сестры убившие отца что с ними сейчас
Почему сестрам Хачатурян вынесли несправедливый приговор?
14 июня суд вынес окончательный приговор сестрам Хачатурян, убившим своего отца. Ангелине, Крестине и Марии предъявили обвинение в убийстве Михаила Хачатуряна по предварительному сговору. Теперь им грозит от 8 до 20 лет заключения.
Свою вину девушки не отрицали. Но их защита просила обвинение смягчить приговор, учитывая обстоятельства дела. Сестры годами подвергались домашнему насилию и издевательствам со стороны отца.
Вначале правоохранители отнеслись к девушкам довольно гуманно. Осенью их выпустили из следственного изолятора и поселили в разных квартирах, запретив пользоваться средствами связи и общаться друг с другом. А вот окончательный приговор поразил всех своей жесткостью. В защиту сестер Хачатурян уже выступили Юрий Дудь, Ксения Собчак, Алика Смехова, Юлия Ковальчук и другие российские и даже западные знаменитости. Действительно ли суд вынес сестрам Хачатурян несправедливый приговор? Узнаем у юриста.
Следствие вынесло сестрам Хачатурян самый жесткий приговор из всех возможных
— Согласно окончательной редакции обвинения, Ангелину, Крестину и Марию Хачатурян обвиняют в убийстве, совершенном группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (ч. 2 статьи 105 Уголовного кодекса России ). И это — самый жесткий приговор из всех, что мог вынести суд. Учитывая все смягчающие обстоятельства, которых в деле было немало,суд мог обвинить девушек:
У суда была масса причин, чтобы переквалифицировать статью:
Исходя из всего этого, сестер Хачатурян можно признать потерпевшими. И если это не послужит поводом для прекращения уголовного дела, то должно, по крайней мере, смягчить приговор.
Главный аргумент обвинения состоит в том, что сестры напали на отца, когда он спал. А значит, их действия нельзя квалифицировать как самооборону.
Однако в этом случае обвинение придерживается «буквы закона», но игнорирует «дух закона» — то есть его смысл. Михаил Хачатурян действительно не нападал на дочерей в момент, предшествующий убийству, но нападал и издевался несколько лет подряд. И, скорее всего, сестры знали, что нападет завтра и послезавтра. То есть угрозы жизни и здоровью — главное условие, по которому действия обвиняемого можно расценить как самооборону, — имели место быть.
Будет ли пересмотрено дело сестер Хачатурян?
После вынесения приговора сестрам Хачатурян адвокаты девушек направили жалобы председателю Следственного комитета Александр Бастрыкину на окончательную редакцию обвинительного заключения.
Параллельно с этим дело девушек активно обсуждается на телевидении, в социальных сетях и популярных блогах. Люди выходят на пикеты, в Интернете появляются все новые петиции, сестер поддерживают отечественные и западные звезды шоу-бизнеса. Все это дает надежду на то, что дело сестер Хачатурян все же будет пересмотрено, а приговор — смягчен.
Где на данный момент живут сестры Хачатурян
Где сейчас живут скандально известные сестры Хачатурян? Правда ли, что их отпустили из СИЗО под домашний арест? Где находятся девушки, которым запретили общаться между собой, кто их приютил в сложное время, узнаем вместе.
Квартира на Алтуфьевском шоссе
Дело трех сестер Хачатурян, которые 27 июля 2018 года убили своего отца Михаила Хачатуряна, настолько неоднозначное, что девушек после недолгого заключения в СИЗО даже отпустили домой под присмотр родственников.
Судебное разбирательство ведется до сих пор, хотя по подозрению в убийстве Крестину (именно так у нее написано в паспорте), Ангелину и Марию задержали больше года назад: 28 июля 2018 года.
В июне 2019 года им предъявили обвинение: убийство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Девушкам грозит от восьми до 20 лет.
Доведенные до отчаяния девушки, старшей из которых на тот момент было 19 лет, решились на крайние меры: во время очередного приступа гнева отца они дали ему отпор и убили тирана, нанеся ему 36 ударов охотничьим ножом.
Девушки не скрывались от полиции, сами вызвали стражей порядка. Естественно, на следующий день они были арестованы и помещены в СИЗО.
