во главе государства спарта стояли царя
Цари древней Спарты и их власть
Спартанские правители имели двойственный статус в государстве. Они были священными фигурами, но на полноту их власти неизменно покушались.
Сограждане позволяли себе противостоять мнению правителей и даже привлекать проштрафившихся басилеев к суду.
Почему в древней Спарте правили два царя?
Истоки спартанской диархии уходят в глубокую древность — можно уверенно сказать, что в VIII веке до н. э. в полисе уже было две династии. Спартанская диархия не уникальна — подобные примеры были в малоазийском полисе Скепсисе; также Гомер упоминает общины, управляемые несколькими басилеями. Такая система могла сложиться, если несколько общин со своими вождями объединялись в один полис.
Спартанцы хранили предание, что у дорийского царя Аристодема (пра-пра-правнука Геракла) родились два близнеца — Еврисфен и Прокл. Вскоре после этого царь погиб в бою, и его подданные спросили у Дельфийского оракула, кого выбрать царем. Ответ был — обоих. Сыновья близнецов Агис и Еврипонт дали имена династиям.
Современные ученые выдвинули несколько теорий появления диархии. Согласно одной из них, двоевластие возникло как компромисс завоевателей-дорийцев с автохтонами-ахейцами. Доказательством этого считают описанный Геродотом эпизод с басилеем из правящего рода Агиадов Клеоменом I, который назвал себя ахейцем, а не дорийцем.
Согласно другой теории, диархия появилась как результат объединения в один полис двух дорийских общин в эпоху заселения Лакедемона. В подтверждение этого можно привести тот факт, что цари жили в разных обах (деревнях) Спарты. По еще одной гипотезе, вторая династия возникла позже как компромисс династии Агиадов с недовольной аристократией.
Власть и функции царей
Агиады и Еврипонтиды были сакральными фигурами в спартанском государстве, но и их «светская» власть была ограничена. История диархии в VIII-V веках до н. э. — это попытки ограничения власти царствующих родов.
В эпоху Архаики (VIII-VI веках до н. э.) цари обладали неограниченной военной властью. Они по своему усмотрению объявляли созыв войска и выступали в поход на врага. В военном лагере власть правителей была ничем не ограничивалась.
Ссоры между царями из обоих домов плохо сказывались на дисциплине и боевом духе. В 506 году до н. э. конфликт между царями-полководцами Клеоменом и Демаратам привела к неудаче похода на Афины. После этого спартанцы приняли закон, согласно которому только один басилей вел войско в поход, а второй обязан был остаться дома.
В Классическую эпоху военная власть царя ослабевает. Решение о начале войны стало принимать народное собрание Спарты, члены которого также выбирали, кто из царей возглавит войско. Набор солдат проводила коллегия из 5 эфоров, созданная в Спарте в VI веке до н. э. для контроля за деятельностью царей.
В V веке до н. э. эфоры получили новую функцию — представители этой коллегии сопровождали царей в походе как наблюдатели. Они не оспаривали их решения, но позже докладывали о них правительству, которое могло привлечь царя к суду. В 418 году до н. э. спартанцы приняли новый закон. Теперь царя или другого полководца в походе могла контролировать комиссия из уважаемых спартиатов, члены которой ограничивали самостоятельность его решений.
В Темные века и Архаическую эпоху цари, предположительно, были верховными судьями общины. Но в эпоху Классики судебные функции соправителей перешли к появившейся коллегии эфоров и древней герусии. Геродот перечисляет список вопросов, по которым цари принимали судебное решение. В частности, в случае, когда девушка-сирота наследовала целый земельный клер, правитель выбирал ей мужа. Один из царей присутствовал при усыновлении подтверждал своим присутствием законность этого акта.
Правители были связаны с аристократическим советом Спарты — герусией. В эту коллегию входило 30 спартиатов из знатных семей, достигших 60 лет. Геронты имели право созывать народное собрание и отменять его постановление. Цари Спарты были членами герусии, но не имели в ней преимуществ — каждый из них обладал одним голосом.
Единственная, оставшаяся нетронутой, функция царей — жреческая. Агиады и Еврипонтиды были верховными жрецами государственных культов Зевса Урания и Зевса Лакедемония. Ксенофонт передает слова законодателя Ликурга о том, что потомок богов должен совершать жертвоприношения верховному божеству от имени государства.
Раз в 9 лет эфоры гадали по звездному небу. Когда они замечали в определенной точке неба падающую звезду, то видели в этом знак недовольства богов царем. После этого спартанцы просили Дельфийский оракул вынести решение о судьбе царя.
Царь Леонид II был ненадолго смещен с трона в результате этого обряда. На его место уговорили взойти его родственника и зятя Клеомброта II. Через год Леонид вернулся в Спарту, отстранил зятя от власти и отправил его в изгнание.
В статусе верховных жрецов цари совершали жертвоприношения. Перед выступлением в поход басилей приносил жертву Зевсу, на границе — Зевсу и Афине, перед битвой — Артемиде. Царь брал на себя толкование знамений, даже тех, которые считались однозначно неблагоприятными — землетрясения и затмения.
Как верховные жрецы цари отвечали за контакты Спарты с Дельфами. Они сами возглавляли священные посольства в Дельфы, а также хранили в своих резиденциях тексты ответов из храма. Для контактов с храмом в Архаическую эпоху цари учредили коллегию пифиев. Каждый правитель выбирал двух доверенных лиц для общения с дельфийскими жрецами. Кроме царей, только пифии имели право доступа к текстам пророчеств.
Правители жертвовали Дельфам долю в завоеванных богатствах. В обмен жречество поддерживало их в конфликтах с другими членами спартанского полиса или соправителем.
Как обычные спартиаты цари владели земельными клерами в Лаконии. Одновременно им принадлежали участки в городах периэков, называвшиеся теменами (священными наделами). Общины периэков платили в пользу Агиадов и Еврипонтидов «царский налог». Цари получали десятую часть военной добычи и натуральный налог в дополнение к денежному. Например, поросенка от каждого приплода свиньи.
Наследники царских родов освобождались от обязательного спартанского воспитания (агогэ). Но младшие сыновья правителей, похоже, проходили через агогэ наравне со всеми.
Особая привилегия царей — право обедать дома, а не на сисситиях (совместных трапезах спартиатов), и получать двойную порцию. Эфоры не не могли сидеть в присутствии басилеев.
Простота похорон простых спартиатов не могла сравниться с пышными похоронами царей. Умершие правители удостаивались почестей, как герои-полубоги. На десять дней в Лаконике объявлялся траур, и прерывались все общественные дела. Гонцы разносили весть о смерти правителя по всему государству. Женщины ходили вокруг Спарты и били в котлы. На похороны Агиада или Еврипонтида приходили кроме спартиатов представители периэков и илотов. Они должны были колотить себя в лоб, плакать и говорить, что покинувший их правитель был лучшим из спартанских царей.
Древняя Спарта — государство великих воинов
Спарта была основана как один из дорийских полисов. Законы Ликурга сделали ее уникальным государством. Армия Спарты была лучшей в греческом мире.
Вторжение дорийцев: рождение Спарты
Дорийский полис Спарта появился в период Темных веков Греции. В этот период греки-дорийцы переселялись на Пелопоннес и подчиняли себе прежнее ахейское население. По легенде Пелопоннес был разделен между потомками Геракла, возглавившими вторжение. Кресфонт получил Мессению, Темен — Арголиду, а сыновья Аристодема — Лаконику.
