вика чехова убийцы crystal биография
Жёсткий угарный электропанк. Интервью с Викой Чеховой из группы «Убийцы Crystal»
Проект «Убийцы Crystal» делает довольно жёсткую и холодную музыку, при этом вытворяя на концертах совершенно бешеный драйв. Это экспериментальная электроника, витч-хаус, панк-эстетика, иронично-провокационные тексты о России, мрачных подъездах, сексе и Кришне. Группа собирает большие клубы и становится всё более популярной. На их концертах всегда трэш и угар: здесь знают, как раскачать публику.
18 августа группа дала концерт в петербургском Holy Water Bar, а перед этим лидер проекта Вика Чехова дала нам интервью и рассказала, с чего всё началось.
Вика, что ждёшь от Петербурга и концерта здесь?
— В Питере всегда очень много народу, всегда энергично всё проходит, по-сумасшедшему, и это не всегда нравится, очень тяжело. Но здесь, конечно, прикольно потусить.
Что ты получаешь от концертов? Больше заряд какой-то или наоборот тратишь энергию?
— Трачу энергию. Никакого заряда, наоборот.
А что тебе даёт заряд?
— Наверное, тишина, уединение — больше, чем разговоры, концерты или музыка.
Как началась твоя история с музыкой?
— Совершенно случайно! В Томске ребята создали группу, Гена с Лёшей, они искали девочку, а я просто вместе с ними тусила. Так получилось, что мы попробовали записаться, им понравилось. На самом деле, никогда не планировала таким заниматься. Просто вышло само собой.
А ты помнишь свою первую песню, которую написала?
А о чём она была?
— Мы написали такой дизреспект местной продюсерше Илоне Дрозд, которая на местном телевидении сидела с важным видом, загибала пальцы, сколько она миллионов и миллиардов получает за продюсирование томских групп, перечисляя названия. Мы решили так немного постебаться над ней, записали этот трек. Выложили в сеть. Из-за того, что она послушала, она его распространила, конечно. Никто не знал, кто это записал. И, таким образом, группа «Убийцы» стала популярна в Томске как локальная стёб-группа, без лиц, никто не знал, кто это делает. Начали мы выступать где-то в 2015-м, а в 2013-м только вот этот трек был один.
Расскажи немного про переезд в Москву.
— Очень всё просто: у меня появился молодой человек в Москве, и он решил меня перевезти из Томска в Москву.
Два года и сейчас. Есть какая-то разница в Вике Чеховой 2017 года и Вике Чеховой 2013 года?
— Очень большая, очень. Максимально.
В чём?
— Вообще какая-то дура была. А сейчас уже, безусловно, думаю немного. Намного лучше чувствую себя душевно, стабильно, полноценно.
Как появилось название группы?
— А решили просто назваться очень по-тупому. Типа есть такие группы, как The Двери или Jah Division. Решили просто перевести какую-нибудь дурацкую группу на русский язык. И решили, что это будет The Killers.
А Crystal как появилось?
— Чисто случайно. Тоже я подумала, что такое же максимально непонятное название, что еще будет английское слово и русское слово. Как там The Двери какие-нибудь. А Crystal…Просто так захотелось, мне показалось, что это приятно звучит, понравилось.
Ты представляешь свою аудиторию слушателей?
— Вообще, разная аудитория, потому что уклон у группы больше комический, как считается. Нет определённого жанра. Нравится и тем, кто слушает попсу и тем, кто рок слушает, рэп и так далее. Это не определяется.
А есть ли разница между слушателями Москвы и Петербурга, например?
— Москва и Питер — сейчас вообще маленькая разница. Да, в основном, в последнее время одинаковые такие ребята. Больше как под «Скотобойню», московскую вечеринку, ребята приходят в спортивных костюмах или больше на спорте. А раньше больше таких было ребят: с чёрными майками, с длинными волосами, в кожанках.
Что-нибудь вытворяли на концертах?
— В Новосибирске пришли скинхеды. У нас такая образовалась группа… Ну, я не знаю, они не скинхеды, конечно, но что-то типа этого. Группа вот этих любителей группы «Убийцы». И они разнесли всё помещение в хлам. После нас выступала группа «Барто», и там просто уже всё… Они даже пол подняли!
Кто-нибудь получил за это?
— Я получила за это! В меня кинули человека на сцену. В Саратове пришли хардкорщики, очень много хардкорщиков, которые выдернули все провода с корнем прямо тоже в самом начале. Мне пришлось под плюс выступать.
