васа корабль стокгольм история
Невезучий флагман шведского флота
Флагман «Льва Севера» и один из крупнейших кораблей своего времени, галеон «Ваза» пошёл ко дну во время своего первого выхода в море. Впрочем, и в море выйти он фактически не успел, затонув из-за фатальной ошибки строителей прямо у входа в гавань Стокгольма. Однако, благодаря катастрофе, произошедшей без малого четыре века назад, современная шведская столица имеет уникальный музей, а любители военно-морской старины могут вживую полюбоваться кораблём периода Тридцатилетней войны 1618–1648 годов.
Первый и последний поход
Боевой корабль «Ваза» получил своё имя от династии шведских королей. Он был задуман как флагман шведского военно-морского флота и должен был стать самым крупным и самым тяжеловооружённым кораблём на Балтике. Король Густав II Адольф лично утвердил размеры корабля: полная длина 69 м, длина корпуса 47,5 м, ширина 11,7 м, осадка 4,8 м, водоизмещение 1200 т. На вооружении «Вазы» находились 64 пушки разных калибров. При постройке корабля использовалось более 1000 дубов. Корпус был богато украшен позолоченными и раскрашенными резными скульптурами.
Корабль был заложен весной 1626 г. и спущен на воду два года спустя. 10 августа 1628 г. он должен был отправиться в своё первое плавание. На борту находилось более 100 человек команды, а также родственники моряков. Когда «Ваза» на буксире вышел на открытое пространство гавани Стокгольма, капитан Сёфринг Ханссон поднял 4 паруса из 10 и приказал дать салют из пушек. В это время порыв сильного ветра накренил корабль, но затем он выровнялся. Второй порыв ветра накренил корабль сильнее, он зачерпнул воду открытыми по случаю салюта пушечными портами нижнего яруса, лёг на борт и за несколько минут затонул, пройдя всего 1300 метров.
Подъём и реставрация
За прошедшие с момента гибели корабля 300 лет место, где произошла катастрофа, было забыто. В 1953 г. инженер Андерс Франсен начал его поиски сначала в архиве, а затем в стокгольмской гавани. 25 августа 1956 г. корабль был обнаружен у острова Бекхольмен на глубине 32 м. Водолазы, спустившиеся на дно несколько дней спустя, подтвердили, что это «Ваза». К находке проявила интерес вся Швеция, в том числе и король Густав VI Адольф. Поскольку корабль отлично сохранился, в 1957 г. его было решено поднять.
Спонсором работ выступили военно-морской флот и спасательная фирма «Нептун». В течение двух лет водолазы промыли под корпусом корабля шесть тоннелей, каждый 20 метров длиной, через которые завели стальные тросы. В августе 1959 г. «Вазу» в подводном положении отбуксировали на мелководье. В течение ещё двух лет водолазы поднимали наверх хрупкие детали украшений, укрепляли корпус и закрывали все отверстия. Наконец, 24 апреля 1961 года, после 333-летнего забвения, «Ваза» показался над водой.
На протяжении 1962–1979 гг. продолжались восстановительные работы. На это время «Ваза» был помещён в сухой док. Доступ публики сюда был открыт в 1979 г. В течение последующих 10 лет музей посетили 11 млн человек. 16 августа 1990 г. на острове Юргорден был торжественно открыт новый музей. Трёхэтажное здание построено специально под экспозицию и позволяет осмотреть «Вазу» со всех сторон на различных уровнях высоты. Помимо самого корабля, на территории музея существует множество различных выставок и экспозиций. В настоящее время это один из самых посещаемых музеев Стокгольма.
Проблема, немедленно возникшая перед исследователями после подъёма «Вазы», заключалась в необходимости его консервации. Из-за отсутствия доступа кислорода древесина, из которой он был сделан, прекрасно сохранилась. Однако пропитанное водой дерево начинает растрескиваться и усыхать уже через несколько дней в тёплом сухом воздухе. Корабль мог бы рассыпаться полностью, если бы дерево не было обработано надлежащим образом.
Когда «Ваза» был поднят на поверхность, каждый килограмм древесины содержал 1,5 кг воды. 1,35 кг нужно было испарить, а оставшуюся массу заменить полиэтиленгликолем, который предотвратил бы усыхание древесины. Для этого корпус «Вазы» на протяжении 1962–1979 гг. круглые сутки орошался из 500 распылителей смесью полиэтиленгликоля и воды. Скульптуры и небольшие деревянные куски обрабатывались в ванне.
Проблему представляли также механические повреждения. Разрушена была большая часть кормы, верхней палубы и бикхеда в носу. На месте обнаружения судна археологи подобрали порядка 13 500 разрозненных деталей, которые требовалось идентифицировать и закрепить на месте. Работа исследователей порой напоминала сборку головоломки, в которой единственной подсказкой зачастую служила их собственная фантазия. Постепенно корабль восстанавливался, пока не получил вид полностью собранного.