В Архаическую эпоху Спарта вела трудные войны с другим дорийским полисом Аргосом. Победы Спарты при Фирее и Сепее подорвали силу Аргоса, и в Классическую эпоху этот полис не решался воевать против исконного врага в одиночку. Тем не менее, Аргос сохранил свою независимость. По словам царя Клеомена I, победителя в битве при Сепее, чтобы у спартанской молодежи было, на ком учиться воевать.
В VI веке до н. э. Спарта вела тяжелые войны с соседней Аркадией. Лаконцам удалось победить, но полисы Аркадии не вошли в состав спартанского полиса, а стали его младшими союзниками. Так была заложена основа Пелопоннесского союза. В этот альянс, возглавляемый Спартой, вошли также Элида, Сикион, Коринф и другие полисы Пелопоннеса. Союзники выставляли отряды в объединенное войско, которое вели в поход цари Спарты.
Общество Спарты состоял из трех социальных групп. Его вершиной были полноправные спартиаты или «равные», потомки завоевателей-дорийцев. Ниже их были периэки, лично свободные, но не имеющие политических прав жители Лаконики и Мессении. Периэки имели право заниматься ремеслом, а также должны были служить в спартанской армии наравне с гомеями. Илоты были рабами спартанской общины.
Создание своей политической системы спартанцы приписывали законодателю Ликургу. Но отделить правду от вымысла в его биографии не могли уже в Античности. Скорее всего, Ликургу приписали комплекс преобразований спартанского общества, который внедрялся на протяжении всей Архаической эпохи к середине VI века до н. э. превратил ее в военизированное государство.
Во главе Спарты стояло два царя из двух правящих одновременно царских династий. Им помогал в управлении совет аристократов, герусия. В него входило 30 членов, и за каждым царем было зарезервировано место. Народное собрание в Спарте имело минимум полномочий — оно только утверждало законопроекты герусии. В VI веке до н. э. к ним добавилась коллегия 5 эфоров, которые контролировали деятельность царей.
Мессенские войны: появление илотов
Мессения была завоевана дорийцами в Темные века. Сведений о ходе завоевания и укладе дорийской Мессении почти не сохранилось. Древние авторы писали, что ахейцы этой области не были порабощены завоевателями-дорийцами, но признали их власть.
Мессения была страной небольших городков и деревень, жители которых осознавали свое культурное единство. Даже победители Олимпийских игр из этого региона обозначались, как выходцы из Мессении, а не какого-то конкретного полиса. Продолжительные войны со Спартой должны были только укрепить единство мессенцев.
Первая война Спарты и Мессении прошла во второй половине VIII века до н. э. Согласно «Описанию Эллады» Павсания она шла 19 лет. Это был просто конфликт между двумя государствами, которых поддерживали другие государства Пелопоннеса. Коринф был на стороне Спарты. Аргос, Аркадия и Сикион — Мессении.
Мессенцы проиграли войну. По условиям мира они должны были поставлять победителям часть своего урожая, а также признавали зависимость от Спарты. Независимость сохранили западные города Мефона и Пилос. Проявлением зависимости от Спарты, например, то, что жители Мессении отправляли своих плакальщиков на похороны царей. После первой войны началась эмиграция мессенцев, преимущественно, аристократии. Они приняли участия в основании полиса Регий. Потомки изгнанников сохраняли свою идентичность, как мессенцев, и после освобождения их родины в IV веке до н. э вернулись туда. Жрецы, служившие в мессенских храмах, бежали в Элевсин.
В первой половине VII века до н. э. жители Мессении восстали. Во главе новой войны был полководец Аристомен. Его деятельность была прославлена потомками, особенно, когда Мессения вновь получила свободу. Поздние авторы подробно описали его деяния и подвиги, в которых уже невозможно отличить правду от вымысла.
Восставших поддержали другие общины Пелопоннеса — Элида, Аркадия и Аргос. У Спарты тоже нашлись союзников среди других полисов региона. К восстанию присоединились и потомки эмигрантов.
Война поначалу была трудной для спартанцев. Но потом они перешли в наступление, а союзники мессенцев их оставили. В решающей битве у Большого Рва ополчение мессенцев было разгромлено. После этого самые стойкие продолжали вести партизанскую войну — они нападали на владения новых хозяев в Мессении и в самой Лаконике. Войну завершила осада укреплений мессенцев на горе Ире. Последним защитникам Мессении разрешили покинуть страну и уйти в союзную Аркадию.
После Второй Мессенской войны государственность этой области была ликвидирована. Мессения была разделена на земельные владения спартиатов, а основную масса населения ждало обращение в илоты или, в редких случаях, периэки. Жители городов западного побережья переселились в Италию и на Сицилию. В свою очередь, на их месте осели жители дружественных Спарте и разрушенных Аргосом городов Асины и Навплий.
Мессенцы сохранили свое самосознание, как единого народа. Их участь вызывала сочувствие у других эллинов. Изгнанники также помнили о связи с этой областью своих предков. В 464 году до н. э. Спарту разрушило мощное землетрясение. Оно стало сигналом к мощному восстанию илотов Мессении, которое вошло в историю как Третья Мессенская война.
Мятежные настроения мессенцев использовали враги Спарты. Например, в ходе Пелопоннесской войны афиняне создали на побережье Мессении форпост, где могли укрыться беглые илоты, желающие продолжить борьбу со Спартой.
В 370 году до н. э. фиванский полководец Эпаминонд освободил Мессению от спартанской власти. Спарта долго не признавала Мессению свободной и безуспешно пыталась вернуть ее под свою власть. Потомки изгнанников вернулись на историческую родину.
Илоты и криптии
Слово «илот» происходил или от греческого «взятый в плен», или от названия ахейского города Гелос, жители которого стали первыми илотами. Илоты были рабами спартанского государства, как единого целого. Это не было уникально для греческого мира. В схожем положении оказалось завоеванное коренное население в других землях — гимнеты в Аргосе, кориннофоры в Сикионе, мноиты на острове Крит. У древних авторов сохранились свидетельства о «договорах рабства», по которым члены одной общины становились рабами другой. Они регулировали отношения между ними и налагали на победителей некоторые ограничения — не продавать рабов за границу.
До завоевания Мессении спартанцы сделали илотами ахейское население Лакедемона. Илоты трудились на земельных участках. Владевшая участков семья граждан получала в бессрочное владение и трудившихся на ней илотов. Сам статус этих жителей Лаконики характеризовали в древности, как «между свободными и рабами». Спартиат не имел права продать или освободить трудившихся на его земле илотов — это было прерогативой государства, а также требовать с них оброка больше установленного законом. У зависимых жителей Лаконики было право на имущество, дом и семейную жизнь. Илоты могли получить убежище в храме Посейдона, расположенном на мысе Тенар. Страшное землетрясение, уничтожившее Спарту в V веке до н. э., было воспринято, как кара за нарушение права убежища этого храма.
Илоты Лаконики и Мессении отличались друг от друга. Первые были ахейцами, вторые — потомками ахейско-дорийского населения Мессении. Внутри лаконских илотов тоже были разные группы. В течение V-IV веков до н. э. спартанское государство не раз давало свободу группам зависимых жителей. Условием была военная служба. Получившие свободу илоты получали статус «неодамонов», новых граждан. В Эллинистическую эпоху, когда Спарта не вела войн, илоты чаще выкупали свободу.