Следишь ли за музыкальными новинками? Что из последнего послушала?
— Вообще не слежу. Вот Lana Del Rey альбом выпустила. Я послушала. Группа WPCWE выпустила альбом. Я послушала. Ну, One One выпустила альбом. Я послушала. А так вот реально, вообще, пофигу, что там выпускается. Ольга Бузова прикольные треки выпустила. Несколько. Мы слушаем, кайфуем.
Любишь придерживаться чёткого плана?
— Всё идёт своим чередом. Я вообще стараюсь планов не строить никаких, потому что они всё равно не сбываются. А если сбываются — плохо, что сбываются.
А были периоды, когда тебе хотелось музыку оставить?
— Постоянно, но я пока не нашла, чем бы я хотела заниматься еще. Я получаю от этого жизненное удовлетворение. Пока ничего другое не приносит мне такого удовлетворения.
В детстве кем хотела стать?
— Я думала, что я буду учителем русского языка и литературы.
А ты где-то училась же?
— Да, я училась в Томском государственном университете на филолога.
Как у тебя складываются отношения с верой? Частое упоминание Кришны в текстах песен связано с какими-то реальными практиками?
— Я не занимаюсь никакими медитативными [практиками — ред.] и не хожу в здания, посвящённые Кришне. Просто иногда слушаю лекции каких-нибудь знающих людей, иногда переслушиваю Бхагавад-гиту или Шримад Бхагаватам. И всё.
Какие сейчас из твоих же песен тебе наиболее близки? И почему?
— Ну, это песня «Герой», потому что она понятно для кого, «Кришнамания», потому что это про Кришну, очень всё прикольно и вот про «купола блаблабла», у которой еще нет названия по той причине, что она какая-то такая немного странная для меня. Не знаю, мне она приятная, хотя публике не очень.
Нравится, чтобы вокруг тебя бегали или сама всё решаешь?
— Мне нравится, чтобы вокруг меня это сделали, а так показалось, что я сама решила. Это честно! Не люблю ничего решать, но очень хочется, чтобы я сама типа сделала этот выбор.
Что для тебя любовь?
— Бескорыстное служение человеку или богу, или городу, или своей профессии.
Пожелай что-нибудь напоследок своим слушателям.
— Мне хочется, чтобы все были счастливы. Было бы очень прикольно, если бы человек приходил на мой концерт или какой-нибудь другой концерт, и становился счастливым, или хотя бы у него было приподнятое настроение. И чтобы ему было очень хорошо хотя бы несколько дней после этого. Мне бы было очень приятно.
А для наших читателей мы приготовили ещё и видеоверсию интервью с фрагментами концерта:
Беседовала Людмила Шустваль
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.
Вика чехова убийцы crystal биография
Ты для них в балете пляшешь, а они не платят
пропадаешь пропадом, а они не хлопают
покажи свою изнанку или ты не с нами
пусть качается, как маятник,
жизнь твоя из будущего в прошлое
Sheridan – Ты для них (альбом «Темперированный кавардак», 2016)
Всполохи и кульбиты русскоязычного музыкального пространства было несложно предсказать. Еще в прошлом году было понятно — дальше грядет что-то, к гадалке не ходи. 2015 нас приучил: течений может быть много, они смешиваются и мерцают не столько на сцене, сколько в каждом плейлисте. Нет смысла называться меломаном — все меломаны.
Именно из-за предсказуемого наплыва релизов мы за первые полгода подробно разобрали первую волну музыкальных изданий — в статье «Что, чёрт возьми, происходит с русской музыкой?». Нужно было собраться с духом, чтобы раз еще сказать о главном. «Пляж» макулатуры нужно услышать, даже если вы доныне «унылого репа» не слушали. Томская панк-группа «Вхоре» — лучшее, что случалось с девчачьими группами со времен инквизиции. Малоизвестные «Тальник», Pinballsound и «Сова» достойны глыбы внимания, а не катить тихонько сизифов камень в гору. «Аффинаж» — точка нашей самоидентификации и самопонимания. Sirotkin — источник тепла, а Mujuice всё еще хорош. И так далее. Страшно набрать горсть этих глубинных штук, что они создали, и вдруг — невзначай, случайно — забыть про кого-то. Потому что их много, к счастью, в разы больше, чем слушатель мог унести раньше.
