биография валерии башкировой которая сбила детей

Валерия Башкирова

Биография

16 июля 2021-го в Москве произошло страшное ДТП с участием троих малолетних детей. 18-летняя Валерия Башкирова, сидевшая за рулем автомобиля Mazda, на нерегулируемом пешеходном переходе сбила мальчиков-погодок 4 и 5 лет, а также 9-месячную девочку. Выдвигалось несколько версий случившегося: водитель либо пребывал в состоянии алкогольного опьянения, либо отвлекся на телефон, либо не заметил людей, находившихся в «слепой» зоне.

Детство и юность

Виновница ДТП Валерия Башкирова / «ВКонтакте»

Единственный ребенок в семье с детства радовал родителей своими успехами — хорошо учился и увлекался живописью и музыкой. Получив аттестат зрелости, выпускница поступила на факультет журналистики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте Российской Федерации, за что и получила в подарок Mazda 3.

«Пишут, что Лера мажорка, что у нее в гараже, кроме «Мазды», еще «Инфинити» и куча других машин. На самом деле, Mazda 3 очень старая. Это машина, кажется, 2006 года выпуска. Раньше на ней ездила тетя Леры. Когда Лера сдала на права, ей эту машину как первую отдали — за прилежную учебу в школе и поступление в универ», — пояснила в интервью приятельница студентки.

Личная жизнь

Валерию, как и многих представителей современной молодежи, не обошло увлечение «ТикТоком», где большую часть ее развлекательного контента составляли ролики, проливающие свет на личную жизнь. Перед Днем всех влюбленных в 2021-м симпатичная блондинка опубликовала видео с подборкой романтичных фотографий с голубоглазым бойфрендом, на которых они то держались за руки, то страстно целовались, то просто дурачились на камеру.

Валерия Башкирова и ее парень / «ТикТок»

Судя по одной из персональных страниц в социальной сети «ВКонтакте», девушка является поклонницей российской альтернативной рок-группы «Слот» и британской актрисы Эмилии Кларк, прославившейся ролью Дейенерис Таргариен в «Игре престолов». Также студентка РАНХиГС уважает кинематограф, отдавая предпочтение комедиям. В числе любимых фильмов указаны «Больше чем секс», «Слишком крута для тебя», «Статус: обновлен», «Пятьдесят оттенков свободы», «Секс по дружбе» и иные работы.

Днем 16 июля 2021-го Башкирова, только годом раньше получившая водительские права, ехала купаться из дома в Лесном Городке, по пути забрав подругу из Солнцево. У одного из жилых зданий по улице Авиаторов на своей Mazda она совершила наезд на троих детей, шедших по нерегулируемому пешеходному переходу в сопровождении матери и бабушки.

Скорость движения автомобиля была всего 40-50 км/ч, однако Валерия нарушила ПДД и не затормозила перед зеброй, как это сделала другая машина в правом ряду. В результате 9-месячная Вероника, находившаяся в коляске, получила сотрясение головного мозга и закрытую черепно-мозговую травму, 5-летний Рома на самокате — перелом основания черепа, 4-летний Сережа на беговеле — перелом голени, закрытую ЧМТ и сотрясение головного мозга.

Жертв ДТП экстренно госпитализировали. Старшего мальчика доставили в медицинское учреждение на санитарном вертолете, но спасти ребенка, впавшего в кому, не удалось. Той же ночью он скончался. Вечером следующего дня умер и его двоюродный брат.

На месте происшествия с виновницей ДТП случилась истерика — девушка рыдала, сидя на газоне и звоня родным. Позже выяснилось, что ее мама и тетя, являющаяся владелицей иномарки, оставили контакты семье пострадавших, обещая оказать посильную помощь.

Валерия Башкирова сейчас

17 июля 2021-го Никулинский суд отправил Башкирову, обвиняемую по части 3 статьи 264 УК РФ, под домашний арест до 15 сентября, запретив пользоваться Интернетом и средствами связи. При этом прокуратура Москвы потребовала от полиции ужесточить обвинение — заключить под стражу и переквалифицировать дело по той же статье Уголовного кодекса, но по части 5, по которой виновнице ДТП грозило до 7 лет лишения свободы.