Участники криптий жили отдельно от сограждан около года. Платон писал, что криптии начинались зимой. Вступая в должность, эфоры объявляли илотам войну и тем самым позволяли спартанцам убивать их.
Исследователи обратили внимание на то, что в ходе криптий спартанец становился противоположностью воина-гоплита, каким он должен был стать, достигнув совершеннолетия. Гоплит сражается в строю с другими воинами, участник криптий — действует в одиночку. Гоплит хорошо вооружен, участник криптий — почти наг и вооружен одним кинжалом. Наконец, гоплит сражался в правильном бою днем, участник криптий — выходил на охоту на людей ночью. Возможно, целью было заставить молодого воина осознать преимущества военной и политической организации и побудить защищать ее.
Спартанские традиции
Ликург установил, что молодые спартиаты должны состязаться не только в атлетических упражнениях, но и в песнях. С Архаической эпохи были известны религиозные музыкальные фестивали Спарты. В первую очередь это Гиацинтии, названные в честь возлюбленного бога Аполлона по имени Гиацинт. Во время Гиацинтий выступали хоры спартанских девушек.
Трудно поверить, но Спарта VII-VI веков до н. э. стала домом для многих поэтов. Среди них Терпандр с Лесбоса, Ксенокрит из Локр, Полимнет из Колофона. Были среди них и уроженец Спарты Кинетон. Другой поэт, Алкман, прославился авторством гимнов для хоров девушек. Он был включен в число 9 величайших лириков. Многие города претендовали на то, чтобы быть его родиной, но прославился как поэт он в Спарте. География поэтов, живших в Спарте, простирается от Италии (Локры) до Малой Азии (Колофон).
Другим крупным фестивалем были Карнеи и Гимнопедии. Во время них праздновали вступление молодых спартиатов во взрослую жизнь. Карнеи включали не только спортивные, но и музыкальные состязания. Авторы песен Гимнопедий были поэты Талет и Алкман. Позже к ним добавили стихи Дионисодота. На Гимнопедиях между собой соревновались три хора — юношей, мужчин призывного возраста и пожилых мужчин.
Спартанцы-олимпионики
Несмотря на изменения в полисе спартанцы были постоянными участниками Олимпийских игр. До середины VI века до н. э. спартанские атлеты часто оказывались в числе победителей (олимпиоников). Из 85 известных именам победителей в Олимпийских состязаниях за период 776−580 гг. до н. э. 43 — выходцы из Спарты. После этого количество спартанцев-победителей снижается. Вероятно, из-за милитаризации общества Спарты, где занятия атлетикой были излишними. Другой причиной стало развитие атлетики во всем греческом мире и расширение круга участников Олимпийских игр. За следующие три столетия, вплоть до разрушения традиционного спартанского уклада, известно 13 спартанцев-победителей из 293 олимпиоников.
Больший процент победителей-спартанцев в колесничных бегах, где победителем записывали владельца упряжки. Спартанцы были победителями в гонках квадриг в Олимпии с 448 по 388 годы до н. э. С этим соотносится упоминание у писателя Павсания, что после войн с Персией спартиаты активнее других эллинов занимались коневодством. Статуи спартанцев, чьи кони побеждали в гонках на квадригах, несколько веков стояли в Олимпии. Автор статуи спартанца Ликина был великий скульптор Мирон.
Спартанское воспитание
По словам Платона, Ликург изобрел четыре способа превращения юношей в воинов-граждан: совместные трапезы, физические упражнения, охоту и криптии.
Спартанские мальчики начинали свое обучение в возрасте семи лет. Все дети, достигшие этого возраста, объединялись в агелы (стада). Их обучению предстояло продлиться более 10 лет. После его завершения молодые спартиаты получали право носить длинные волосы, а когда достигали тридцати — усы.
Само слово агела упоминается Платоном, но не Ксенофонтом, жившим в Спарте. Каждая группа детей была под присмотром взрослого спартанца или подростка, достигшего 12 лет.
Как пишет Ксенофонт, важной частью жизни молодых спартиатов было воровство. В дополнение к рациону совместных трапез они должны были красть продукты. Попавшихся наказывали плетьми. Отдельной задачей было воровство сыров с жертвенника Артемиды. Так, по мнению Ликурга и Ксенофонта, спартанские юноши учились ловкости.
Юноши, готовящиеся к взрослой жизни, познавали и однополую любовь. Они оказывались вовлечены в эти отношения в возрасте 12−14 лет. Их старший любовник из числа молодых неженатых спартиатов должен был также привить им ценности, которым дорожила спартанская община.
Для сплочения гражданского коллектива общины равных были придуманы совместные обеды, сисситии. Они существовали и в Спарте, и в дорийских критских полисах. Но подход к организации в них отличался. На Крите сисситии организовывали за счет дохода с государственной земли и податей от периэков. В Спарте — за счет взноса каждого гражданина. Формально, это должно было упрочивать равенство спартиатов. На деле же приводило к расслоению, потому что не все спартанцы были в состоянии уплатить взнос. Они теряли право участвовать в общей трапезе и в политической жизни. Предположительно, эту социальную группу называли гипомейонами.
Сведения о взносе в сисситии сохранили два автора — Дикеарх и Плутарх. Они расходятся в точных цифрах, но дают общий состав продуктов для трапез: медимн или полтора муки ячменя, 12 хоев вина, фиги, сыр, а также 10 эгинских оболов для покупки мяса. Доли в совместные обеды, предоставляемые государством от имени царей, передавали в храм Артемиды дважды в месяц — в новолуние и седьмой день. Царские взносы включали зерно, жертвенное животное, четверть вина. С учетом того, что взнос делался дважды в месяц, взнос царей был вдвое выше взноса обычного гражданина. Но и порции пищи во время обедов цари получали вдвое большие.
В Классическую эпоху на совместных обедах подавали хлеб, вино, вареную свинину, похлебку из нее же, маслины, фиги, сыр. Иногда могли подать зайчатину или мясо птицы, добытые на охоте. Состоятельные граждане посылали к общему столу охотничью добычу и пшеничный хлеб. Они могли прислать на трапезу готовое рагу. Жертвователей более дорогих блюд сажали на почетное место. Для участников обедов были фиксированные нормы хлеба и вина. По данным Фукидида, примерно такой же паек спартанские воины получали во время походов. Спартанцы не пускали сосуд с вином по кругу, но пили каждый из своего.
Когда цари обедали со всеми, они получали двойную порцию. Это делалось, чтобы цари могли угостить обедом кого-то из уважаемых ими граждан. Сотрапезниками царей были пифии, должностные лица, отвечавшие за контакты царей с Дельфами. В походе царской сисситией были полемархи и три спартанца, отвечавшие за снабжение. Причиной этого древние называли необходимость того, чтобы царь и военачальники проводили вместе больше времени и совмещали обед с военным советом.
На протяжении истории Спарты усиливалось расслоение «общины равных». К эпохе Клеомена III в сисситиях могло участвовать меньшинство граждан. И Плутарх описывает роскошь этих обедов эпохи заката Спарты.
Место сбора членов сисситии называлось фидитий. Все эти места для совместных трапез располагались около могилы древнего героя Тисамена. В Классическую эпоху Спарта продолжала быть союзом 4 деревень, поэтому общее место для трапез символизировало их единство, как граждан одного полиса. На позднюю трапезу в фидитий следовало идти без факелов. Так спартанцы приучали себя к скрытным ночным маршам.
