Как доказать факт дачи взятки спустя время
Взятка, которой не было
Приговором суда первой инстанции обвиняемая П. была признана виновной в даче взятки лично в размере 2 тыс. руб. (ч. 1 ст. 291.2 УК РФ) и приговорена к наказанию в виде штрафа в размере 5 тыс. руб. Как следует из текста судебного акта, П. дала врачу-психиатру взятку за выдачу положительного медицинского заключения о годности ее сына к службе в органах внутренних дел. Стоит отметить, что уголовное дело в отношении П. было выделено из уголовного дела в отношении врача, по которому П.изначально проходила как свидетель.
Решение суда было обжаловано как стороной защиты, так и стороной обвинения. В своем апелляционном представлении прокурор просил изменить приговор как излишне мягкий и назначить П. наказание в виде штрафа в размере 20 тыс. руб.
Осужденная же в апелляционной жалобе просила отменить обвинительный приговор и оправдать ее. Внимание суда было обращено на то, что в деле отсутствуют прямые или косвенные свидетели преступления, а также на то, что признаком ч. 1 ст. 291.2 УК РФ является «размер, не превышающий 10 тысяч рублей», который отличает деяние от смежных составов, и это обстоятельство подлежит доказыванию. При этом денежные средства, якобы переданные психиатру, у той не изымались – соответственно, не только их размер, но и само наличие объективно не было подтверждено, и приговор в этой части основан только на предположениях.
Изучив материалы уголовного дела, доводы апелляционной жалобы и представления, суд апелляционной инстанции согласился с доводами защиты, что в приговоре не приведены доказательства, объективно подтверждающие наличие состава преступления в действиях П.
Суд указал, что П. в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении врача-психиатра Р. дала показания о даче взятки, однако в дальнейшем отказалась от них, указав, что показания были даны ею в отсутствие защитника и под давлением следствия. Не подтвердилось обвинение и показаниями врача, которая отказалась от дачи показаний, сославшись на свое право не свидетельствовать против себя, предусмотренное ст. 51 Конституции РФ. Другими доказательствами по делу являлись видеофайлы записи, которая велась в кабинете врача-психиатра, в отношении которой проводилось ОРМ «наблюдение», однако при их просмотре не был установлен факт передачи каких-либо денежных средств.
Таким образом, апелляционный суд постановил, что обвинительный приговор мирового судьи нельзя признать законным, обоснованным и справедливым, поскольку вывод о виновности П. не подтверждается доказательствами, исследованными в совокупности в судебном заседании. В связи с этим в отношении П. был отменен обвинительный приговор и вынесен оправдательный – с признанием за ней права на реабилитацию.
Адвокат АП Белгородской области Иван Левченко, представлявший в этом деле П., отметил, что апелляционный приговор основан на достоверно установленных обстоятельствах дела. По его словам, апелляция исправила ошибки суда первой инстанции, который не дал надлежащей правовой оценки представленным стороной обвинения доказательствам.
Адвокат отметил, что в ходе разбирательства был нарушен принцип презумпции невиновности, согласно которому все сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. В данном случае не имелось объективных подтверждений ни факта изъятия, ни факта пересчета денежных средств, а обвинение строилось на показаниях свидетелей, ничего не говоривших по существу предъявленного обвинения. Он также отметил, что был нарушен принцип непосредственности и устности судебного разбирательства: обвинение представило показания обвиняемой, полученные по другому делу, как письменные доказательства по данному делу.
«Все это говорит об отсутствии какой бы то ни было работы предварительного следствия и абсолютно формальном отношении к сбору доказательств, когда любой документ, независимо от того, что из него вытекает, подшивается к делу и направляется в суд без соблюдения процедур, предусмотренных законом», – сказал Иван Левченко. Он добавил, что готов к возможному дальнейшему обжалованию обвинением апелляционного приговора в вышестоящих инстанциях.
Адвокат добился в апелляции оправдания подзащитного, осужденного за дачу взятки
Как стало известно «АГ», Белгородский областной суд 26 октября вынес апелляционный приговор (имеется у редакции), которым оправдал гражданина К., ранее осужденного по ч. 3 ст. 291 УК РФ за дачу взятки.