Многолетние труды реставраторов сделали возможным наблюдать корабль практически в том самом виде, в котором он уходил под воду 388 лет назад. Сегодня «Ваза» примерно на 95% состоит из подлинных деталей. Конечно, некоторые элементы были утрачены, и их пришлось воссоздать заново. Добавленные позже, они заметно выделяются своей ровной поверхностью на более тёмной и неровной оригинальной фактуре.
Роскошная отделка
«Ваза» был одним из самых больших и красивых кораблей своего времени. Богатый декор корабля считался существенной частью его вооружения, демонстрацией богатства и мощи государства. Для оформления корабля из Германии и Голландии были приглашены самые искусные резчики по дереву, которые украсили «Вазу» более чем пятьюстами деревянными фигурами и двумястами изображениями резного орнамента в стиле позднего Ренессанса и раннего барокко. Материалом резчикам служила древесина липы, сосны и дуба. Все украшения были ярко расписаны, некоторые из них позолочены. На фоне корпуса из светлого дерева яркие, даже аляповатые изображения создавали ощущение праздничности.
Сюжеты взяты из древнегреческой мифологии, Библии и римской истории. Это изображения Геркулеса и сказочных грифонов, нереид, тритонов, русалок и дельфинов, библейских воинов и львов, римских воинов и императоров, поющих и трубящих ангелов. Например, из «Книги судей» в Ветхом Завете взяты 23 воина Гидеона, изображённые над кормовой галереей. С факелами и масляными лампами в руках, дующие в рога и горны, они идут в бой за своего бога.
Вид на корпус «Вазы» с кормы на нос позволяет оценить размеры корабля. Оригинальная палуба не сохранилась. Та, что мы видим сегодня, является современной реконструкцией. Частично сохранились фок и грот-мачты. Бизань, которую мы видим на корме, пришлось изготовить заново.
Важнейшую роль среди роскошных изображений на корме корабля играет шведский государственный герб. По сторонам его поддерживают лапами два вздыбленных льва. Герб в барочном стиле украшен изображениями гирлянд, виноградных лоз и фруктов. Резное панно, которое мы имеем возможность наблюдать сегодня, состоит из 22 деталей, собранных и закреплённых на месте при помощи гвоздей. Его реставрация является результатом кропотливого труда специалистов.
Тёмный строгий корабль, который мы видим сегодня, непохож на тот, каким он был в XVII веке. Сотни скульптур, льнущих и карабкающихся по всему судну, были ярко, даже аляповато окрашены. При помощи микроскопа удалось обнаружить пигменты синего, зелёного, оранжевого, красного цветов, свинцовые белила и другие. Не обошлось без сюрпризов. Ранее считалось, что фоновым цветом кормы корабля являлся синий, и эта гипотеза нашла отражение в изображениях «Вазы», сделанных в 1970–1990-х гг. Более детальные исследования позволили выяснить, что фон был красный. Первоначальная расцветка корабля реконструирована на выставленном в музее макете в масштабе 1:10, представленном на самом первом снимке.
Художники барокко наряду с торжественными и монументальными образами любили изображать грубое, полнотелое, эротическое и комическое. Помимо ангелов, святых и воинов, на «Вазе» множество изображений пышногрудых русалок, бородатых тритонов и смеющихся чертей. Сегодня легко отмахнуться от этого излишества как от простой безвкусицы, но в XVII веке это именовалось бесподобным, этому охотно поражались.
Исследование, продолжавшееся на протяжении двух лет, позволило идентифицировать ряд резчиков и художников. По высокому мастерству исполнения легко выделяются работы немца Мортена Редтмера, автора гербового панно на корме корабля, носовой фигуры льва, скульптуры Геркулеса и других больших и наиболее выразительных скульптур. Другие фигуры представляют собой работы Ханса Клаусинка, Йохана Дидрихсона Тиссена и, возможно, Маркуса Леденса. Эти мастера, согласно архивным данным, работали в это время на корабельной верфи и, наверняка, были задействованы при постройке «Вазы». Наконец, некоторые скульптуры, судя по топорности изготовления, принадлежали работе менее видных мастеров или даже учеников.
Детали
Две галереи на корме корабля являлись данью моде XVI–XVII вв. Сюда выходили помещения кормовой части корабля, предназначенные для размещения капитана и офицеров. Нижняя галерея завершалась круглой, увенчанной куполом башенкой, в которой размещался офицерский туалет. Стоявший здесь ночной горшок опустошался одним из юнг.