Несмотря на закрытость и сосредоточенность на военной подготовке спартанцам не была чужда культурная жизнь. В Классическую эпоху продолжались состязания хоров. Кроме того, искусства лаконизма заключалось в умении изречь не просто короткую, но остроумную реплику. Живший в эпоху Римской империи Плутарх собрал коллекцию вошедших в историю изречений спартанцев.
Цари Спарты
Историю Спарты следует начать с дорийского переселения. Конечно, детально реконструировать процесс переселения дорийцев в Пелопоннес невозможно. В современной науке подчас оспаривается даже сама возможность такого переселения, но чаще споры ведутся вокруг характера его.
Вопреки античной традиции, для которой переселение дорийцев – это бесспорно военная кампания, выдвигается теория, согласно которой дорийцы появились на территории Пелопоннеса спустя столетие после гибели Микенской цивилизации и заняли давно уже пустующие земли. В этой теории момент завоевания вовсе отсутствует. Было лишь «медленное просачивание» отдельных дорийских племен на новые земли. Теория эта основывается исключительно на данных археологии. Дело в том, что микенские дворцы погибают в к.XIII – н.XII в. до н.э., а древнейшая раннегеометрическая керамика дорийцев относится уже к XI в. до н.э.
Существует и другая версия, согласно которой дорийцы – это или наемники на службе у микенских правителей, или низшие слои микенского общества, которые в результате насильственного переворота захватили власть.
Данные примеры иллюстрируют опасность отрицания античной литературной традиции и абсолютизацию данных археологии. Конечно, реконструировать раннюю историю Спарты в деталях, с именами и точными датами, совершенно невозможно.
В классический период в Греции было два ведущих полиса – Афины и Спарта. Оба этих государства, каждое по-своему, внесли огромный вклад в становление и развитие античной цивилизации. В нашем исследовании мы остановимся на рассмотрении института царской власти в Спарте, и статуса царей.
1. Предпосылки создания Лакедемона
В Лаконской области жил Лелег, который и был первым ее царем. У Лелега было двое сыновей, Милет и младший Поликаон. После смерти Милета, власть принял его сын Эврот. Так как у него не было потомства мужского пола, он оставил царство Лакедемону, матерью которого была Тайгета, от имени которой получила свое название и гора, а отцом ему приходился сам Зевс.
Лакедемон был женат на Спарте, дочери Эврота. Как только он получил власть, то, прежде всего, всей стране и всему населению он дал свое имя, а затем выстроил город и назвал его по имени жены; и до наших дней этот город называется Спартой.
Эбал взял себе в жены Горгофону, дочь Персея, из Аргоса и имел от нее сына Тиндарея. С ним вступил в спор из-за царства Гиппокоон и требовал себе власти под предлогом старшинства. Соединившись с Икарием и с теми, кто восстал вместе с ним, он оказался намного сильнее Тиндарея и заставил, как рассказывают лакедемоняне, Тиндарея в страхе бежать Пеллану.
У мессенян же относительно его есть такое предание, что Тиндарей бежал в Мессению и прибыл к Афарею, а Афарей, сын Периера, был братом Тиндарея по матери, – что он, по их словам, поселился в Мессении, в Фаламах и что когда он жил здесь, родились у него все его дети. Позже Тиндарей возвратился назад в Лаконику при содействии Геракла и вновь вернул себе власть. Тиндарею наследовали его сыновья; затем царствовал здесь Менелай, сын Атрея, зять Тиндарея, а после него Орест, муж Гермионы, дочери Менелая. При возвращении Гераклидов в царствование Тисамена, сына Ореста, города Мессена и Аргос достались на долю первому – Темену.
В Лакедемоне у Аристодема родились близнецы, образовалось два царских рода. Самого же Аристодема, в Дельфах раньше, чем доряне вторглись в Пелопоннес.
Сыновей Аристодема звали Проклом и Эврисфеном; будучи близнецами, они, тем не менее, были злейшими врагами друг другу. Но как далеко ни зашла их взаимная ненависть, однако, она не помешала тому, чтобы они совместно помогли Феру, сыну Автесиона, своему опекуну и брату их матери Аргеи, устроить и овладеть колонией. Эту же колонию Фера отправил на остров, который тогда назывался Каллистой (Прекраснейшим), надеясь, что потомки Мемблиара добровольно уступят ему царскую власть.
2. Династия Агидов
Еврисфен — легендарный царь Лаконики из рода Гераклидов, правивший в XI в. до Рождества Христова. Он был родоначальником царского рода Агидов. Когда мальчики подросли, лакедемоняне их обоих провозгласили царями. Братья разделили Лаконику на шесть частей и основали города. Спарту Гераклиды сделали своей столицей, в остальные части они послали царей, разрешив им, в силу редкой населенности страны, принимать к себе всех желающих иностранцев.
Соседние племена находились в подчинении у спартанцев, но имели равноправие, как в отношении прав гражданства, так и в смысле занятия государственных должностей. Назывались они илотами
У Эврисфена, старшего сына Аристодема, был сын Агис; от него род Эврисфена называют Агидами.
Агесилай I — легендарный царь Лаконики (IX в. до Рождества Христова) из рода Агидов. При Агесилае были приняты законы Ликурга.
Сыном Архелая был Телекл: при нем лакедемоняне взяли три окружных города, одержав над ними победу на войне, именно Амиклы, Фарис и Геранфр, принадлежавшие тогда еще ахейцам.
По смерти Алкамена царскую власть принял сын Алкамена, Полидор. Он правил в VIII в. до Рождества Христова. При нем лакедемоняне отправили основать две колонии: одну – в Италию, в Кротон, другую – в область локров, тех, что у мыса Зефирия.
При нем же началась Первая Мессенская война. В это время лакедемонянами командовал преимущественно Феопомп, сын Никандра, царь из другого царского рода. Когда война с Мессенией была доведена до конца, Полидор был убит Полемархом. Полидор пользовался большой популярностью в Спарте и был особенно любим народом, так как не позволял себе по отношению к кому бы то ни было, ни насильственных поступков, ни грубого обращения и, совершая суд, соблюдал справедливость и проявлял снисходительность к людям.
Во время царствования Эврикрата, сына Полидора, мессеняне терпеливо переносили свое положение, оставаясь подданными лакедемонян; и со стороны аргосского народа против них не произошло никаких новых выступлений.
Но при Анаксандре, сыне Эврикрата, мессеняне восстали против лакедемонян. Некоторое время они, ведя войну, держались против лакедемонян, но затем, будучи побеждены, они, по договору, удалились из Пелопоннеса; та же часть их населения, которая осталась в этой земле, стала рабами лакедемонян, кроме тех, которые занимали свои приморские города.
Сыном Анаксандра был Эврикрат, а у Эврикрата – это был второй царь с этим именем – был сын Лев. Лев правил в первой пол. VI в. до Рождества Христова. В их царствование лакедемоняне терпели не мало поражений в войне с тегеатами. Но при Анаксандриде, сыне Льва, они оказались на войне победителями над тегеатами.
Анаксандрид, сын Леонта, один из всех лакедемонян имел одновременно двух жен и одновременно жил в двух домах. Когда умер Анаксандрид, то лакедемоняне, хотя Дорией и по разуму и в военном деле, по их же мнению, был выше Клеомена, все же, против своего желания, отстранили его от царского сана и отдали власть Клеомену на основании законов о старшинстве. Тогда Дорией – он не захотел, оставаясь в Лакедемоне, подчиняться Клеомену, – был послан основать новую колонию.