Суть предъявленных обвинений
По версии следствия, 10 января 2020 г. индивидуальный предприниматель П. продала пиво несовершеннолетнему в своем магазине в г. Губкине Белгородской области. Это стало поводом для возбуждения в отношении ИП дела об административном правонарушении по ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ сотрудником по делам несовершеннолетних ОМВД России по г. Губкину Б., которая вместе со своей подчиненной стала очевидцем правонарушения. Как следовало из обвинительного заключения, спустя некоторое время после случившегося в магазин прибыл гражданин К., которому позвонила предприниматель.
По мнению правоохранителей, К. решил дать взятку Б. за несоставление ею административного протокола в отношении его сожительницы. По версии следствия, обвиняемый неоднократно склонял Б. путем уговоров к получению взятки, но та отказалась и сообщила оперативникам о наличии признаков преступления в действиях мужчины. В обвинительном заключении отмечалось, что в тот же день К. приискал наличные денежные средства на сумму в 12 тыс. руб. и лично положил взятку в карман форменного бушлата Б., о чем последняя незамедлительно сообщила в полицию, сотрудники которой задержали мужчину на месте преступления в рамках ОРМ «Наблюдение».
В итоге К. предъявили обвинения по ч. 3 ст. 291 УК РФ, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Защитником мужчины со стадии предварительного следствия стал адвокат АП Белгородской области, председатель МКА «Паритет» Ерлан Назаров.
В это же время адвокат успешно обжаловал постановление мирового судьи судебного участка № 1 г. Губкина Белгородской области от 28 мая, который признал П. виновной в совершении административного правонарушения по ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ и назначил ей штраф в размере 100 тыс. руб. 10 августа Губкинский городской суд отменил постановление мирового судьи и прекратил производство по делу в отношении предпринимателя на основании ст. 24.5 КоАП РФ за недоказанностью обстоятельств правонарушения.
Первая инстанция признала вину К.
Уголовное дело в отношении К. рассматривалось в Губкинском городском суде. В ходе судебного разбирательства подсудимый отрицал свою вину и указывал на имевшуюся провокацию со стороны полицейских. Он сообщил суду, что 10 января ему позвонила П., которая, плача, просила приехать к ней на работу. Со слов мужчины, озвученный П. размер административного штрафа был непосилен для семейного бюджета, поэтому он решил пообщаться с Б. на предмет выяснения возможности смягчения наказания или освобождения от него.
Как сообщил подсудимый, о наличии такой возможности и соответствующих полномочий у Б. он понял из доверительного общения с последней, которое происходило неоднократно и по ее инициативе. В ходе таких разговоров, по словам обвиняемого, Б. жестами и мимикой давала понять ему, что вопрос смягчения наказания или освобождение от него может быть решен за 12 тыс. руб., причем сотрудница ОВД сама написала эту сумму на листе бумаги. Обвиняемый сообщил суду, что нашел деньги и передал Б., после чего его задержали полицейские.
Защита, в частности, настаивала на том, что подросток, которому якобы П. продала пиво, мог быть привлечен к покупке спиртного вместе со своим совершеннолетним приятелем полицейскими, так как ранее оба они попадали под внимание правоохранителей в связи с совершением ряда правонарушений. Ерлан Назаров также полагал, что сотрудники полиции действовали незаконно, поскольку они заранее организовали ОРМ в отношении подсудимого с целью полицейской провокации преступления.
По мнению адвоката, в разговоре с его подзащитным Б. не озвучила иных вариантов «решения вопроса», в том числе и путем назначения минимального размера штрафа, не отправила К. на прием к начальнику ОМВД, не предложила ему собрать сведения о тяжелом материальном положении их семьи (в частности, о наличии троих детей, кредитных задолженностях, серьезных заболеваниях П.).