Суда XVII века отличались высокой кормой с целым рядом надстроек. Первая кормовая надстройка – ахтердек (шканцы) – начинается позади грот-мачты и идёт к корме за бизань-мачту. Ахтердек являлся самым почётным, торжественным участком на корабле. В бою здесь находились капитан корабля и старшие офицеры.
Небольшой трап вёл с ахтердека на квартердек – палубу второй кормовой надстройки. Как правило, в помещениях квартердека располагались каюты капитана и старших офицеров. На самых больших судах этого времени, к числу которых принадлежал «Ваза», поверх квартердека иногда строилась ещё одна маленькая надстройка – ахтеркастель. Общая высота кормы «Вазы» составляла 19,3 м.
Снимок даёт представление о верхней палубе корабля – опердеке – проходившей через всю длину судна от носа до кормы. Большая часть опердека на «Вазе» была открытой. На ней располагались артиллерийские орудия, шпиль для подъёма якоря, шлюпки, световые и вентиляционные решётчатые люки, различные приспособления для крепления снастей бегучего такелажа и работы с ними.
На носу «Вазы» отсутствовала обычная для кораблей этого времени надстройка фордека, на которой находились орудия и приспособления для крепления снастей бегучего такелажа фок-мачты и бушприта. Носовая палуба являлась продолжением опердека.
Выступающий впереди носа бушприт был предназначен для крепления стоячего такелажа стеньг фок-мачты, а также такелажа носовых парусов – кливеров и стакселей. Угол возвышения бушприта составляет 30°. К форштевню корабля бушприт крепится посредством двух мощных канатов найтовых. Поверх форштевня крепилась треугольная платформа-гальюн, отделённая от носовой палубы вертикальной перегородкой-бикхедом. Открытая ветру и обдаваемая волнами, эта площадка служила отхожим местом для матросов.
Вид на носовую часть палубы и гальюн со стороны бушприта. Хорошо видны носовая перегородка-бикхед и проходы, ведущие вовнутрь корпуса судна.
Носовая часть корабля, вид снизу. Хорошо видны кницы гальюна, посредством которых он соединялся с корпусом корабля. Между параллельными кницами находятся круглые отверстия для якорного каната (клюзы). С боков гальюнная площадка огорожена двумя изогнутыми деревянными бортами-регелями, на которых крепятся скульптурные фигуры. Форштевень завершается резной носовой фигурой льва.
Панорамный вид на носовую часть корабля и корпус. Верхняя часть ограждения примерно соответствует линии водной поверхности, и в этом ракурсе корабль выглядит так, как если бы он плыл по морю.
В этом ракурсе хорошо видны детали и резные украшения форштевня корабля. 20 деревянных фигур на бортах-регелях представляют римских императоров от Августа до Септимия Севера, которых Густав II Адольф рассматривал в качестве своих предшественников.
Деревянная носовая фигура представляет собой изготовившегося к прыжку льва длиной 3,5 м. Оригинальная фигура была позолочена. Также сохранились следы красной краски в пасти льва и белила глаз. В лапах лев держит щит с гербовым изображением снопа соломы, который являлся символом королевской шведской династии Ваза. Лев здесь должен был символизировать короля и силу Швеции в борьбе против католиков и немецкого императора. «Северным львом» современники называли короля Густава II Адольфа.
Интерьеры
О внутреннем убранстве «Вазы» позволяет судить павильон, построенный в музее. Перед нами «большая камера», предназначенная для размещения старших офицеров корабля. Позади неё находится вход в капитанскую каюту. Стены каюты украшены деревянными панелями и резными украшениями более простого вида. Посередине находится стол, вдоль стен лавки и откидные койки.
Орудийная палуба с установленными на ней муляжами орудий. На вооружении «Вазы» находилось 48 больших 24-фунтовых, 8 штук 3-фунтовых, 2 штуки 1-фунтовых пушек и 6 мортир. Артиллерийские стволы размещались на деревянных лафетах, которые посредством талей крепились к бортам для предотвращения слишком сильной отдачи при выстреле. Стреляли пушки через порты, прорезанные в толщине борта.
Орудие главного калибра – 24-фунтовая пушка, весила 2,5 тонны. Отлитые из бронзы, орудия представляли собой значительную ценность. После того как корабль пошёл ко дну, их стремились поднять наверх. Впрочем, все предпринимаемые попытки заканчивались неудачей вплоть до 1665 г., когда швед Альбрехт фон Трейлебен и немец Андреас Пеккель, используя воздушный колокол и целую экспедицию водолазов, смогли поднять 53 пушки. Ещё несколько пушек было найдено в 1958 г.
Современная реплика «вороньего гнезда» – марсовой площадки на вершине мачты, служившей для размещения наблюдателей и стрелков во время боя. На заднем плане на стене виден один из шести сохранившихся парусов «Вазы».