Клеомен I — царь лакедемонян из рода Агидов, правивший в 520—491 гг. до Р.Х. Клеомен, был несколько слабоумен и имел склонность к помешательству.
Афиняне долго боролись за свою свободу и Клеомен подверг опустошению их страну, он разорил и область, так называемую Оргаду, посвященную элевсинским богиням.
Он прибыл в Эгину и велел арестовать влиятельных эгинетян, которые держали сторону персов и убедили своих сограждан дать Дарию, сыну Гистаспа, «землю и воду» (в знак подчинения). Когда Клеомен находился в Эгине, Демарат, царь из другого царского рода, стал обвинять его перед собранием лакедемонян.
Когда Клеомен вернулся из Эгины, он принял меры, чтобы лишить Демарата царского достоинства, и для этого подкупил дельфийскую пророчицу с тем, чтобы она дала лакедемонянам такой ответ, какой он сам подсказал ей и побудил Леотихида, человека царского рода и из одного и того же дома с Демаратом, вступить в спор с ним из-за власти.
Леотихид ссылался на те слова, которые некогда, по неосмотрительности, бросил по отношению к только что родившемуся Демарату его отец Аристон, сказав, что это не его сын. Тогда лакедемоняне, как они обычно это делали, перенесли все это дело и спор о Демарате в Дельфы, прося вещего слова бога. И пророчица дала им в виде ответа изречение, которое соответствовало планам Клеомена. Таким образом, Демарат был устранен от царства вследствие ненависти к нему Клеомена, а не по справедливости.
Впоследствии Клеомен в припадке безумия сам причинил себе смерть: схватив меч, он стал сам себе наносить раны и умер, изрубив и изуродовав все свое тело. Так как у Клеомена не было потомков мужского пола, то власть перешла к Леониду, (третьему) сыну Анаксандрида, родному брату Дориея.
Леонид I — спартанский царь из рода Агидов, правивший в 491—480 гг. до Р.Х. За первые десять лет своего царствования Леонид не сделал ничего замечательного, но зато навеки обессмертил себя последним в своей жизни сражением при Фермопилах.
В это время Ксеркс повел свои полчища на Элладу, Леонид вместе с тремястами лакедемонян встретил его у Фермопил. Много было войн и у греков и у варваров между собою, но легко перечислить те, которым доблесть одного человека дала величайшую славу; так, Ахиллес прославил войну под Илионом, а Мильтиад – Марафонский бой. Подвиг выполненного Леонидом долга превзошел все подвиги этого времени. Тому самому Ксерксу, который из всех царей, бывших у мидян, а впоследствии и у персов, задавался самыми честолюбивыми планами и совершил блестящие деяния.
Леонид с горстью людей, которых он привел с собой к Фермопилам, так твердо стал на пути, что Ксеркс вообще никогда не увидал бы Эллады и не сжег бы города афинян, если бы трахинец не провел по непроходимой тропе, идущей через гору Эту, Гидарна с войском и не дал бы ему возможности окружить эллинов. Лишь после того, как таким образом погиб Леонид, варвары смогли проникнуть в Элладу.
Плистарх — спартанский царь из рода Агидов, правивший в 480—458 гг. до Р.Х. Сын Леонида I. В детстве опекуном Плистарха был его двоюродный брат Павсаний. После смерти Плистарха царем стал сын Павсания Плистоанакт.
У Плейстоанакса был сын Павсаний. Павсаний — царь лакедемонян из рода Агидов, правивший в 409—395 гг. до Р.Х. + 385 г. до Р.Х
Павсаний явился в Аттику, как враг Фрасибула и афинян, с тем, чтобы укрепить прочно тиранию тех, кому Лисандр вручил власть. И в битве он победил афинян, занявших Пирей, но после сражения он решил тотчас увести домой войско, не желая навлекать на Спарту самый позорный из упреков своей поддержкой тирании безбожных людей.
Когда он вернулся из Афин после такого бесплодного сражения, его враги призвали его на суд. В суде над лакедемонским царем заседают так называемые геронты, двадцать восемь числом, вся коллегия эфоров, а вместе с ними и царь из другого царского рода. Четырнадцать геронтов, а также Агис, царь из другого царского дома, признали, что Павсаний виновен; все же остальные судьи его оправдали.
Немного времени спустя, когда лакедемоняне собирали войско против Фив – Лисандр, прибыв в Фокиду, призвал фокейцев к всенародному ополчению; не выждав времени, он немедленно двинулся в Беотию и напал на укрепленное местечко Галиарт, население которого не хотело отпасть от фивян. Но уже раньше в этот город вошли тайно некоторые из фивян и афинян, и когда они вышли и выстроились под стенами города, то (в происшедшем сражении) пал среди других лакедемонян и Лисандр.
Павсаний опоздал к этому сражению, собирая войско среди тегеатов и других аркадян; когда же он прибыл в Беотию и узнал о поражении тех, кто был с Лисандром, и о смерти самого Лисандра, он все же повел войско на Фивы и намеревался начать сражение. Тут против него выступили фивяне и стало известным, что недалеко находится Фрасибул, который, ведя афинян, ожидал, чтобы лакедемоняне начали сражение, и намеревался, когда они уже начнут, самому ударить им в тыл.
Павсаний испугался, что ему придется вести бой на два фронта, попавши между двумя неприятельскими войсками, поэтому он заключил с фивянами перемирие и взял с собою трупы павших под стенами Галиарта. Лакедемонянам это не понравилось. Когда и на этот раз граждане обвинили его в медлительности прихода в Беотию, он не стал ожидать вызова на суд, но в качестве молящего о защите тегеаты его приняли в своем храме Афины-Алеи.
После бегства Павсания его сыновья, Агесипол и Клеомброт, остались совершенно юными и опеку над ними принял Аристодем, бывший их самым близким родственником. И победа лакедемонян под Коринфом была выиграна, когда он командовал ими.
Когда Агесипол подрос и стал царем, то первыми из пелопоннесцев, с которыми он вступил в войну, были аргосцы. Когда он повел войско из области тегеатов в Арголиду, он встретил глашатая, которого аргосцы послали к Агесиполу с тем, чтобы возобновить перемирие, по их словам, издревле установленное между различными народами дорийского племени по отношению друг к другу, но царь не пожелал заключить перемирия с глашатаем и, продвигаясь вместе с войском вперед, опустошал страну.
Тогда бог потряс землю, но и тут Агесипол все же не подумал отвести свое войско назад, несмотря на то, что лакедемоняне больше всех эллинов (равно как и афиняне) боятся всяких божественных знамений. Он уже начал располагаться лагерем под стенами Аргоса, но бог не переставал потрясать землю, причем некоторые из воинов Агесипола были поражены молнией, а других оглушил гром. Только тогда против воли он прервал поход и отступил из Арголиды.
Но тотчас же пошел походом на олинфян. После того, как он одержал победу в сражении, взял приступом много других городов в Халкидике и надеялся захватить самый Олинф, он внезапно заболел и умер от этой болезни.
После смерти Агесиполида, умершего бездетным, власть перешла к Клеомброту и под его начальством лакедемоняне сражались с беотийцами при Левктрах. Клеомброт, бывший сам храбрым воином, пал в самом начале сражения. Обычно при великих поражениях воля судьбы прежде всего выражается в том, что она отнимает предводителя, подобно тому, как у афинян она в начале сражения при Делии отняла начальствовавшего ими Гиппократа, сына Арифрона, а впоследствии в Фессалии (другого афинского военачальника) Леосфена.