Суд заслушал показания свидетелей, включая несовершеннолетнего, которому П. продала пиво. Так, последний отверг доводы защиты о намеренных действиях по приобретению пива по указке сотрудницы полиции Б. В свою очередь сотрудница полиции Б. пояснила суду, что она уведомила о склонении ее К. к даче взятки оперативника А. по мессенджеру. Далее, со слов Б., оперативники передали ей техническое средство негласной аудиовидеофиксации для проведения необходимого ОРМ, чтобы дальнейшее общение с К. происходило под негласным наблюдением. Б. также отметила, что К. настойчиво рассказывал ей о скудном семейном бюджете и предлагал деньги за «закрытие» дела об административном правонарушении в отношении сожительницы, игнорируя ее разъяснения о наличии уголовной ответственности за такие противоправные деяния и ее нежелание участвовать в них.
Первая инстанция отметила, что решение Губкинского городского суда об отмене постановления мирового судьи в отношении П. лишено правового значения в процессе доказывания по уголовному делу, так как отмененное постановление не имеет преюдиционного значения в отношении инкриминируемого подсудимому преступления. Суд также отметил, что в ходе ОРМ «Наблюдение» были получены достаточные фактические данные о противоправной деятельности обвиняемого, которые были легализованы в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке.
«Вопреки доводам защиты, суд приходит к выводу, что умысел подсудимого К. на дачу взятки должностному лицу лично за совершение заведомо незаконного бездействия сформировался независимо от деятельности сотрудников полиции, а также сотрудника полиции Б. а следовательно, отсутствовала полицейская провокация преступления, как это трактуется ст. 5 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности”», – отмечено в приговоре.
Первая инстанция добавила, что несмотря на неоднократные разъяснения Б. о противоправности действий К. выраженного отказа в принятии его незаконных предложений, наличие фактических действий сотрудников полиции на месте по документированию административного правонарушения, который подсудимый наблюдал лично и они ему были понятны, последний все же приискал наличные денежные средства, которые лично передал сотруднице полиции.
В итоге суд счел вину подсудимого в даче взятки сотруднику правоохранительного органа доказанной. Он признал К. виновным и назначил наказание в виде штрафа в размере 200 тыс. руб., при этом с учетом ранее назначенной меры пресечения данная санкция была уменьшена до 150 тыс. руб.
Содержание апелляционной жалобы защиты и дополнений к ней
В своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней Ерлан Назаров просил отменить приговор и оправдать своего подзащитного, признав его невиновным по предъявленному обвинению. По его мнению, изложенные в приговоре суда первой инстанции выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Адвокат отметил, что нижестоящий суд неверно применил уголовный закон, а также допустил существенные нарушения УПК РФ.
Защитник полагал, что суд первой инстанции неверно сформулировал событие преступления в своем приговоре, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела, рассмотрев уголовное дело с обвинительным уклоном. По мнению Ерлана Назарова, в отношении его доверителя имела место «провокация» со стороны сотрудников полиции, которые были заинтересованы в исходе уголовного дела, что подтверждалось видеозаписью ОРМ «Наблюдение» и действиями майора полиции Б. Соответственно, полученные в ходе оперативно-розыскной деятельности доказательства являются недопустимыми.
«… в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что о суммах возможного штрафа и вариантах его назначения К. узнал от Б., которая инициативно отвела его от магазина в уединенное место и фактически инсценировала условия, побуждающие подсудимого к передаче ей денежного вознаграждения для решения вопроса П. с максимально выгодным для нее результатом. Прочие доказательства и показания иных допрошенных в судебном заседании свидетелей, приведенные в приговоре, не имеют принципиального значения, поскольку никто из свидетелей не был достоверно осведомлен о содержании разговоров Б. и К., сам по себе факт передачи денежных средств в результате провокации не является преступлением», – сообщалось в апелляционной жалобе.
Защитник также отметил, что все документы оформлялись оперативниками постфактум, после задержания К., отсутствовали законные основания для проведения ОРМ; на постановлении об ОРМ нет соответствующих реквизитов и грифа секретности, что свидетельствует о подтасовке доказательств и получении их с существенным нарушением норм УПК РФ.
Апелляция оправдала подсудимого за отсутствием в его действиях состава преступления
После изучения материалов уголовного дела, апелляционной жалобы защиты и доводов гособвинения Белгородский областной суд оправдал К.