В ходе расследования выяснилось, что прежде нарушений в дорожной биографии студентки не числилось, а в момент аварии девушка находилась в трезвом состоянии. Предположение, что при наезде на детей она сидела в телефоне, Валерия отрицает. По словам москвички, мобильное устройство располагалось на специальной подставке, а ее саму ослепили лучи солнца от дисплея.

19 июля стало известно, что обвинение переквалифицировали на 5-ю часть 264-й статьи УК РФ, а домашний арест по решению суда был заменен на заключение в СИЗО.

После трагедии на Леру обрушилась волна хейта. На единственной открытой личной странице во «ВКонтакте» гневные пользователи оставляли негативные комментарии и заспамили всю стену проклятиями.

На состоявшемся в августе суде меру пресечения не изменили, и Валерия осталась с СИЗО. После оглашения этого решения у девушки случилась истерика. А в октябре суд продлил арест до марта 2022-го.

В ноябре стало известно, что прокурор запросил для Валерии шесть лет лишения свободы в колонии общего режима. 15-го числа Солнцевский суд Москвы вынес Башкировой приговор — 5 лет лишения свободы в колонии-поселении. Помимо этого, ее лишили права заниматься связанной с вождением деятельностью на 2,5 года.

Источник

Ослепило Солнцево: за сбитых детей студентка получила пять лет колонии

Солнцевский районный суд Москвы приговорил к пяти годам лишения свободы в колонии-поселении Валерию Башкирову, насмерть сбившую детей на пешеходном переходе. Трагедия произошла 16 июля. В результате наезда погибли два мальчика трех и пяти лет, еще один ребенок — девятимесячная девочка — выжила. Сторона защиты настаивала на том, что 18-летнюю автомобилистку ослепило солнце и по этой причине она проигнорировала предупреждающий знак. На суде выяснилось, что обвиняемая превысила скорость. По мнению юристов, Валерия Башкирова получила наказание, которое чаще всего назначается раскаявшимся виновникам смертельных ДТП.

Дети на зебре

Улица Авиаторов в Солнцево проходит через малонаселенные кварталы новостроек. По ней любят гонять недисциплинированные автомобилисты, которые притормаживают только на светофорах и перед «лежачими полицейскими». Переход-зебра, по которому шла группа из трех детей (младшая девочка была в коляске) и двух взрослых, не был защищен ничем. Как сказали «Известиям» местные жители, 17 июля, на следующий день после аварии, дорожные рабочие спешно обустроили на подступах к переходу «лежачих полицейских».

Отец Валерии категорически отверг предположения, что она была пьяна либо отвлеклась на телефон.

— Она вообще не выпивает. Телефон в сумке. Я когда звоню, она никогда не берет трубку. Это был мой приказ. Это исключено. Неопытность. И не заметила из-за грузовика, плюс солнце в глаза светило, — говорил он в эфире телеканала «Москва 24».

Цветы у пешеходного перехода на улице Авиаторов, где Валерия Башкирова сбила троих детей

Этой же версии — о солнце и неопытности — придерживалась сторона защиты.

— В суде озвучивались аргументы, что ее солнце ослепило и что она неопытный водитель, — рассказала журналистам у стен суда адвокат потерпевших Ольга Сбитнева. — Эта позиция остается, к сожалению. Подсудимая не всегда последовательно давала показания, меняла их. Был задан вопрос на судебном заседании: «Вы меняете показания, быть может, подстраиваясь под следствие?» Например, когда пришло заключение экспертизы о превышении скорости, она с ним согласилась, но изначально говорила другое.

В целом адвокат назвала процесс справедливым и подчеркнула, что подсудимая признала свою вину и раскаялась. Как сказала Ольга Сбитнева, моральный ущерб полностью еще не возмещен. По данным СМИ, виновница аварии выплатила семьям погибших в сумме 2,3 млн рублей. Адвокат Валерии Башкировой Альберт Якубов сообщил журналистам, что размер возмещения морального вреда, установленный судом, — по 2 млн рублей за каждого ребенка.