Однако неоднозначность дела и перспектива его крайней длительности подтолкнули Басманный суд Москвы вынести решение о замене ареста запретом определенных действий. Правда, вернуться домой всем вместе им не разрешили.
Известно, что Крестина, Анжелика и Мария жили вместе с отцом на севере Москвы, в доме №56 по Алтуфьевскому шоссе.
В высотку на Алтуфьевском шоссе, где сестры жили с отцом, вернулась младшая из девушек, Мария. В настоящее время Маша проживает здесь вместе с матерью, Аурелией Дундук, которую Михаил Хачатурян выгнал из дома за три года до трагедии.
В этой квартире, где и произошло убийство, у сестер постоянная регистрация. Уроженка Молдовы Аурелия Дундук к приезду Марии из СИЗО сменила здесь обстановку и сделала ремонт.
Аурелия поддерживает дочек, утверждая, что бывший муж во время совместного проживания издевался и над ней тоже.
Переезд в Подмосковье
Старшие сестры, Крестина и Анжелика, переехали к родственникам в Подмосковье. Они поселились в небольшом поселке неподалеку от Москвы, где за ними присматривают родственники.
Как сообщают в Федеральной службе исполнения наказаний, девушки живут в разных квартирах, в разных домах, но на одной улице. Жилье Крестине и Анжелике предоставили родственники.
Сестрам на время следствия запрещено общаться друг с другом, а также с любыми другими людьми, помимо адвокатов. Девушкам нельзя пользоваться средствами связи, в том числе телефоном и Интернетом (все домашние телефоны и средства связи поставлены на прослушку).
Они могут выходить на прогулку в дневное время, но ночи должны проводить дома. Питание девушкам организуют мама и бабушка.
Сотрудники ФСИН регулярно проверяют, как соблюдаются запреты. Как сообщают в ФСИН, сестры почти все время сидят дома, они читают книги, смотрят ТВ. Младшая, Мария, рисует, поскольку для нее рисование – своего рода арт-терапия.
Кроме того, Мария учится в школе на индивидуальной форме обучения, поскольку не успела получить аттестат из-за трагедии в семье.
Как говорят, в ФСИН, даже если девушкам будет назначено наказание в виде отбывания в колонии, это не должно помешать их учебе. В женских колониях есть возможность учиться как по программам среднего профессионального образования, так и высшего.
Где живут главный редактор RT Маргарита Симоньян и Тигран Кеосаян
Где живут легенды российского футбола братья Березуцкие
Адвокат Липцер: что стало с сестрами Хачатурян и каким будет приговор
Что значит новый поворот в деле сестёр Хачатурян? Как они живут сейчас в ожидании суда? Почему инициатива ввести в России охранные ордера может не принести пользы? Отчего полиция не любит защищать жертв домашнего насилия? И что делать, если в полиции не принимают заявление?
В деле сестёр Хачатурян, которых обвиняют в убийстве своего отца Михаила, произошел новый поворот. 11 марта в отношении убитого Михаила Хачатуряна завели уголовное дело, а позднее, 23 марта, девушки были признаны потерпевшими по делу о насилии и побоях со стороны отца.
Anews пообщался с адвокатом одной из сестер Алексеем Липцером и выяснил, к чему может привести такой поворот, на что рассчитывает защита, почему дело длится так долго, по какой причине до сих пор не удалось собрать коллегию присяжных и что делать, если у жертвы домашнего насилия не принимают заявление в полиции.
Текст представляет собой резюме видеоинтервью. Полную версию интервью смотрите ниже.
Зачем завели дело в отношении убитого отца?
Возбуждение уголовного дела сейчас стало возможно в связи с тем, что родственники Михаила, а именно его сёстры, которые являются потерпевшими по делу в отношении девушек, дали согласие на это возбуждение. Ранее у нас было только постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с его смертью, в котором следователи установили, что он совершал преступления в отношении сестёр.
Михаил Хачатурян, соцсети
Сделано это для того, чтобы родственники попытались в рамках этого уголовного дела доказать его [Михаила Хачатуряна] невиновность. Со стороны родственников это было сделано для того, чтобы попытаться исключить мотив в совершении девушками преступления в виде преступлений со стороны отца в их отношении. Сейчас это является смягчающим обстоятельством в рамках нашего уголовного дела.