В апелляционном приговоре вторая инстанция отметила, что именно действия Б. по выявлению факта административного правонарушения и составление соответствующих документов явились основанием для привлечения П. к административной ответственности. При этом не является бесспорным вывод нижестоящего суда о том, что решение Губкинского городского суда от 10 августа 2020 г. не имеет правового значения в процессе доказывания по рассматриваемому уголовному делу.
Апелляционный суд пояснил, что решение по делу об административном правонарушении подлежало исследованию в суде и судебной оценке. «Как видно из указанного решения, событие правонарушения не установлено, тогда как, органами предварительного следствия К. обвинялся и признан виновным в даче взятки Б. за заведомо незаконное бездействие, а именно за несоставление протокола об административном правонарушении и, как следствие, непривлечение П. к административной ответственности по ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ», – отметила апелляция.
Белгородский областной суд также указал, что при проведении ОРМ использование средств видеофиксации надлежащим образом документально оформлено не было, так как техническое средство негласной аудиовидеофиксации находилось в сумке Б. Соответственно, фактически имело место оперативно-розыскное мероприятие «Оперативный эксперимент», а не ОРМ «Наблюдение». При просмотре видеозаписей видно, что в определенные моменты сумка с встроенным в ней техническим средством видеофиксации находилось у иного лица, что противоречит процедуре проведения ОРМ «Наблюдение». «Протокол осмотра используемого для видеофиксации технического средства, а также акт передачи его лицу, производящему видеозапись, не составлялись. Видеозаписи разговоров между Б. и К. в материалах дела представлены выборочно, в виде пяти фрагментов, что лишает возможности установить достоверно все события, имевшие место», – отметил областной суд.
После анализа показаний участников уголовного процесса апелляционный суд нашел убедительными доводы Ерлана Назарова о составлении полицейскими документов ОРД после задержания К. и, соответственно, проведении ОРМ без предварительного принятия решения об этом. Дело в том, что сообщение Б. о склонении ее к получению взятки, которое она якобы направила оперативному сотруднику, имело место до прибытия К. в магазин, т.е. он фактически не мог совершить эти действия. «В связи с изложенным законность проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении К. и, как следствие, допустимость полученных материалов вызывает сомнение. Эти сомнения не были устранены ни судом первой инстанции, ни в заседании апелляционной инстанции, в связи с чем в силу ст. 14 УПК РФ они толкуются судом в пользу К.», – подчеркивается в апелляционном приговоре.
Со ссылкой на положения Закона о полиции вторая судебная инстанция добавила, что Б. обязана не только выявлять, но и пресекать противоправные действия иных лиц. Как пояснил облсуд, инициатива разговора с К. исходила от сотрудника полиции Б., которая предлагала ему выйти на улицу, где ее разговор начинается с того, что имеется два варианта рассмотрения материалов в отношении П. начальником полиции, который всегда назначает штраф по минимуму или судом.
«При этом в вопросительной форме она обращается к К. о том, что, может, лучше материал рассмотрит начальник и так будет проще. Затем в ходе разговора Б. на вопрос К. об осведомленности начальника говорит, что сделала сообщение только в дежурную часть. Уже после этого следует предложение от К. решить вопрос “напрямую” с ней. После оформления материалов об административном правонарушении на П., Б. вновь на предложение К. переговорить выходит с ним из помещения. При этом своим поведением дает ему понять, что готова разговаривать с целью урегулирования вопроса о непривлечении П. к административной ответственности. Установлено, что Б. трижды выходила с К. на улицу», – заключил облсуд.
Таким образом, заключила апелляция, Б. в определенной степени допускала виктимное поведение, тем самым спровоцировав возникновение у К. умысла на передачу ей денежного вознаграждения за бездействие в пользу П. В ее присутствии К. принимал меры для отыскания денежных средств, предназначенных для взятки (брал у своей сожительницы банковскую карту, уходил в банк для снятия денег), однако она не пресекла его действия, а продолжила вести с ним переговоры наедине, в том числе после того, как был составлен протокол об административном правонарушении в отношении П.
«При таких обстоятельствах апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что Б. своими действиями способствовала возникновению у К. умысла на передачу взятки для освобождения П. от административной ответственности, и доводы стороны защиты об этом не опровергнуты в судебном заседании», – резюмировала вторая инстанция.