Продольный разрез судна позволяет взглянуть на жизнь внутри корабля. Поражает царившая на корабле ужасающая теснота. На батарейной палубе на пространстве 47 на 11 метров должны были разместиться 400 человек. Койки матросов висели между пушками. Спать они могли посменно и не более 4 часов подряд. Ели также между пушками. Меню состояло из ячменной каши, фасоли или гороха, солонины, сушёной рыбы и сухарей. Припасы хранились в деревянных бочках на нижней палубе. Камбуз находился в нижней части судна, там готовили еду на всех в большом чугунном котле. Печь была сложена из кирпича.
Экипаж
Экипаж «Вазы» состоял из 145 моряков и 300 солдат. По штату он включал:
Матросы на корабль набирались посредством призыва в пропорции один человек из десяти. На службу не брали детей моложе 15 лет и стариков старше 60 лет. Питание и жильё им должны были предоставлять жители Стокгольма. Годовое жалование матроса в 1628 г. составляло 57 далеров, но из него вычитались деньги за питание и одежду. Наличными матрос получал менее четверти от этой суммы. Для сравнения, корова стоила 5 далеров, гусь полдалера, бочка ржи 1 далер, а бочка пива – 3 далера.
На одном из матросов, которые были найдены на борту «Вазы», хорошо сохранилась одежда. Она состояла из короткой куртки со стоячим воротником, тканой льняной рубахи, широких штанов до колен, чулок и мягких кожаных туфель. Принадлежности для шитья были найдены в рундуках экипажа, как и кожа, колодки и деревянные гвозди для починки башмаков.
Постройка «Вазы»
Стокгольмская верфь в XVI–XVII вв. находилась на современной набережной Ниброкаен. Здесь находились склады для древесины, кузнечные мастерские, 2 мельницы и бараки для сотен рабочих. На макете представлено несколько кораблей в разной стадии постройки. Один из них, полностью готовый, проходит ремонт днища. Верхняя часть его мачт и реи сняты, как это делалось, когда корабль ставился на ремонт. Далее видны два других корабля на разных стадиях постройки. Вдалеке виден силуэт Гамластана и королевского дворца Трекронур.
«Ваза» на нулевом цикле работ. На киле укреплены кормовой транец, форштевень и нижний уровень обшивки.
Каркас судна в процессе постройки, установлена часть шпангоутов и обшивка подводной части корпуса.
Корпус корабля почти готов. Закончена установка шпангоутов и бимсов, на которых предстоит настелить палубу. Внешняя обшивка ещё отсутствует. До завершения работы остается несколько месяцев.
Современный макет в масштабе 1:10 позволяет наглядно представить внешний вид «Вазы» в первый и последний день его военной службы.
masterok
masterokМастерок.жж.рф
Хочу все знать
Королевский шведский парусный военный корабль XVII в. «Васа» («Vasa»), продержавшийся на плаву менее часа. Печальная, трагическая и необычная судьба парусника, затонувшего и унесшего жизни десятков людей, ставшего единственным и самым знаменитым кораблем-музеем, единственным в мире кораблем 17 в., дошедшим до наших дней.
“Между четырьмя и пятью часами громадный новый корабль “Васа” опрокинулся и затонул”… Всего несколько слов записал хроникер о катастрофе, постигшей Швецию и шведский флот в теплый августовский день 1628 года.
Давайте вспомним как это было подробнее …
“Васа” был одним из самых больших и красивых кораблей своего времени, причем не только Швеции, но и Европы. Высота его — 52,5 метра, длина — 69 метров, высота кормы — почти 20 метров. Семьсот самых разных фигур украшали судно.
Корабль строился в эпоху барокко — веселое, озорное время. Вот какая-то пышнотелая то ли русалка, то ли нимфа высунула язык и облизывает кончик носа. Вот стоит солдат и задумчиво почесывает бороду. А вот змея выползает из глазницы фигуры, символизирующей смерть… Причем все фигуры ярко расписаны, некоторые позолочены. И на фоне корпуса из светлого дерева они создавали ощущение праздничности.
Корабль оснащен по последнему слову тогдашней военно-морской техники. На двух орудийных палубах установлены 64 бронзовые пушки, из которых 48 штук 24-фунтовые (весом более тонны каждая). Да еще шесть мортир, да большое количество пороха и самых разных ядер для морского боя.
Сегодня нам кажется странным: зачем надо было так украшать военный корабль, тратить столько средств и усилий на столь “нефункциональные” для морского боя “излишества”. Но таков был дух времени. Богатый декор корабля считался существенной частью его “вооружения”, демонстрацией мощи государства.