Оглянуться стоило, потому что 2016 — внутренне ретроспективный год, в котором пост-панк может быть советским, хип-хоп — из околостыдных 90-х, даже поп-музыка не боится дойти до состояния откровенной попсы. Год начался с «вальтера» макулатуры, первого трека, записанного с Феликсом Бондаревым. Год кончился «Сауной» Убийц Crystal. Из огня да в полымя в обратном порядке. От невыносимо личной трагедии, которую больше нельзя прятать, до триповой гонки и прихода.
Были карикатурные релизы, но общее развитие музыкального две тысячи шестнадцатого нельзя назвать шутовским. Горести были живыми, настоящими, ощущаемыми. И угар был таким, будто выходишь ночью из бара и чувствуешь — из тебя испаряется дух, уши еще заложены, и это твои подушки безопасности. 2016 гудел. Те, кто делал эти музыкальные работы, кто их слушал, кто их анонсировал, о них писал, их хвалил и ругал, вместе образовали это гудение. Всё обратилось в гул.
Фото: Сообщество padla bear outfit
«Когда все бары открыты»
У лейбла Saint-Brooklynsburg Record Club летом состоялись два заметных релиза — «teenage movie soundtrack» от angelic milk и «Goth Sloth» от homeboy in luv. Сладковатые, околошугейзные штуки с явным уклоном в twee pop. Если бы их звук можно обратить в предмет, то получились бы молочная карамель или браслеты из конфет.
Из той же музыкальной шкатулки звучание московской группы Palma Plaza. Англоязычные треки этого проекта не уступают британским инди-командам, напоминают The Slow Readers Club и по задору вполне дотягивают до наших крепких проектов вроде HUT. Если нужен саундтрек к лету и привязка к приятным воспоминаниям — есть Palma Plaza.
Группа «Убийцы»: Нам нужно было тупое название — мы создавали группу для одной песни
Томская электроклэш-группа «Убийцы», состоящая всего (как водится) из двух участников, не очень широко известна в Петербурге. Не так давно ребята выступили на модном андеграундном музыкальном фестивале «Ионосфера» (чтобы было понятнее, это продолжение фестиваля под названием «Шум и шлюхи») и менее известном «Прустфесте». Вскоре, а точнее 11 октября, группа выступит в клубе «Fish Fabrique Nouvelle». «Диалог» поговорил с «Убийцами» Алексеем Первяковым и Викторией Чеховой, а также с их PR-менеджером Дмитрием Шатовым об истории группы, их родном Томске, сибирской музыке и последнем грустном альбоме.
Как вы решили создать группу «Убийцы»?
Виктория Чехова: В 2010 году получилось так, что мы с Лешей встретились. У нас в Томске шоу-бизнес очень хорошо развивается. В городе есть свои продюсеры, тусовки, клубы и так далее. Вот у нас есть продюсер Илона Дрозд. Она достаточно известна в городе, по местному телевизору вещает. Как-то она нас взбесила разок со своими комментариями про то, что она знает, как делать музыку, лучше, чем мы.
Алексей Первяков: Она это говорила не конкретно нам, а вообще. Нас она тогда не знала.
Виктория: Она сказала, что лучше всех знает, что и как делать. Тогда мы решили на нее написать, как рэперы говорят, дисс (рэп-трек, написанный для того, чтобы выразить кому-то неуважение (disrespect) – ИА «Диалог»). Записали дисс. Никто не знал, кто эту песню написал. Леша тогда, наверное, был известен томской публике, у него уже был проект, — а я нет. Песня стала очень популярной, потому что Илона популярна. Она нам респектовала жутко, говорила: «Ребята, давайте записывайте сет, я вам устрою концерт», но так ничего и не устроила.
Алексей: И «проотвечалась».
Виктория: «Проотвечалась» конкретно.
Получается, ту песню вы записали в 2010 году. С этого времени группа «Убийцы» и существует?
Виктория: Нет, мы существуем меньше года. Просто эта песня существует три года.
Алексей: После нее не было ставки на то, чтобы дальше продолжать творчество.
Виктория: Мы что-то попытались сделать, но нам это совершенно не понравилось, потом Леша уехал на год. Потом мы ссорились, мирились, и в конце концов все-таки решили писать песни.
Алексей: Это было меньше года назад, в конце октября. Можно это время считать началом всего, что с нами происходит.
Виктория: Да, тогда у нас был первый концерт в томском на тот момент культовом клубе «Матрас».
Алексей: Вот с этого все и пошло, и как-то все так закрутилось внезапно, что мы уже второй раз в Питере.
Как вы придумывали название? Почему «Убийцы»?