Таким образом, областной суд оправдал К. за отсутствием в его действиях состава преступления, признав за ним право на реабилитацию.
Защитник оправданного высоко оценил приговор апелляции
В комментарии «АГ» адвокат Ерлан Назаров сообщил, что в уголовном деле оформление административного материала осуществлялось начальником ПДН ОМВД майором полиции Б. непосредственно в подсобном помещении магазина, куда прибыл его подзащитный и пытался выяснить, что происходит. «Б., сделав паузу в составлении документов, вышла в торговый зал и поинтересовалась у К. о желании поговорить с ней. Выйдя на улицу и удалившись на значительное расстояние от торговой точки, майор полиции начала разговор с того, что сообщила о возможных вариантах наказания для его сожительницы», – пояснил он.
По словам адвоката, Б. осуществлялась видеозапись всех переговоров с К., начиная с этого первого контакта, т.е. она заранее была оснащена записывающей аппаратурой, на что обращала внимание сторона защиты, указывая на заранее спланированный характер провокации. «И, по нашему мнению, представленная запись, при ее беспристрастном анализе и оценке, как это и было сделано судом апелляционной инстанции, в полной мере изобличает саму представительницу правоохранительного органа в преднамеренных действиях, направленных на формирование у собеседника желания решить возникшие проблемы с помощью материального вознаграждения», – подчеркнул защитник.
Ерлан Назаров отметил, что видеозапись содержит и иные фрагменты разговоров, свидетельствующие об очевидной полицейской провокации, когда, разговаривая друг с другом шепотом, К. спросил у Б.: «Когда вам надо отдать это, сейчас, да?» «Сняв с банковской карты денежную сумму, которая ему была обозначена, и столкнувшись при попытке передать принесенные деньги с нежеланием майора полиции их забирать, что сопровождалось с ее стороны фразой: “Давайте все по закону”, К. стал жаловаться на то, какую комиссию берет банк за обналичивание денежных средств, напоминая ей, что “мы же говорили”», – пояснил адвокат.
По его словам, этому важнейшему, ключевому доказательству, обличающему Б., суд первой инстанции в приговоре не дал никакой оценки, сославшись на то, что «при воспроизведении видеозаписи в судебном заседании стороны не отрицали наличие событий, зафиксированных ими, которые имели место 10 января 2020 г.». «И это при том, что в ходе ее просмотра сторона защиты поминутно и пошагово комментировала фрагменты разговоров, имеющие решающее значение для правильного разрешения дела, – заметил защитник. – Вся доказательственная база фактически под микроскопом была препарирована и представлена стороной защиты в ходе судебных прений в обоснование невиновности подсудимого, однако районный суд склонился в сторону обвинения».
Адвокат добавил, что суд первой инстанции не учел и то, что взаимосвязанность уголовного дела в отношении К. и административного дел в отношении его сожительницы являлась очевидной. «Между тем суд первой инстанции не усмотрел никакого преюдициального значения судебного решения, которым П. была признана невиновной. В свою очеред, апелляционная инстанция обратила внимание на ошибочность такого вывода и дала иную оценку этому судебному акту, истолковав его в рамках ст. 49 Конституции РФ в интересах моего подзащитного. Сторона защиты удовлетворена состоявшимся апелляционным приговором, поскольку можно говорить о реальном восстановлении справедливости. Особо могу порадоваться за своего подзащитного, который на протяжении этих 10 месяцев не терял надежды, что правосудие свершится и он будет признан невиновным», – сообщил Ерлан Назаров.
Он с сожалением отметил, что суды районного и городского уровней зачастую не решаются оправдывать подсудимых, чья вина не доказана в ходе судебного разбирательства. «Как представляется, это обусловлено не отсутствием профессионализма и компетенции, а неуверенностью, не изжитыми стереотипами, что “органы не ошибаются” или “дыма без огня не бывает”, опасениями в противопоставлении себя государству в лице прокуратуры, а зачастую – банальным обвинительным уклоном. Считаю, что такие решения должны являться примером осуществления правосудия для нижестоящих судов», – резюмировал адвокат.
Это должен знать каждый. кто хоть раз давал взятку
Добрый день, коллеги.