Обвинение попросило суд назначить Валерии Башкировой наказание в виде шести лет лишения свободы в колонии общего режима. Защита обвиняемой, сообщила адвокат Ольга Сбитнева, просила о меньшем сроке и лишении свободы в колонии-поселении.

Вечером в понедельник, 15 ноября, Солнцевский райсуд вынес приговор: пять лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и лишение права управлять автомобилем сроком на два года и шесть месяцев.

Закон не суров

Валерию Башкирову наказали не слишком строго, считают эксперты. Сыграло роль то, что девушка осуждена впервые и раскаялась.

— Данный вид наказания предусмотрен ч. 1 ст. 58 УК РФ лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы, — объяснил «Известиям» руководитель МКА «Князев и партнеры» адвокат Андрей Князев. — В судебной практике колония-поселение является приоритетной при назначении исправительного учреждения для отбывания наказания осужденным, совершившим преступления именно по неосторожности. В подобных местах созданы условия для уменьшения негативного воздействия на осужденных и сохранения их социальных связей.

Как сообщил Андрей Князев, по статистике Судебного департамента при Верховном суде РФ за 2018 год, среди всех осужденных за ДТП в колонию-поселение отправились 6354 человека, и только 1779 — в колонию общего режима.

18-летняя Валерия Башкирова, сбившая на машине троих детей, во время ужесточения меры пресечения в Тверском районном суде в июле 2021 года

Источник

Валерия Башкирова – кто родители

Семья Валерии Башкировой, обвиняемой в ДТП со смертельным исходом, уже знает о ходатайстве прокуратуры о заключении 18-летней девушки под стражу. Студентка находится в своем доме в подмосковном поселке Лесной городок. У нее забрали телефон и отключили Интернет на компьютере – таковы условия домашнего ареста.

Россиянка Валерия Башкирова, сбившая троих детей на пешеходном переходе в Москве, ничего не ест и жалуется на постоянные кошмары. О ее состоянии рассказал родственник девушки.

По его словам, сразу после наезда на детей у девушки произошла истерика. Она позвонила матери и тете и сообщила о случившемся. Они приехали на место и оставили семье пострадавших детей свои контакты, обещали ей оказать посильную помощь.

В КПЗ и на допросе студентка постаралась сохранять спокойствие, чтобы не спровоцировать негатив по отношению к себе (хотя, казалось бы, куда уж больше). «Сейчас Валерия почти не ест. Ее постоянно мучают кошмары», – говорит один из близких к семье.

Известно, что Валерия – единственный ребенок в семье. Проблем с нею никогда не было. В школе она занималась музыкой и рисованием. В этом году закончила первый курс факультета журналистики РАНХИГС.

Валерия Башкирова всего год, как села за руль. Знакомые рассказывают, что Mazda 3, которой она управляла в момент аварии, не новая – ее подарила тетя, владелица ветеринарного салона. Так родственники поощрили девушку за поступление в Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХиГС).

Мера пресечения в виде домашнего ареста была избрана в связи с тем, что преступление не носило умышленный характер, а также учитывались иные положительные характеристики личности обвиняемой, считает управляющий партнер юридической компании AVG Legal Алексей Гавришев.

— Данная мера избиралась до того, как стало известно о смерти второго ребенка. Вместе с тем мера пресечения в виде домашнего ареста автоматически не означает, что наказание будет мягким, и избирается, если есть основания полагать, что виновница не будет скрываться от следствия, уничтожать доказательства и влиять на свидетелей, — пояснил он. — Уместно напомнить, что артист Михаил Ефремов также был под домашним арестом, но получил почти максимальное наказание в виде 7,5 года колонии общего режима.

Очевидцы рассказывали: выйдя из машины, виновница ДТП «стояла и рыдала, разговаривая с кем-то по телефону». По данным СМИ, ее отцом является некий экс-силовик, которому она и позвонила после аварии.