Когда позднее умер Клеомен, то из-за царской власти вступили в спор Клеоним, сын Клеомена, и Арей, сын Акротата. Тогда геронты постановили, что в силу наследственных прав царская власть должна принадлежать Арею, сыну Акротата, а не Клеониму. Клеоним, отстраненный от царской власти, преисполнился великим гневом, и эфоры не могли смягчить его души и примирить со Спартой ни дарами, ни тем, что они поставили его во главе войска. В конце концов он дерзнул совершить по отношению к родине много преступного и предательского и даже пригласил в родную страну Пирра, сына Эакида.
Когда в Спарте царствовал Арей, сын Акротата, Антигон, сын Деметрия, двинулся походом на Афины и с пешим войском и флотом. На помощь афинянам прибыл из Египта Патрокл вместе со своим войском и флотом, выступили и лакедемоняне всенародным ополчением, поручив главное командование царю Арею. Но Антигон таким тесным кольцом окружил Афины, что союзным с афинянами силам не было никакой возможности войти в город.
Тогда Патрокл, отправив послов, стал побуждать лакедемонян и Арея начать битву против Антигона, говоря, что если они начнут, то и он нападет на македонян с тылу; прежде же, чем не произойдет это нападение, как-то неудобно им, египтянам и морякам, нападать на пехоту. И действительно, лакедемоняне стремились, не взирая на опасность, оказать афинянам помощь, как вследствие своего расположения к ним, так и из жажды военной славы, мечтая о каком-либо памятном для дальнейших времен своем подвиге. Но Арей отвел назад свое войско под предлогом, что у него вышло все продовольствие. Он считал, что надо беречь храбрость воинов для своих собственных интересов, а не расточать ее так нерасчетливо для чужих.
С афинянами, оказывавшими в течение очень долгого времени сильное сопротивление, Антигон заключил мир на том условии, что он введет к ним гарнизон и поместит его на (холме) Мусейе. С течением времени Антигон сам добровольно вывел (из Афин) этот гарнизон. У Арея родился сын Акротат, а у него – сын Арей, который умер от болезни еще восьмилетним мальчиком.
Так как представителем мужского поколения из дома Эврисфена оставался один только Леонид, сын Клеонима, уже глубокий старик, то лакедемоняне и передали ему власть. Самым сильным противником Леонида оказался Лисандр, потомок Лисандра, сына Аристокрита. Он привлек на свою сторону Клеомброта, женатого на дочери Леонида; сговорившись с ним, он стал возводить на Леонида в числе многих других обвинений также и то, будто он, будучи еще ребенком, дал клятву своему отцу Клеониму способствовать гибели Спарты.
Клеомен (около 262-219 гг. до н.э.) был старшим сыном царя Леонида, погубившего благородного Агиса. После казни Агиса царь Леонид насильно выдал его вдову Агиатиду замуж за Клеомена, чтобы завладеть ее имуществом. Клеомен получил хорошее образование. Его наставником и другом был знаменитый ученый Сфер Борисфенский, который имел большое влияние на спартанскую молодежь. Сфер учил, что царь — это только первый гражданин, лишь слуга народа и поэтому обязан всецело посвятить себя его благу.
Со всем пылом юности Клеомен воспринял эти демократические идеи и с возмущением наблюдал за всем происходившим в Спарте после гибели Агиса. Клеомен понимал, что реформы будут успешны только тогда, если удастся уничтожить главную опору богачей — совет старейшин (герусию) и эфорат. А для этого нужно было создать войско не из наемников, а из граждан, кровно заинтересованных в переделе земли и имущества богачей. С этим было связано и возрождение военного могущества Спарты.
После смерти Клеомена движение бедноты в Спарте продолжалось. Появились другие народные вожди, называвшие себя тиранами, которые продолжали дело Клеомена. Борьба шла с переменным успехом вплоть до того, когда в дела Греции вмешалась новая сила — Рим. Подчинив Спарту и другие греческие государства, римские завоеватели надолго установили там свое господство.
Из рода Эврисфена, из так называемых агидов, Клеомен, сын Леонида, был последним царем в Спарте.
3. Династия Эврипонтидов
Прокл — легендарный царь Лаконики, правивший в XI в. до Р.X. Сын Аристодема. Родоначальник царского рода Эврипонтидов. Прокл дал своему сыну имя Соон. Эврипонт же, сын Соона, настолько прославил себя, что этот род от него получил имя Эврипонтидов, а до него они назывались Проклидами.
Сыном Эврипонта был Пританид. При Пританиде, началась вражда у лакедемонян с аргосцами, но еще раньше этой распри они вели войну с кинурийцами. В течение следующих поколений, в царствование Эвнома, сына Пританида, и Полидекта, сына Эвнома, Спарта жила в мире.
Но Харилл, сын Полидекта, сначала подверг опустошению землю Аргос а затем, несколько лет спустя, под его начальством состоялось вторжение спартанцев в область Тегеи, когда лакедемоняне надеялись победить Тегею и подчинить ее своей власти, отделив от Арголиды Тегейскую равнину; в этом они положились на двусмысленное прорицание.
Когда Феопомп, сын Никиандра еще царствовал в Спарте, у лакедемонян с аргосцами начался спор из-за так называемой Фиреатидской равнины. Феопомп сам не принимал участия в этом деле по старости, но еще больше вследствие горя, так как рок похитил Архидама, сына Феопомпа, еще при жизни отца. Но Архидам умер не бездетным; он оставил после себя сына Зевксидама. Затем власть принял сын Зевксидама, Анаксидам.
При нем мессеняне должны были покинуть Пелопоннес, вторично побежденные на войне спартанцами. Сыном Анаксидама был Архидам, а сыном Архидама – Агасикл; им обоим было суждено провести всю жизнь в спокойствии, и они не вели никаких войн.
Аристон, сын Агасикла, взял себе в жены ту, которая, была самой некрасивой из девушек Лакедемона, но по милости Елены она стала самой красивой из всех женщин. Всего на седьмом месяце после того, как Аристон женился на ней, у нее родился сын Демарат. Аристон заседал вместе с эфорами в совете, когда пришел к нему раб с известием, что у него родился сын. Аристон, заявил, что по счету месяцев он не может быть его сыном. Впоследствии он сам раскаялся в этих словах, но когда Демарат уже царствовал и уже прославил Спарту славными своими подвигами, между прочим, освободив вместе с Клеоменом афинян от Писистратидов, неразумная фраза Аристона и ненависть Клеомена сделали его рядовым гражданином, (лишив его трона). Он удалился в Персию к царю Дарию и еще долгое время спустя, как говорят, его потомки продолжали жить в Азии.
Ставши вместо Демарата царем, Леотихид участвовал вместе с афинянами и афинским вождем Ксантиппом, сыном Арифрона, в битве при Микале, а после этого отправился в Фессалию, против Алевадов. И хотя ему было легко завоевать всю Фессалию, так как он всегда оставался победителем, но он дал подкупить себя Алевадам. Привлеченный в Лакедемоне к суду, он добровольно, не дожидаясь суда, бежал в Тегею и явился там в качестве молящего о защите в храм Афины-Алеи. Сын Леотихида, Зевксидам, еще при жизни Леотихида, когда он не был еще изгнанником, умер от болезни.