Родственники пытаются это смягчающее обстоятельство убрать. Потому что они понимают, что при рассмотрении дела в отношении девушек с участием присяжных смягчающий мотив с большой долей вероятности может привести либо к их оправданию, либо к существенному снижению срока в случае, если их признают виновными. Родственники пытаются это избежать.
Раньше родственники, видимо, боялись громких заголовков о том, что возбудили дело в отношении Михаила Хачатуряна. Поэтому думали, что им этого делать не нужно.
Но когда они оказались в суде и, видимо, пообщались с государственным обвинением, которое увидело заключение в отношении девушек, начинающееся с перечисления всех преступлений, которые Михаил Хачатурян совершал в их отношении… Они, видимо, пришли к выводу, что единственный вариант попытаться убедить суд присяжных в своей правоте, исключить смягчающее обстоятельство мотива. Это можно сделать только через уголовное расследование в отношении Хачатуряна.
Почему в которой раз не удается собрать коллегию присяжных?
Сначала не пришло необходимое количество присяжных. Пришли всего десять человек, а этого мало, с таким количеством присяжных не собирают коллегию, необходимо минимум четырнадцать человек. А при самом последнем заседании родственники уже заявили ходатайство о возвращении дела прокурору. И мы тоже заявили ходатайство, но по другим обстоятельствам, которое суд удовлетворил.
А до этого сначала была болезнь родственников, и мы откладывали несколько судебных заседаний на этом основании. Мы предполагаем, что со стороны родственников это было сделано намеренно не все разы, я допускаю, что они действительно заболели коронавирусом, потому что они предоставляли соответствующие документы. Но в следующие заседания они представляли справки сомнительного характера, написанные от руки. Как раз в то время они подавали жалобу в Басманный суд об отмене этого отказного постановления, которое ранее выносилось следователями в отношении Михаила Хачатуряна.
О жизни сестёр в ожидании суда
Крестина Хачатурян (слева) и Ангелина Хачатурян в Басманном суде Москвы, РИА Новости/Евгения Новоженина
Сначала им было нельзя общаться с матерью, но потом следователь по делопроизводству разрешил на время предварительного расследования. Потом, когда дело поступило в суд, суд запретил общаться с матерью. Но потом мы смогли доказать суду, что раньше им можно было общаться с ней по разрешению следователя, дайте им хотя бы эту возможность, ведь проблем из-за этого никаких не было. Суд всё-таки нас услышал и разрешил общаться с мамой.
Учиться они не могут. Вернее, могут, но если они поступят в какой-то университет, то следственные действия будут им мешать учиться. Плюс поступят они, а приговор вынесут с реальными сроками лишения свободы, то к чему было поступать? Подвешенная ситуация, которая их нервирует.
Об инициативе ввести в России охранные ордера
С одной стороны, это хорошая вещь, она применяется во многих странах, где довольно-таки качественное правоприменение. Однако, у нас проблема в том, что правоприменение страдает, законы-то есть. В принципе, у брачных органов есть законы, которым они должны следовать при обращениях жертв насилия, должны реагировать, но проблема в том, что они не делают то, что должны делать по закону.
Соответственно, пока нет никаких гарантий того, что, если даже охранные ордера введут, они будут препятствовать абьюзеру приближаться к жертве. Нужно, чтобы работали те правоохранительные органы и те инстанции, которые должны следить за исполнением этих охранных ордеров. В том случае, если это будет исполняться, тогда это положительная вещь. Здесь нужно работать в двух направлениях. Одно дело – принять закон, хорошо, но другое дело в том, что нужно активно работать в направлении, чтобы эти охранные ордера исполнялись надлежащим образом.
Почему полиция наплевательски относятся к заявлениям жертв домашнего насилия?
Эта проблема развита не только в отношении жертв домашнего насилия. Это поголовное отношение правоохранительных органов: они либо не берутся за те дела, которые им интересны, либо они, наверно, предполагают, что если кто-то там ругается, то и сами разберутся потом, на авось. Может быть, у них была практика, что кто-то использовал эти заявления о насилии для того, чтобы преследовать свои цели.