Пока в суде разбираются с деталями дела, а семья погибших детей дежурит возле реанимации, где находится их третий ребенок, москвичи несут цветы и игрушки к месту страшной аварии. Жители Солнцева не могут сдержать слез: сами переходят здесь дорогу и знают, как неудобно устроен пешеход. Участок действительно не регулируется, и страшный инцидент теперь наверняка привлечет внимание нужных структур.

Но соседи семьи, с которой случилась трагедия, недоумевают: ведь другая машина заметила детей и остановилась. Официально известно, что Валерия не была пьяна на момент ДТП: так почему же она не замедлила скорость перед пешеходным переходом?

Источник

«Я поняла, что лучше ехать в колонию, потому что жить не могла»: рассказ отбывшей наказание виновницы смертельного ДТП

«Я смирилась с наказанием»

— Как произошло ДТП с вашим участием?

— Я сама в нём виновата. Мой водительский стаж был три года, сдавала на права сама. Но я была невнимательна. Я ехала по трассе к родителям в соседний регион. Перед дорогой надо было выспаться, но я этого не сделала. Уснула за рулём и проснулась от удара.

— Сами вызвали полицию?

— Нет, у меня сразу началась истерика, тряслись руки, меня как будто переклинило. Я не могла даже сориентироваться, где я нахожусь, что сотворила. А потом уже, на следующий день, накрыло осознание, чувство вины. Если бы со мной не говорили друзья, родные, не знаю, что бы я с собой сделала. Я до сих пор не могу это всё вспоминать.

— Ваши родные сразу узнали о случившемся?

— Да, почти сразу. Как они отнеслись? Как можно отнестись к тому, что твоё родное дитя насмерть сбило человека? Были паника, шок. Потом приняли, что это случилось.

— Какую позицию вы заняли на суде?

— Я, естественно, полностью признала вину. Я начала работать с психологом, обзвонила всех потерпевших… То есть детей погибшего, они все взрослые были. Я установила с ними контакт, принесла извинения и, конечно, сразу взяла всю ответственность на себя.

— Вы возмещали как-то ущерб?

— Гражданские иски мне не предъявляли. Но я лично поехала к дочери погибшего, вручила ей свой полис ОСАГО и все деньги, какие у меня были. Денег было мало — даже машина, за рулём которой я была, была взята в кредит. Потом ещё отправляла почтовыми переводами всё, что могла.

— Вам дали реальный срок. Были к этому морально готовы?

— Нет, не была. Я до последнего в глубине души надеялась на условный срок. Я же сама по образованию юрист, оценивала шансы и думала, что колонии не будет. А потом, когда прозвучал приговор первой инстанции, я смирилась.

Мне советовали не паниковать, цепляться к процессуальным нарушениям, чтобы дотянуть до амнистии на свободе, но я сдалась и смирилась с наказанием, собрала вещи и поехала в колонию.

Да, я надеялась на условное наказание, но моё состояние было таково, что я уже поняла: мне лучше ехать в колонию, потому что я не могла уже просто жить. Пока мне советовали разные варианты, как остаться на свободе, у меня были суицидальные мысли. Да, я подала апелляцию, но смирилась, когда она оставила приговор в силе, а кассационную жалобу подавать не стала.

Почему мне дали реальный срок? В нашем регионе практика довольно жёсткая по ДТП со смертельным исходом. В Москве, например, если погасишь гражданские иски и примиришься с потерпевшими, можно добиться условного срока, а у нас всё жёстче.

«Душу нельзя изливать никому»

— Где вы отбывали наказание? Как вас приняли?

— Я отбывала наказание в колонии-поселении в Пермском крае. Не могу сказать, что приняли как-то особо плохо или хорошо. Первые две недели был карантин — это обязательно для всех. Потом мне понадобилось месяца два или три, чтобы подстроиться, адаптироваться. Все осуждённые как один говорят, что невиновны, сидят ни за что, и под это тоже надо подстраиваться. Что касается режима, то наша колония-поселение называлась так скорее формально, начальник колонии установил там жёсткие правила и режим.

— С кем общались в колонии?