Власть после ухода Леотихида в Тегею принял Архидам, сын Зевксидама. Этот Архидам причинил особенно много вреда стране афинян, ежегодно вторгаясь в Аттику с войском и при всяком вторжении он проходил ее всю, предавая опустошению огнем и мечом. Он также подверг осаде и взял город Платеи, бывший всегда на стороне афинян. Но во всяком случае не он был зачинщиком войны между пелопоннесцами и афинянами; напротив, он приложил все возможные усилия к тому, чтобы между ними сохранилось перемирие.
Сфенелаид, пользовавшийся вообще большим влиянием в Лакедемоне и в то время бывший эфором, оказался главным виновником войны. Эта война потрясла до самого основания Элладу, бывшую еще до тех пор крепкой и организованной, а впоследствии Филипп, сын Аминта, ее уже расшатанную и совершенно пришедшую в упадок, низверг и покорил своей власти.
Умирая, Архидам оставил двух сыновей. Агис был старший по возрасту и поэтому получил власть раньше Агесилая. У Архидама была и дочь, по имени Киниска, которая с величайшей страстью предавалась олимпийским состязаниям и первая из женщин содержала с этою целью лошадей и первая из них одержала победу на олимпийских играх. После Киниски и другие женщины, особенно из Лакедемона, добивались побед в Олимпии, но никто из них не заслужил такой славы своими победами, как она.
Еще в царствование Агиса, сына Архидама, начались взаимные пререкания между лакедемонянами и элейцами, но особенно лакедемоняне обиделись за то, что элейцы не допустили их к участию в олимпийских играх и к жертвоприношениям в храме Олимпийского-Зевса. И вот лакедемоняне отправляют к элейцам вестника с требованием возвратить автономию лепреатам и тем из окружных городов, которые были их подданными.
Элейцы ответили им, что как только они увидят свободными окружные города Спарты, то и они не замедлят предоставить свободу также и своим; после такого ответа лакедемоняне во главе с царем Агисом вторглись в Элиду. Их войско уже дошло до Олимпии и стояло уже перед рекою Алфеем, но в это время бог потряс землю, и войско должно было уйти назад. На следующий год Агис опустошил страну и захватил большую добычу.
Элеец Ксений, личный друг Агиса и представитель (“проксен”) лакедемонян у элейцев, восстал против народной власти, встав во главе богатых граждан. Но прежде чем прибыл Агис с войском, чтобы их поддержать, Фрасидей, стоявший тогда во главе элейского народа, победил в сражении Ксения и его сторонников и изгнал их из города.
Тогда Агису пришлось увести назад войско; однако он оставил спартанца Лисистрата с частью военных сил, которые, вместе с беглецами из элейцев и лепреатами, должны были опустошать Элейскую оласть. На третий год войны лакедемоняне вместе с Агисом готовились опять вторгнуться в Элиду, но элейцы и их вождь Фрасидам, доведенные до крайности опустошениями, согласились отказаться от власти над окружными городами, срыть стены своего города и допустить лакедемонян в Олимпию как для участия в жертвоприношении Олимпийскому-Зевсу, так и для проведения вместе с ними олимпийских игр.
Агис также не раз во главе войска вторгался в Аттику; это он укрепил Декелею, заняв ее гарнизоном, создав постоянную угрозу афинянам; когда афинский флот был разбит при Эгоспотамах, то Лисандр, сын Аристокрита, и Агис нарушили ту клятву именем богов, которую лакедемоняне публично дали афинянам, и от своего имени, без согласия всего спартанского народа, они внесли на собрании союзников предложение “обрубить у афинян и ветки и корни”. Таковы были особенно замечательные военные подвиги Агиса.
Опрометчивое заявление Аристона относительно сына своего Демарата повторил и Агис по отношению к Леотихиду; и ему какой-то злой дух внушил сказать в присутствии эфоров, что он считает Леотихида не своим сыном. Но впоследствии Агиса также охватило раскаяние и, когда его, больного, несли из Аркадии домой и когда он прибыл в Герею, то при большом стечении свидетелей он заявил, что считает Леотихида своим сыном и со слезами умолял их передать эти его слова лакедемонянам.
После смерти Агиса Агесилай стал отстранять Леотихида от царства, приводя лакедемонянам на память те слова, которые некогда были сказаны Агисом по поводу Леотихида. Тогда прибыли и аркадяне из Гереи и засвидетельствовали в пользу Леотихида все то, что они слышали из уст умирающего Агиса.
Леотихид говорил, что пророчество относится к Агесилаю, так как Агесилай был хромым на одну ногу, Агесилай же обращал его на Леотихида, как на незаконного сына Агиса. Лакедемоняне могли, конечно, в этом случае обратиться за разрешением спора в Дельфы, но они этого не сделали, причиною чего, был Лисандр, сын Аристокрита, употреблявший все усилия на то, чтобы царем был Агесилай.
Таким образом, царем стал Агесилай, сын Архидама. При нем лакедемоняне решили переправиться в Азию, чтобы воевать с Артаксерксом, сыном Дария: людьми, стоявшими у власти, и особенно Лисандром они были поставлены в известность, что во время войны с афинянами деньги на флот давал им не Артаксеркс, а Кир.
Агесилай, получив поручение переправить войско в Азию и стать во главе сухопутной армии, разослал по всему Пелопоннесу, кроме Аргоса, и ко всем остальным эллинам по ту сторону Истма вестников, приглашая их в союзники. Хотя коринфяне очень хотели принять участие в этом походе в Азию, но так как у них внезапно сгорел храм Зевса, носящего название Олимпийского, то они, считая это за дурное предзнаменование, против своего желания, остались дома. Афиняне выставили тот предлог, что после пелопоннеской войны и моровой язвы их государство еще не восстановило своего прежнего благополучия, но главным образом они сохраняли спокойствие потому, что через вестников узнали, что Конон, сын Тимофея, ушел ко двору персидского царя.
В Фивы в качестве посла был отправлен Аристоменид, дед Агесилая по матери; он пользовался расположением в Фивах и был одним из тех судей, которые подали голос за то, чтобы, по взятии Платей, оставшиеся в живых платейцы были казнены. Но и фиванцы дали такой же отрицательный ответ, как и афиняне, сказав, что они не придут на помощь.
Лидия составляла тогда самую важную часть нижней (Малой) Азии и (ее столица) Сарды отличалась своим богатством и пышностью среди всех городов; они были резиденцией сатрапа Приморской области так же, как Сузы были резиденцией самого персидского царя. Битва с Тиссаферном, сатрапом ионийских областей, произошла на равнине Герма, и Агесилай победил и персидскую конницу и пехоту, собранных тогда в большем количестве, чем когда-либо, за исключением похода Ксеркса и еще раньше Дария, когда первый повел войско на скифов, а другой – на Афины.
Лакедемоняне, восхищенные энергией и блеском образа действий Агесилая, охотно сделали его начальником и над флотом, но он поставил во главе триэр Пейсандра, а на сестре Пейсандра был женат Агесилай, – сам же энергично продолжал войну на суше.
Когда Артаксеркс узнал об этих сражениях, в которых победителем остался Агесилай, и что он продолжает двигаться вперед, сметая все на своем пути, он приговорил Тиссаферна к казни, хотя раньше Тиссаферн оказал ему большие услуги, и сатрапом Приморской области послал Тифравста, человека очень умного и к тому же очень не любившего лакедемонян.