Прокомментирую Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 года № 59. Потому что это постановление относится к каждому живому существу Российской Федерации старше 15 лет. Хорошо, пусть не к каждому, я не имею права говорить за всех. Может быть, кто-то из вас является святым и ни разу не дал коробку конфет налоговому инспектору. Может быть, кто-то из нас не дал гаишнику 100 рублей, а врачу не приносил «благодарностей». Возможно, будучи святым, кто-то не давал отката какому-то чиновнику или коммерсанту. Или, допустим, вы прораб и когда вы приезжаете к поставщику строительных материалов, вам менеджеры говорят: «Если будешь с нами работать, тебе будет такой-то откат». И если вы ни разу никому не давали такого и ни от кого не получали, то вы, наверное, святой. Всех святых прошу в комментариях написать: «Я святой. Я никому ничего не давал».
Каждому святому напишу: «Я буду брать с тебя пример. Какой же ты молодец, ты смог в нашей стране прожить и ни разу не дал никому денег или подарочков, и ни разу ни от кого не взял». Я святым не был точно. Я так вам аккуратно скажу, только не буду сознаваться в камеру, в каких случаях не был святым. Давайте не будем информировать правоохранительные органы. И в плане уплаты налогов я не всегда был святым. Я как-то сказал, что плачу их всю жизнь. Но если быть честным, то было два периода, когда я их не платил, но потом посчитал, сколько я не доплатил, взял кредит и компенсировал весь ущерб государству и восстановил свое доброе имя. Вообще святым не был, особенно в молодости.
О чем это Постановление Пленума?
Рекомендую каждому изучить это Постановление. Потому что, например, если вы давали какие-нибудь взяточки гаишникам в сумме от 0 до 10 тысяч рублей, то вы уже подпадаете под уголовную ответственность по ст. 291 УК РФ. Или если вы, например, от 0 до 10 тысяч рулей давали какой-то откатик, а откаты — это коммерческий подкуп, то вы уже подпадаете под ст. 204 УК РФ. Если вы договаривались о взятке или об откате, или были посредником, или вы познакомили Ивана с Петром. А потом Иван Петру дал взятку в 1 тысячу рублей, то вы тоже в составе организованной преступной группы подпадаете под уголовную ответственность.
Поэтому я и сказал, что чуть ли не вся страна, играя в эту игру, подпадает под уголовную ответственность. И все это Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 года № 59 как раз разжевывает все эти нюансы. Я даже не знаю, что процитировать, потому что тут столько информации, которую нужно знать каждому из нас.
«Получение и дача взятки, а равно незаконного вознаграждения при коммерческом подкупе считаются оконченными с момента принятия должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, хотя бы части передаваемых ему ценностей (например, с момента передачи их лично должностному лицу, зачисления с согласия должностного лица на указанный им счет, „электронный кошелек“)».
Даже если вы были посредником, например, в коммерческом подкупе, откате или взятке, были даны или просто обещаны, то тоже можно пострадать. Вознаграждение может быть в виде:
Предоставляя все эти «блага», вы уже подпадаете под многочисленные статьи УК РФ. Я только две статьи назвал, а их, на секундочку, 14. Постановление пленума посвящено 14 статьям УК РФ.
«Посредничеством во взяточничестве (статья 291.1 УК РФ), а равно посредничеством в коммерческом подкупе (статья 204.1 УК РФ) признается не только непосредственная передача по поручению взяткодателя или взяткополучателя, а также по поручению лица, передающего или получающего предмет коммерческого подкупа, денег и других ценностей, но и иное способствование в достижении или реализации соглашения между этими лицами о получении и даче взятки либо предмета коммерческого подкупа (например, организация их встречи, ведение переговоров с ними)».
На самом деле, если вы бизнесмен, то вам иногда приходится решать вопросы или, скажем так, стимулировать какую-то другую коммерческую организацию, полугосударственную или государственную, я вас умоляю прочитайте это постановление! Вы будете знать, как надо действовать, если уж приходится так делать, и чтобы под это все не попасть. Искренне рекомендую изучить этот документ, каким бы жестким он вам не показался. Сделайте это, чтобы потом не было мучительно больно за бесцельно потерянные годы в местах не столь отдаленных.