— В колонии есть два варианта поведения: или примыкаешь к какой-то группе осуждённых, или держишься сам по себе. Я сначала держалась сама по себе. Далее — все люди там разные, у нас была колония-поселение смешанная: было мужское общежитие, было женское. Было много не «первоходов», были осуждённые за мошенничество, был мужчина, судимый за изнасилование…

Специальных колоний для дэтэпэшников нет. У нас же отбывали наказание и осуждённые по делу о пожаре в клубе «Хромая лошадь» (в 2009 году в Перми произошёл пожар в ночном клубе «Хромая лошадь», погибли 156 человек. К уголовной ответственности по итогам расследования были привлечены девять человек, восемь из которых приговорили к реальным срокам лишения свободы. — RT). Через несколько месяцев у меня сложился круг общения, но в таком социуме надо быть очень аккуратным и придерживаться правил.

— Было страшно поначалу?

— Я очень боялась женщин в колонии. У нас была старшая, смотрящая барака. Она следила за порядком, контактировала с начальством колонии, не работала — вроде инвалид была. И у неё были свои приближённые. Была бабушка-одуванчик, инвалид, по мошенничеству сидела. Я потом поняла, что она постукивала начальству.

Там нужно играть по правилам и быть поверхностным, нельзя душу раскрывать. Одна из осуждённых по делу «Хромой лошади», например, как-то очень правильно себя ставила. И потом она же в возрасте была, могла и слово сказать. А я девочкой наивной была, не знала, что и как. Но вообще, от человека зависит.

А ещё же есть сотрудники ФСИН, которые могут за малейшую, с их точки зрения, провинность, зафиксировать нарушение — и тогда не сможешь выйти по УДО. Есть осуждённые, которые воруют вещи, есть те, кто стучит сотрудникам ФСИН, есть те, кто просто работает. Душу там нельзя изливать никому.

— Насколько у женщин в колонии сохраняются социальные связи на воле? Многих ждут мужья, родные, друзья?

— Всё зависит от того, кем был человек до того, как туда попал. Те же дэтэпэшники — это, как правило, самые обычные люди, часто с высшим образованием.

Если у человека на воле в семье были хорошие отношения, то чаще всего эти связи сохраняются. Если же, к примеру, девочка неблагополучная, из детдома, то её никто и не ждёт. В таких случаях в колонии часто образуются «парочки» — женщины ходят за ручку, вместе едят в столовой, работают. А была, например, замужняя девочка, тоже дэтэпэшница, как и я, и муж её ждал и поддерживал.

— Мы часто читаем, что зоны, где сидят женщины — «красные», то есть главные там — администрация, а не заключённые с высоким тюремным статусом.

— Я адвокат, и отбытие наказания мне помогло даже побывать на месте своих нынешних подопечных. Скажу так: почти все тюрьмы и СИЗО сейчас — «красные». «Чёрные» зоны — это всё же понятия из 90-х, так же как и АУЕ*. Сейчас это уже и на уровне законодательства искореняют, и в реальности такого почти нет в колониях.

— К вам часто приезжали на свидания родные?

— У меня не было свиданий. Родители проживают в другом регионе, они пожилые.

Если говорить о социальных связях, то мой мир разделился на до и после. От тех, от кого ожидала поддержки, я её почти не получила. Тем более что я держала произошедшее практически в секрете: об этом факте до сих пор знают только близкие люди или те, кому я считаю нужным, в том числе по работе, это сказать.

Но те знакомые, от кого не ожидала ничего, каким-то образом всё равно узнали, выяснили адрес колонии, писали письма, делали передачки. Моей связью с внешним миром была корреспонденция.

«Система заточена под наказание»

— Насколько система исполнения наказаний, по вашему мнению, способствует раскаянию и исправлению?

— Нисколько не способствует. Система заточена под наказание, но не под исправление. Сотрудникам колонии ты безразличен, для них мы все — зеки, и они гнут свою линию. Поэтому или человек сам по себе останется в душе преступником и сядет потом во второй, в третий раз, или он сам по себе склонен исправиться — и тогда выйдет и не будет нарушать закон. От отсидки это не зависит.

— Как вы со временем осознавали случившееся, приходили к раскаянию?