Вариантов масса. Я думаю, здесь вряд ли есть какая-то одна общая причина, почему они не реагируют на заявления жертв домашнего насилия. Я думаю, здесь в каждом случае, в каждом регионе есть своя предыстория, которая побуждает их работать так.
Например, недавний случай в Кемерово. Здесь, например, если вы смотрели распечатку их разговоров, там у них не было наряда, который должен был выехать. Здесь проблема была именно в организации работы конкретного отдела, этой структуры. То есть где-то такая проблема, где-то халатность, где-то кто-то не хотел ехать, потому что думал, что люди сами помирятся. Просто такое отношение.
У нас норма о необходимой самообороне применяется довольно редко. Вот в чём проблема с нашим уголовным делом в отношении сестёр Хачатурян? Почему у нас не переквалифицировали дело, хотя ситуация вполне очевидная? А не переквалифицировали, потому что следователь сказал, что ему было сложно написать и описать, почему девушки напали на Хачатуряна, когда он спал.
Хотя на самом деле они сами же установили истязания, которые он совершал в их отношении, есть постановление пленума, которое говорит, что если человек подвергался длительным преступлениям со стороны насильника, в том числе и истязаниям, то в таком случае не обязательно ждать непосредственной атаки, а можно обороняться и в момент затишья, грубо говоря.
Соответственно, такова практика: не хотят применять, бояться описывать нормальным образом, бояться того, что надзирающий орган не так оценит. У нас же обвинительный уклон. Грубо говоря, чтобы признать необходимую оборону, следователю нужно, чтобы тебя сначала топором ударили в грудь, а если ты выжил и, взяв этот топор, ударил в ответ, то в таком случае необходимая оборона есть. А как доказывать, что тебе угрожали топором, а ты его выхватил и ударил в ответ, потому что он на тебя пошёл опять и пытался ударить кулаком, то здесь уже сложнее.
Следователю почему-то сложно описать, в чём заключалась необходимость обороны в таком случае. Поэтому, конечно, обороняться стоит. Не стоит падать жертвой, боясь того, что тебя в дальнейшем привлекут к уголовной ответственности. Но нужно быть готовым к тому, что, возможно, придётся с пеной у рта доказывать, что ты на самом деле оборонялся и защищался. Практика очень плачевная, к сожалению, статья применяется крайне редко.
Есть ещё статья о превышении пределов необходимой обороны. Эта статья небольшой тяжести, и наказание будет небольшим. Её применяют чаще, чем просто необходимую оборону. Сама по себе необходимая оборона – это прекращение уголовного дела. А есть превышение необходимой обороны, отдельная статья, это не убийство, а небольшая тяжесть. Когда будет доказано, что на вас нападали, а вы оборонялись, но на вас нападали не настолько сильно, а вы ответили слишком сильно. Вот её используют чаще.
Что делать, если заявлении о домашнем насилии не принимают?
Во-первых, нужно смотреть, куда обращается жертва. Любые действия сотрудников правоохранительных органов можно обжаловать либо в вышестоящих инстанциях, у руководителей отделов полиции, либо у руководителей округа, города, субъекта. Прокуратура – орган, надзирающий за действиями правоохранительных органов, они также принимают жалобы в том случае, если есть отказ или не выполняются прямые обязанности.
Также действия можно обжаловать в суде. Вот три направления, в которых можно обжаловать любые действия сотрудников правоохранительных органов в том случае, если не принимают, отказывают, либо приняли заявление, но не проводят проверку в рамках этого заявления.
Естественно не нужно сидеть и ждать, потому что зачастую сотрудники правоохранительных органов надеются, что вы заявление подали, но мало ли, вернётесь домой, посидите, выпьете чайку друг с другом и забудете об этом заявлении. Поэтому они могут выждать несколько дней и ничего не делать.
Не нужно уповать на то, что пройдёт десять суток, и они обязательно что-то сделают. Подали заявление и на следующий день идёте узнавать, что с ним. Если видите какую-то халатность или бездействие, то сразу же обращайтесь в прокуратуру, суд, к руководству. Идёте всё выше и выше. Вот, что предусмотрено законом.