Виктория: Нам нужно было тупое название. Мы же создавали группу для одной песни. Мы решили просто перевести название «Killers». Есть же всякие «Fink Ployd», «Двери» и так далее. Мы решили, что так же по-тупому сделаем и станем «Убийцами».
А для чего вы создали группу?
Алексей: Я создал «Убийц», чтобы мне было, что слушать.
Виктория: А мне не нравится себя слушать.
Почему не нравится?
Виктория: На самом деле мне просто надоело. Я жалею знаменитых людей, которые одну и ту же песню исполняют по три раза в день на фестивалях, концертах. Одну и ту же песню! Я вот песню одну исполняла, например, 15 раз. А они сто раз, триста, четыреста, может даже пятьсот! Если эти песни еще и слушать, то это совсем с ума сойти можно!
Алексей: «Убийцам» я сейчас посвящаю все свое «музыкальное» время, да и «немузыкальное» тоже. Поэтому мне пока тоже не нравится слушать. А свои старые проекты я люблю переслушивать.
Просто для удовольствия или покопаться, разобраться?
Алексей: Да ну, чего копаться? Я потому музыкой и занимаюсь, чтобы было что послушать.
Потому что иначе слушать нечего?
Алексей: Нет, есть, но что-то надоедает, а я – хоп! — и запишу что-нибудь новенькое. Вот можно и послушать.
Есть ли у вас постоянные поклонники?
Виктория: Нас в Томске с недавнего времени, очень полюбили пятнадцатилетние. Причем именно пятнадцати-. Они хотят танцевать, им уже все можно. Они хотят пить, курить, нюхать фен, ездить с нами в автобусе, кричать вслед на улице «У-бий-цы», петь наши песни. Это очень мило, конечно, но они все равно какие-то странные.
Алексей: Но в основном наша публика – это те, кому уже за 20.
Виктория: Да, еще нам часто «респектуют» мужики, которым около 40. Но вообще средний возраст – 22-25 лет. То есть это люди с работой, у которых уже алкоголизм, может быть, они уже разведены, кошка одна умерла.
Вам нравятся ваши поклонники? Исключая пятнадцатилетних…
Алексей: Нам и пятнадцатилетние нравятся. Я их называю «мои тигры».
Виктория: Пятнадцатилетние такие модные. Те, которым за 20, они уже не модные. Они… рокеры.
Алексей: Рокеры в душе.
Скоро у вас выходит альбом. Вы его уже записали?
Алексей: Сначала мы записали альбом, который состоял из переписанных старых версий песен, которые у нас есть «вконтаче». Потом мы решили записать и старые, и новые песни. Потом мы передумали. Сейчас записываем новые песни еще раз.
Когда выйдет этот диск?
Алексей: Когда мы допишем все песни. Просто в процессе записи у нас появились новые.
Виктория: …и весь концепт альбома рухнул! Пришлось придумывать новый альбом.
Алексей: Вот такие мы молодчики.
А какой был концепт и какой стал?
Алексей: Осмысленного концепта нет.
Виктория: Если прослеживать наше творчество, то сейчас мы стали намного грустнее. Это будет очень грустный альбом. У нас был EP «Лударь». Там были очень заводные треки. Следующие песни, которые выходили только «ВКонтакте», были по большей части веселые. Дальше мы загрустили. Придется делать новый, грустный альбом. Он будет такой же танцевальный, там можно и угореть, но по большей части – очень грустно. Можно даже заплакать. Я вот плачу.
Почему загрустили?
Алексей: Я бы не сказал, что альбом грустный. Может быть, более серьезный. Так-то мы не загрустили.
Виктория: Мы взрослеем, становимся старше.
Алексей: За год уже тысячу раз повзрослели, да?
Виктория: Ну да. Ничего веселого в жизни не происходит.
Алексей: Жизнь-то бьет, и песни становятся грустнее.
В чем проявляется «грустность» нового альбома?
Виктория: Более спокойные текста, темы.
Дмитрий Шатов: Просто у вас меняется отношение к вечным темам. Вы начинаете более глубоко взаимодействовать с окружающими вас явлениями, обращать на них внимание, и поэтому заставляете людей о чем-то задуматься. То есть в начале вашего творчества они могли просто бодриться под припев «Давай, Россия, давай-давай», а сейчас уже не так. То есть в новых песнях тоже все просто, можно танцевать, но тем не менее слушатель погружается в какие-то жизненные темы. Ребята о жизни поют, это прямо чувствуется. О той, настоящей жизни. То есть теперь это переживание на вечные темы.