Сюжеты взяты из древнегреческой мифологии, Библии и римской истории. Это изображения Геркулеса и сказочных грифонов, русалок и дельфинов, библейских воинов и львов (их, символов королевской власти, более шестидесяти), римских воинов и императоров, поющих и трубящих ангелов. Кроме того, “рассказывается” о легендарных шведских королях. Причем самые “важные” скульптуры были покрыты настоящим золотом: например, огромные львы на носу длиной 3,5 метра! И все это великолепие вместе с белоснежными парусами, яркими флагами и палящими пушками должно было производить магическое впечатление…
Густав II Адольф назвал корабль в честь своего знаменитого деда, короля Густава Васа, который правил в ХVI веке. Но “Васа” — это не имя, а прозвище короля, в переводе означающее “сноп сена”. Король собрал воедино разрозненные части Швеции, как колосья собраны в снопе. Именно Густав Васа перевел Швецию из католичества в протестантство, ввел престолонаследие (до него королей выбирали), и, наконец, он практически сделал Стокгольм столицей Швеции. Кстати, в те времена названия кораблей еще не писали на бортах. На корме обычно укрепляли герб владельца либо того лица, в честь или память которого построен корабль, и все понимали, как он называется.
В наследство от своего отца, короля Карла IХ, Густав II Адольф получил довольно большой, но изрядно потрепанный боями и непогодой флот. И в 1615 году Государственный совет отмечает: “Морской флот, на котором покоится благосостояние страны, за прошедшие годы был почти забыт и поэтому нуждается в обновлении”.
В первые годы правления молодого короля не было средств на постройку новых кораблей.
Но к 1620 году экономическая ситуация в стране значительно улучшилась, и король получил возможность пригласить голландских мастеров, которые в те времена считались самыми искусными кораблестроителями. Повсюду на верфях закипела работа. К 1625 году было построено 25 новых боевых кораблей, и король приказывает заложить самый большой и красивый корабль, который должен стать грозой морей и устрашать врагов королевства.
В ХVII веке еще не умели делать расчеты и чертежи для постройки кораблей. Все основывалось на опыте кораблестроителей и на кратких таблицах, в которых приводились основные размеры корабля и его главных частей. Эти таблицы передавались от отца к сыну и держались в строгом секрете. Обычно корабельный мастер предварительно строил уменьшенную модель корабля (по какой-то причине это не было сделано в случае с “Васой”).
На “Васе” было 145 человек команды и 300 солдат. Но закрытые помещения существовали только для адмирала и офицеров. Жизнь солдат и матросов проходила тогда на открытых орудийных палубах. Никаких коек, матрасов, одеял не было. Спали в одежде прямо на палубе. Матросы получали в год 6 метров ткани на человека (причем ее стоимость вычиталась из жалованья) и шили сами себе одежду. Обычно это были короткая куртка и штаны до колен.
На корабле “Васа” сохранился весь запас продовольствия, благодаря чему стало известно, как питались моряки в XVII веке. В рацион входили сухие хлебцы, соленая или сушеная рыба либо мясо, гороховая, фасолевая либо чечевичная похлебка, мука, сало, масло. Поскольку основными методами консервирования в те времена были соление и копчение, острая пища вызывала сильную жажду. Но воду не брали — вода протухала. Брали пиво.
Команда получала горячую пищу раз в сутки. Ее раздавали в глиняных мисках на несколько человек. На столе адмирала стояла оловянная, фаянсовая и стеклянная посуда, команда обходилась деревянными тарелками и ложками, которые быстро пропитывались жиром и приобретали неприятный запах. Да и пища часто была испорченной: хлеб плесневел, масло прогоркало, в мясе и рыбе заводились черви…
За время плавания выбывала почти треть экипажа. Но не от боевых ран, а от болезней — обычных спутников моряков всех флотов. Но, к чести адмирала, на “Васе” обнаружили большой запас лимонов. Видимо, опытным путем уже тогда установили, что они помогают при цинге.
“Васа” был заложен на верфи, располагавшейся на острове Бласиехольмен (сейчас этот остров находится в самом центре Стокгольма). Руководил работами опытный голландский кораблестроитель Хенрик Хюбертссон, к этому времени построивший уже несколько кораблей для Швеции. “ Постоянных” работников на верфи было 300 человек. Да плюс еще масса приглашаемых “специалистов”: корабельные плотники, пильщики, кузнецы, канатчики, парусные мастера, стеклодувы, бондари, лафетчики, резчики по дереву, специалисты по раскраске фигур…
Точной даты закладки “Васы” не сохранилось. Но известно, что это произошло весной 1626 года. А в августе 1628 года он уже отправился в свое трагическое плавание. Перед отплытием адмирал по правилам того времени провел испытания корабля на остойчивость. 30 матросов перебегали от одного борта до другого и обратно. Но после третьей перебежки адмирал прекратил испытание — корабль так раскачался, что мог перевернуться уже прямо у причала. Единственное, что он произнес: “Если бы только Его величество был дома!” (Король в это время находился в Европе.) “Мы выйдем в море, если Бог и ветер того захотят”, — писал адмирал. И это не преувеличение. Корабли были маломаневренными и неповоротливыми, менять паруса в узких проходах между островами на выходе из гавани Стокгольма почти невозможно. Поэтому корабли часто стояли на якоре, ожидая попутного ветра. Короткий путь от Стокгольма до открытого моря (буквально несколько километров) мог занять месяц, а то и полтора. В то время как при попутном ветре на это уходит всего неделя!