— После произошедшего я себя прокляла. Я не могла спать, были депрессия, суицидальные мысли. Я хотела даже не умереть, нет — сдохнуть. Было невыносимо видеть горе людей, близких того, кого я сбила насмерть.

На суде самое тяжёлое было не слушать приговор, а видеть потерпевших, когда понимаешь, что обратного хода нет. Одно дело — украденные деньги: их можно вернуть. А тут речь идёт о жизни человека.

Я сама изменилась после этого, стала более строгой, закрытой.

— Когда вы вышли на свободу по амнистии, было тяжело заново адаптироваться к обычной жизни?

— Мне очень повезло: были люди, которые меня ждали. Меня ждал мой шеф — адвокат, у которого я была помощником. Меня поддерживали люди, которые мне писали в колонию. А ещё мне было не на что жить, и одна подруга (даже не близкая) пустила меня первое время жить к себе бесплатно, и потом я уже встала на ноги. Но если у человека нет семьи, нет финансовой поддержки, то возвращаться из таких мест и строить жизнь с нуля очень сложно.

— Выйдя на свободу, вы стали адвокатом. Почему?

— Я и до произошедшего работала юристом. Я люблю свою работу и не допускала даже мысли, чтобы отказаться от неё. Мой опыт помогает лучше понять подзащитных. Я даже не о сочувствии, а о понимании, что именно их ждёт, поэтому я стараюсь делать свою работу по максимуму. А сделает ли человек выводы потом или нет — это не в моей власти.

— Какую позицию вы бы посоветовали занимать в суде людям, виновным в ДТП со смертельным исходом?

— Самая правильная позиция — полное признание вины и раскаяние. Возьмем для примера дело Михаила Ефремова. Я не знаю, по какому принципу он выбирал защитников, что ему говорили и обещали адвокаты, но я не понимаю, зачем было начинать процессуальную игру «признаю — не признаю», «за рулем был я — был не я». Судья и прокурор же не дураки, они всё понимают.

Смягчить наказание может только позиция признания вины и установления контакта с потерпевшими, родственниками. Нельзя уходить в стену. Причём контакт должен устанавливать не адвокат, а сам виновник аварии. Я своих подзащитных буквально беру за руку и говорю: «Звоните потерпевшим». Если не хотят общаться — вышлите им хотя бы телеграмму. Я понимаю, что виновнику ДТП тоже плохо, его гложет чувство вины, но так надо сделать.

— Что вы думаете об аварии в Москве, где студентка сбила насмерть двоих из троих детей?

— У меня тут есть два мнения: первое — обывателя, который при этом был на месте виновника, и второе — адвоката. Я смотрела видео аварии, я вижу, что происходит на российских дорогах. Я понимаю, что переживают родственники, и сама в ужасе от того, что произошло.

Меня саму несколько раз чуть не сбивали на пешеходном переходе, и после того, что случилось в моей жизни, я хожу очень аккуратно, оглядываюсь. У людей нет бдительности, а ПДД наизусть знают процентов десять водителей. Не все оценивают потенциальную и реальную опасность.

Скорость у неё была приличная, и она отвлеклась за рулём. При этом есть вопрос, почему дети не переходили дорогу рядом со взрослыми, а бежали впереди.

Теперь моя позиция как защитника. Я бы советовала родственникам девушки не развивать активность и не подключать какие-то связи — этим общество сыто по горло: то же дело блогера Эдварда Била, дело Ефремова… Дело Валерии Башкировой уже стало резонансным. Сама эта девушка — ей 18 лет — ещё не сформированный человек, сейчас рухнул её мир. Но надо найти в себе силы признать вину, принести извинения — и это должна делать она, а не её отец. Мне кажется, то, что отец в прошлом работал в правоохранительных органах, только сильнее разозлит общественность, поэтому ей надо будет работать самой вместе с адвокатом.

— Вы сейчас водите машину?

— Нет. У меня есть права, но после случившегося я ни разу не садилась за руль.

* Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство» (АУЕ) признано экстремистским и запрещено на территории России по решению Верховного суда Российской Федерации от 17.08.2020.

Источник