Темы вечные, а взгляд — новый?
Дмитрий: У них просто свой взгляд. В этом взгляде дух Сибири, дух времени, дух вообще всего происходящего. Это же все накладывает отпечаток. Я считаю, что «Убийцы» – это очень современная, молодежная группа. Их песни отражают проблемы современных людей. Это вопросы какого-то внутреннего характера. Они не экзистенциальные, но и не бытовые. Прямо о жизни ребята поют, молодцы они.
А когда выйдет пластинка?
Алексей: Мы хотим выпустить ее к концерту в «Fish Fabrique». Пока на это время ориентируемся.
Вы считаете себя именно сибирской группой?
Алексей: Конечно, в первую очередь.
То есть не интернациональной, не международной?
Алексей: Нет, конечно, мы типичная сибирская группа.
Виктория: Томская даже.
Дмитрий: Сибирские группы часто появляются по нескольку штук. Например, в свое время вокруг «Гражданской обороны» была куча групп и проектов. Это именно сибирская фишка.
Алексей: Вика сказала, что мы именно томская группа, потому что в остальных городах Сибири нет такого «движняка». А в Томске нам очень нравится!
Какого «движняка»?
Алексей: Нет интересных мероприятий, где можно было бы выступить. Сейчас в Новосибирске будет фестиваль «Пустота». По-моему, до этого там ничего такого не было.
Виктория: А может и было… Но даже на этом фестивале из десяти представленных групп, три – из Томска.
Алексей: Когда в Новосибирске мы договаривались с организатором о концерте, мы спросили, кого бы с нами можно было поставить в один концерт. Он так никого и не поставил.
Виктория: В Томске тоже не можем найти, кого поставить с нами перед концертом. Вот только в Кемерово есть хорошие ребята. Они молодцы, мне понравилось. Это в первый раз был такой крутой разогрев. Я думаю, в Москве тоже будет хорошо. В Москве перед нами выступает группа «Прыгай киска». Они, конечно, отличаются от нас по стилю, но все равно атмосфера та же.
Алексей: Вике они нравятся, а мне нет.
Виктория: Они как Тимати, только андеграунд.
Почему вам так сложно найти группу для совместного концерта?
Виктория: Потому что в таком стиле, как у нас, просто нет групп. Это очень странно.
Алексей: Но это в сибирских города, а в Питере более или менее.
Виктория: Ну и кто?
«Лемондэй»?
Алексей: «Лемондэй» – нет. Электро-панк группа «Конфекты», я думаю, подходит нам. Они будут играть с нами 11 октября. Они веселые ребята, как и мы. Поют песни про сварщиц.
Чем вы занимаетесь помимо музыки?
Алексей: Сейчас ничем.
То есть зарабатываете музыкой?
Алексей: Нет. Нам помогают некоторые ребята. Спасибо всем, кто нам помог.
Можно ли вообще заработать такой музыкой, как ваша?
Алексей: Можно конечно, вот мы и стараемся. Просто по идее надо, конечно, поработать, чтобы деньги были, но нам не охота. Не то что мы какие-то дармоеды, просто это будет нечестно по отношению к работодателю.
Виктория: Просто мы хотим спать побольше.
Алексей: Такая грустная судьба.
А при каких условиях такая музыка может приносить доход?
Алексей: На самом деле она и сейчас начинает приносить помаленьку, но этого хватает на определенный период жизни после концерта. Потом не хватает.
Виктория: На какой период? На 15 минут?
Дмитрий: У любой группы со временем растет уровень и охват ее слушателей. К тому же сейчас, когда так много разных групп и очень просто послушать разную музыку, только на этом и можно выжить. Только те группы, которые как-то обращают на себя внимание, как-то себя позиционируют, как-то интересуют своего слушателя, потом получают деньги.
Вы хотите всю свою жизнь посвятить «Убийцам»?
Алексей: Не обязательно «Убийцам». Хоть чему-нибудь.
Виктория: На данном этапе мы хотим зарабатывать с помощью «Убийц». Все честно и просто. Врать не будем.
Алексей: Это не значит, что мы подстраиваемся. Люди готовы платить деньги за концерты, за качественную музыку, за угар. Мы, честно говоря, сами не понимаем, почему это все с нами происходит. Мы не придумываем, как бы нам сделать, чтобы все офигели. Все просто само катится по наклонной вниз, в ад.
Беседовала Маша Всё-Таки / ИА «Диалог»