Поскольку выход в открытое море такого огромного корабля, как “Васа”, мог занять два-три месяца, то солдаты должны были идти по берегу пешком и сесть на корабль уже на выходе. А команде на это время разрешили взять с собой на корабль жен и детей, которых, естественно, никто не считал.
Корабль стоял у королевского дворца, где загружался вооружением и провиантом. В воскресенье 10 августа погода была солнечной, теплой, иногда лишь налетали легкие порывы ветра. На берегу и на окрестных скалах столпились жители Стокгольма. Присутствовали даже иностранные послы. Еще бы! Такое событие — отплытие сверкавшего всеми красками и золотом могучего фрегата. Два грозных позолоченных льва, изогнувшихся в прыжке на носу корабля, бросали свирепые взгляды. Не менее устрашающие львиные морды были на каждом орудийном люке. Деревянные воины стояли единым строем, готовые отразить нападение врага. Пушки выглядывали изо всех орудийных портов (люков).
Первые 600 метров “Васа” прошел с помощью якоря. На шлюпке отвозили якорь, бросали его, корабль подтягивался, якорь вытаскивали, отвозили дальше, опять бросали… Затем были подняты четыре паруса из десяти (шесть так и остались лежать в трюме, они-то сохранились до наших дней — это самые старые паруса в мире).
Медленно и величественно двигался огромный корабль. Но плыл он как-то неуверенно, а когда после очередного залпа пушек дым рассеялся, на глазах изумленных зрителей “Васа” пошел ко дну…
Члены экипажа, женщины, дети пытались спастись вплавь, часть уцепилась за верхушки мачт, которые остались торчать на месте гибели корабля (он затонул на глубине немногим более 30 метров, а высота мачт, напомним, была 52 метра). Людей сняли сопровождавшие фрегат корабли и лодки. Число погибших точно неизвестно, но предположительно от 30 до 50 человек.
Корабль прошел около 1300 метров и пробыл в самостоятельном плавании не более получаса. Вот как описал Государственный совет происшедшее в письме королю: “ Когда корабль вышел в открытую бухту у Тегельвикена, паруса наполнились более сильным ветром и вскоре корабль начал крениться на подветренную сторону, но выпрямился немного и дошел до Бекхольмена, где повалился на борт, вода хлынула через пушечные порты, и он медленно пошел на дно с поднятыми парусами, флагами и всем прочим”.
Адмирал, который в это время проверял крепление пушек, писал: “Пока я поднимался с нижней палубы, вода поднялась настолько высоко, что трап оторвался, и только с большими трудностями я выбрался оттуда”.
Назначенный для определения виновных королевский суд начал заседать в королевском дворце уже на следующий день после катастрофы. Вопросы в первую очередь адресовались уроженцу Дании капитану Сефрингу Ханссону:
— Команда была пьяна?
Капитан под присягой утверждает: корабль отплыл в воскресенье, многие были на причастии и “перед Всевышним клянусь, что никто на борту не был пьян”.
— Пушки были плохо закреплены?
— Вы можете разрубить меня на тысячи кусков, если пушки не были закреплены, — отвечает Ханссон. Да и адмирал подтвердил это.
— Взяли мало балласта?
— Весь балласт был на борту, больше взять нельзя было — не было места.
Надо сказать, что, к чести королевского суда Швеции, никто не был признан виновным.
Когда спустя три столетия корабль подняли на поверхность, все пушечные лафеты стояли на своих местах — так что обвинение в том, что пушки были плохо закреплены, снято справедливо. Да и балласта больше взять было нельзя — не было места.
И все-таки: кто же виноват? Представляется, что виновников, точнее, тех, кто допустил ошибки, приведшие к гибели корабля, было несколько.
И прежде всего сам король Густав II Адольф. Он слишком спешил с постройкой, а кроме того, самолично утвердил размеры судна (которое задумывалось как однопалубное). Но король хотел получить корабль с максимальным числом пушек, для чего пришлось уже в ходе строительства добавить еще одну орудийную палубу. И “Васа” был единственным кораблем с двумя рядами орудийных портов.
Виновным можно считать также адмирала Флеминга. Ему уже на берегу стало понятно, насколько неустойчив корабль. Но он не решился своей властью остановить выход корабля, которого король с нетерпением ожидал в Европе.