Также стоит помнить, что есть различные правозащитные организации, куда можно обратиться, попытаться от них получить помощь и поддержку. Они могут связаться с уполномоченным по правам человека, попытаться воздействовать на органы, если ситуация приближается к критической.
Сейчас я советую при обращении к правозащитникам ссылаться на громкие резонансные дела: Хачатурян, девушка в Кемерово, которая, к сожалению, скончалась. Нужно пытаться давить на это и говорить, что «вы же не хотите допустить такую же ситуацию? Давайте сделаем больше, чем не сделаем вовсе и потом получим подобный результат».
Сестры Хачатурян идут под суд: последние новости и подробности дела
Сестры Хачатурян. История одного убийства
57-летнего Михаила Хачатуряна обнаружили мертвым 27 июля 2018 года подъезде жилого дома на Алтуфьевском шоссе в Москве. На теле мужчины было много колото-резаных ран.
Михаил Хачатурян. Фото: соцсети
Дочери рядом с телом Михаила Хачатуряна. Кадр с камеры видеонаблюдения в подъезде. Телеканал 360
Крестина Хачатурян заявила, что в день убийства отец ранил ее ножом. У девушки диагностировали колото-резаную рану бедра и ушибы.
Крестина Хачатурян. Фото: Соцсети
Экспертиза показала, что двое из сестер в момент совершения убийства могли осознавать фактический характер совершаемых действий. Младшая в момент преступления была невменяемой, сообщал «Московский комсомолец».
Фото: КП
Позже сестры Хачатурян показали фотографии с синяками, кровоподтеками на лице и других частях тела. По их словам, отец бил их всем, что попадалось под руку.
Из СИЗО под домашний арест
Мария Хачатурян. Фото: Соцсети
В сентябре суд освободил девушек из-под стражи и отправил под домашний арест. Кристине, Ангелине и Марии предписали жить в разных квартирах и запретили общаться друг с другом.
Кто такой Михаил Хачатурян. Что известно об отце девушек
После убийства соседи подтвердили, что Михаил Хачатурян издевался над дочерьми. Подтверждает это и мать девочек, которая могла лишь тайком видеться с детьми после развода.
Ангелина Хачатурян. Фото: РИА Новости / Виталий Белоусов
Михаил противодействовал тому, чтобы его дочери ходили на занятия. Это подтверждает даже друг убитого Брюс Хлебников. Он объяснял такое поведение тем, что отцу не нравились увлечения девушек.
Неприличные фото одной из сестер, которое показал друг Михаила. Кадр России 1
Михаил Хачатурян. Фото: соцсети
Впрочем, у Михаила нашлись родственники, которые не верят этим словам. Племянник Арсен Хачатурян утверждает, что его дядя был добрым и щедрым человеком. Он очень любил своих дочек, всегда покупал им лучшие вещи и модные гаджеты. По словам Арсена, отец кричал на девочек из-за того, что они не убирались в квартире.
Кадр программы «Прямой эфир»
Тетя сестер Хачатурян рассказывала, что девочки издевались над своей бабушкой. Мать Михаила через суд добилась, чтобы из ее квартиры выписали Аурелию Дундук, «убийцу» Кристину и ее брата.
Адвокаты против СК
Следствие учло, что отец долгое время подвергал девушек физическим и психологическим страданиям, сообщает СК. Тем не менее сестрам предъявлено обвинение в убийстве группой лиц по предварительному сговору.
Защита обращалась к главе Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину с жалобой на окончательную редакцию обвинения и просит закрыть дело.
Последние новости о деле сестер Хачатурян
3 декабря 2019 года Следственный комитет заявил о завершении расследовании дела сестер Хачатурян и передаче его в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения для двоих девушек.
Согласно выводам следствия, девушки действовали по предварительному сговору, испытывая острую личную неприязнь к отцу. В качестве смягчающего обстоятельства было учтено, что Михаил длительное время причинял девушкам физические и психические страдания.
Не убийство, а самооборона
30 декабря 2020 года стало известно, что Генпрокуратура потребовала переквалифицировать обвинение сестрам Хачатурян с убийства на самооборону.