был вынужден уступить весомую часть своих акций семейству Эрме и подписал документ, что пять лет не будет делать попыток поглотить холдинг.
В 2013 году действия предпринимателя вызвали скандал. Он собирался получить бельгийское гражданство из-за ужесточения французского законодательства: с доходов выше миллиона евро год начали взимать налог в 75%. Общественность подняла волну недовольства, и Арно замял тему. В последующих интервью он оправдывался, что просто хотел развивать дело в Бельгии, но не поддался на предложения перевести туда бизнес.
К 2015 году Арно собрал в конгломерате LVMH коллекцию из 70 брендов: известные дома мод, производители алкоголя, парфюмерии, драгоценностей, издательские группы, отельный бизнес и более 2500 тысяч розничных магазинов во всем мире. Благотворительная деятельность, направленная в том числе на развитие искусства, принесла ему пять наград — как французских, так и международных.
Музей Louis Vuitton
Бернар Арно — холодный человек с репутацией корпоративного рейдера — создал одно из крупнейших состояний мира. Для индустрии роскоши он выглядел выскочкой, который не понимает, во что ввязался, но в конце концов соперники были вынуждены признать: Арно обладает почти безупречным вкусом и умеет находить общий язык с экстравагантными и креативными дизайнерами. Хотя общественность осуждает методы, с которыми Арно ведет дела, благодаря нему всемирно известные бренды переживают очевидный рост, а индустрия роскоши перешла на качественно новый уровень.