Вина лежит и на кораблестроителях. Дело в том, что во время постройки умер Хенрик Хюбертссон и заканчивал ее другой мастер, Хейн Якобссон, — в соответствии с теми размерами, которые утвердил король.
И наконец, согласно современной теории, первое плавание должно было проходить с закрытыми орудийными люками.
Но никто, естественно, не решился сказать, что виноват “Его величество”. Как заметил арендатор верфи Арент де Грот, “только Господь Бог знает, кто виноват”. Но ни Бог, ни король неподсудны, а “козлов отпущения” судьи не стали искать, и дело было закрыто.
Сразу после катастрофы пытались поднять корабль или хотя бы дорогостоящие бронзовые пушки, однако все попытки окончились неудачей. Но когда к концу ХVII века был изобретен водолазный колокол, удалось извлечь около 50 пушек. Это была титаническая работа! Через орудийные люки в темноте и холоде при помощи различных крюков и инструментов на длинных рукоятках на ощупь снимали тяжелые пушки с лафетов, вытаскивали их через люки и поднимали на поверхность. Запаса воздуха хватало максимум на час. (В ХХ столетии у водолаза в скафандре, оснащенного современным оборудованием, на подобную работу уходит целый день!)
А затем о “Васе” забыли почти на три века…
Прошло более 300 лет, и корабль решили поднять. Точных сведений, где он затонул, не было (архивные документы указывали несколько разных мест). 38-летний инженер Андерс Франсен, энтузиаст и эксперт по затонувшим старинным кораблям, сконструировал специальный пробоотборник и в 1953 году начал поиски. И вот 25 августа 1956 года в пробоотборнике застрял кусочек почерневшего дерева. Спустились водолазы, нащупали борт корабля с двумя рядами орудийных люков — стало ясно, что это корабль “Васа”.
Решили попробовать его поднять. Но как? Предложений было много. Например, вморозить корабль в глыбу льда, а когда она всплывет, отбуксировать на мелководье. Лед растает, корабль останется! Или заполнить его шариками от пинг-понга, которые и поднимут корабль.
Но возобладала наиболее реальная идея: промыть шесть каналов под корпусом, пропустить через них тросы и на понтонах поднять “Васу”. Водолазы, выполнявшие эту сложнейшую работу в полной темноте на глубине 30 метров, под корпусом трехсотлетнего корабля, ежедневно рисковали жизнью. Туннели были столь узкими, что люди в них с трудом протискивались, воздушные шланги могли запутаться (и порой запутывались!) в балках, досках и прочем мусоре на дне. А кроме того, в любой момент мог обрушиться многотонный корпус с балластом-камнями в днище. Но, к счастью, все обошлось, и в августе 1959 года корабль был готов к подъему.
Сначала оторвали корпус от дна и отбуксировали на глубину 15 метров. Затем в течение двух лет водолазы затыкали тысячи отверстий от исчезнувших болтов, укрепляли корму и закрывали все пушечные люки. И, наконец, 24 апреля 1961 года наступил долгожданный момент — медленно и торжественно показались из-под воды контуры легендарного корабля.
В мире не было столь старого и в то же время столь хорошо сохранившегося судна. (До этого пальма первенства принадлежала английскому кораблю “Виктория” адмирала Нельсона, но он на 137 лет моложе “Васы”). В день подъема корабля практически вся Швеция замерла. Люди отпрашивались с работы, школьники прогуливали уроки — все прильнули к экранам телевизоров или напряженно слушали радио. Журналисты со всего мира описывали это грандиозное событие.
Честь первому ступить на корабль была предоставлена его “открывателю”, инженеру Франсену.
Почему “Васа” так хорошо сохранился? В холодном Балтийском море, в его слабосоленой воде не водится ракушка-древоточец, которая довольно быстро съедает дерево в теплых южных морях. А тут проржавели все болты (их было несколько тысяч), отпали все резные украшения, и со дна моря подняли около 14 тысяч различных деталей. Часто рабочим инструментом реставраторов был обычный металлический прут: прикладывали деталь к борту и пропускали прут через отверстия. Если отверстия совпадали — значит, место для детали найдено. И только те части и детали, которые не были обнаружены, изготовили из более светлого дерева.
Реставраторам удалось решить сложнейшую проблему консервации дерева. Обычно, когда дерево вынимают из воды, жидкость испаряется, а дерево сжимается, трескается и разрушается. В мире не было опыта консервации столь большого объекта. Поэтому решили построить специальный крытый док, куда на понтоне-основе отбуксировали корабль, и в течение 17 лет днем и ночью орошали корпус составом, замещающим воду. На каждый килограмм дерева приходилось полтора литра воды. Надо было удалить из корпуса 580 тонн воды! Сначала работу выполняли вручную, затем установили полностью автоматизированную систему с 500 мундштуками снаружи и внутри корпуса.
Временным выставочным “залом” для корабля “Васа” стал док. Одним из первых посетил его король Швеции Карл XVI Густав, увлекавшийся археологией и оказавший большую поддержку работам по подъему судна. Реставраторы очистили от ила и грязи корпус корабля и все предметы. Кожаные изделия консервировали, ткани и посуду очищали и сушили.
Посетителей временного музея в то время встречал довольно плотный туман от разбрызгиваемой жидкости. В результате был едва виден черный мокрый корпус, с которого постоянно капало. И тем не менее за 27 лет существования этого тесного временного музея посмотреть на “Васу” пришло более 11 миллионов человек.
Сложная работа предстояла с парусами. Они от времени так слежались в трюме, что могли разрушиться от малейшего прикосновения. Их осторожно перенесли на стекловолоконную основу и пропитали консервирующим составом.
Когда, наконец, закончили консервацию корабля, нашли место всем фигурам и деталям, “Васа”, как говорят моряки, “на своем киле” отправился в последнее плавание, к месту “вечной” стоянки — в док, расположенный на территории старой военной верфи. Причем здание музея возводили вокруг главного “экспоната”. Теперь с семи палуб-этажей музея корабль виден прекрасно во всех деталях. В витринах — подлинные вещи ХVII века: обувь, одежда, посуда, бочки для хранения провианта (они подвешивались к потолку для защиты от крыс), котел, в котором должны были готовить еду почти на 500 человек, медицинские принадлежности лекаря-брадобрея, игра, напоминающая современные нарды, первые курительные трубки. Команда была очень бедной: единственная золотая вещь, обнаруженная на корабле, — кольцо да еще несколько монет в кармане одного из погибших.
В течение 11 лет (!) все деревянные части орошали консервационной жидкостью на основе полиэтиленгликоля. Корпус корабля укрепили стальным каркасом, заменили изъеденные коррозией болты. Отремонтировали нос корабля, корму достроили до первоначальной высоты 20 метров. Всего в ходе реставрационных работ было воссоединено около 14 тысяч фрагментов корабля. Корпус королевского корабля богато украшен, львиными головами декорированы крышки орудийных портов. Всего на судне находилось около 700 скульптур, на форштевне стояла массивная фигура льва. И вот началась новая жизнь неудачливого парусника в статусе музей корабля «Васа».
Ныне парусник »Васа» единственный уникальный музей одного корабля. В центре большого музейного комплекса находится павильон, где стоит сам корабль. В разных павильонах выставлены модель кормы в натуральную величину, материалы о строительстве и подъеме «Васа», о жизни моряков 17 века. Отдельно выставлены поднятые пушки с «Васа» и старинное водолазное снаряжение, с помощью которого ещё в 17 веке удалось поднять 53 орудия.
Это место наиболее популярно среди посетителей Стокгольма как туристов так и и самих жителей Королевства Швеция, музей неизменно вызывает живой интерес. Во-первых, располагается он в самом центре шведской столицы, а, во-вторых, этот музей – уникальное место в мире. Не мудрено, ведь находится на таком корабле-музее – это все равно что попасть в далекое прошлое на машине времени. Здесь восстановлено и сохранено все оборудование, включая не только пушки, но и художественные скульптуры.
Кроме демонстрации парусника, представлены и тематические выставки на тему мореходства и кораблестроения. Демонстрируются различные вещи, которые когда-либо были подняты со дна моря. Также работает аудио-гид, в том числе представлена запись и на русском языке. А на специальном экране можно попробовать спроектировать собственный корабль и понаблюдать, пойдет он ко дну или нет. Ведь Васа затонул именно из-за неправильно внесенных королевских корректировок в проект. Этот интерактивный аттракцион очень нравится детям и мужчинам.
Корабль Васа был самым дорогим проектом королевского дома. Поэтому большой интерес представляют из себя и скульптуры, которыми был украшен парусник. В свое время они были даже позолочены, но сейчас остались лишь следы этого. Греческие боги, статуи римских императоров, странные морские существа и львы – все эти прелестные произведения искусства заняли первоначальное место, благодаря стараниям реставраторов.
Еще один уникальный экспонат музея – паруса. Они не были установлены на корабле во время крушения, и до усилий музейных работников были весьма непрочные. Сейчас они являются самыми старейшими сохранившимися парусами в мире! В дополнение к как будто настоящему антуражу парусника представлены и сохранившиеся личные вещи команды затонувшего корабля. Посещение музея Васа входит во все экскурсионные программы любого лицензированного гида в городе Стокгольм, ведь это реальное путешествие в прошлые века.