Когда он прибыл в Сарды, он сейчас же придумал средство, как заставить лакедемонян отозвать войско из Азии. Он отправил в Элладу родосца Тимократа с крупной суммой денег, поручив ему возбудить войну против лакедемонян в Элладе. Им были подкуплены, из аргосцев Килон и Содам, в Фивах – Андроклид, Исмений и Амфифемис: приняли в этом участие и афиняне – Кефал и Эпикрат, а также те из коринфян, которые сочувствовали аргосцам, – Полиант и Тимолай. Открыли военные действия локры из Амфиссы. У локров была на границе спорная земля с фокейцами; когда наступило время жатвы, то локры, по наущению фивян, сторонников Исмении, сжали хлеб и угнали добычу. Тогда фокейцы всем народом ворвались в Локриду и опустошили страну. В свою очередь локры призвали своих союзников фивян и разграбили Фокиду.
Разбив их конницу, Агесилай прошел через всю Фессалию и вновь, пройдя через Беотию, он победил при Короне фивян и все войско их союзников. Когда, (потерпев поражение), беотийцы обратились в бегство, то некоторые из воинов бежали в храм Афины, называемой Итонии. Хотя Агесилай был ранен в этом сражении, но, несмотря на это, он не нарушил права молящих о защите.
Немного спустя те, кто был изгнан из Коринфа за свое расположение к спартанцам, устроили истмийские игры. Устрашенные присутствием Агесилая, остальные жители Коринфа тогда сохраняли спокойствие. Но не успел Агесилай сняться с войском из-под Коринфа и направиться в Спарту, как и коринфяне вместе с аргосцами стали справлять истмийские игры. Агесилай вновь вернулся к Коринфу с войском; так как наступал праздник Гиакинфий, то он отпустил амиклейцев домой совершить установленные празднества в честь Аполлона и Гиакинфа. На эту часть войска на пути напали афиняне под начальством Ификрата и перебили их.
Агесилай ходил также и в Этолию на помощь этолийцам, которых сильно теснили акарнанцы, и заставил акарнанцев прекратить войну, хотя они уже были готовы захватить Калидон и другие этолийские города.
Позднее он плавал и в Египет, чтобы помочь египтянам, когда они отпали от персидского царя. И в Египте Агесилай совершил много подвигов, достойных памяти. Он был уже стариком и во время этого похода его постигла неизбежная для всех судьба (смерть). Когда его труп был привезен в Спарту, лакедемоняне похоронили его, воздав ему почести большие, чем какому-либо другому царю.
В царствование Архидама, сына Агесилая, фокейцы захватили святилище в Дельфах. Это вызвало у них войну с фивянами; на помощь фокейцам в этой войне явилось прежде всего войско, набранное фокейцами самостоятельно на средства, вырученные ими от (захваченных) сокровищ; кроме того, им на помощь открыто, от имени своих государств, явились лакедемоняне и афиняне; последние вспомнили о каком-то старинном одолжении, оказанном им фокейцами; с своей стороны и лакедемоняне выставляли предлогом свою дружбу к фокейцам, на самом же деле их скорей побуждала ненависть, как мне кажется, к фивянам.
Феопомп, сын Дамасистрата, говорит, что сам Архидам участвовал в разделе этих сокровищ и что жена Архидама, Дейниха, получая подарки от влиятельных среди фокейцев лиц, благодаря им, склоняла Архидама к такому союзу. Принять подарки из священных сокровищ и защищать людей, ограбивших самый знаменитый из храмов божественного вещания, я не считаю делом похвальным, но вот что служит к чести Архидама: когда фокейцы решили всех взрослых жителей Дельф перебить, детей и жен продать в рабство, а самый город разрушить до основания, то только вмешательству Архидама дельфийцы обязаны, что избегли ужасной участи, грозившей им со стороны фокейцев.
Впоследствии Архидам переправился в Италию, чтобы подать помощь тарентинцам в их войне с соседними варварами. Там он был убит варварами, а что его тело не удостоилось погребения «в царской гробнице», этому был виною гнев Аполлона.
Старшему сыну Архидама, Агису, было суждено умереть в битве против македонян и Антипатра, младший же сын его, Эвдамид, царствовал у лакедемонян и при нем они пользовались миром.
Далее царстовал Агис IV — царь из рода Эврипонтидов, правивший в Лаконике в 244—241 гг. до Р.Х. Сын Эвдамида II. С детства он воспитывался в роскоши своей матерью Агесистратой и бабкою Архидамией, самыми состоятельными в Лакедемоне женщинами. Но еще не достигнув 20 лет, он объявил войну удовольствиям, сорвал с себя украшения, решительно отверг какую бы то ни было расточительность, гордился своим потрепанным плащом, мечтал о лаконских обедах, купаниях и вообще о спартанском образе жизни и говорил, что ему ни к чему была бы и царская власть, если бы не надежда возродить с ее помощью старинные законы и обычаи.
С этой целью он стал испытывать настроения спартанцев. Молодежь, вопреки ожиданиям Агиса, быстро откликнулась на его слова и с увлечением посвятила себя доблести, ради свободы переменив весь образ своей жизни, точно одежду. Но пожилые люди, которых порча богатства коснулась гораздо глубже, бранили Агиса. Росло недовольство богатых людей царствованием Агиса.
По уму и высоким душевным качествам Агис не только превосходил второго царя Леонида, но был одним из самых выдающихся людей своего времени. Скоро он сделался любимцем простого народа Спарты.
Первая попытка реформы кончилась неудачно, во-первых, потому что невозможно было вернуть Спартанское государство, находившееся в состоянии глубокого упадка, к Ликурговым порядкам; во-вторых, потому что благородный правитель Агис был лишен черт борца и вождя. У него не было непреклонной воли и стойкости, не отступающей перед необходимостью применить силу к богачам. Нужен был правитель иного склада. Такой человек вскоре появился в Спарте. Это был царь Клеомен.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Спарта (Лакедемон) — древнегреческий полис в Лаконике (Пелопоннес), превратившийся после завоевания в VIII-VI вв. до н. э. южной части Пелопоннеса в крупное государство. По преданию, государственный строй в Спарте был установлен Ликургом (IX-VIII вв.). Спартиаты владели равными участками государственной земли с прикрепленными к ним илотами, сами занимались главным образом военным делом. Ремесло и торговля находились в руках периэков.
Спарта — классический образец полиса с олигархическим государственным строем; государственные дела решала герусия, затем коллегия эфоров. С древнейших времен в Спарте одновременно правили две царские династии, которые нередко соперничали и враждовали между собой.
Цари, возводившие свой род к самому Гераклу, пользовались всеобщим почетом и уважением. Однако власть их была сильно ограничена законом. В военное время они выполняли функции военачальников, командовавших спартанской армией, в мирное время занимались судебными и религиозными делами. Оба царя входили в совет старейшин (вместе с ними он насчитывал тридцать человек) и принимали участие в его заседаниях, на которых решались практически все основные вопросы государственного управления.
Соперничество между Афинами и Спартой привело к Пелопоннесской войне 431-404 годов; победив в ней, Спарта утвердила свою гегемонию над Грецией. После поражения в войне с Фивами в 371 году при Левктрах и в 362 году при Мантинее Спарта превратилась во второстепенное государство. В 146 году Спарта подчинена Римом, в 27 году до н. э. вошла в римскую провинцию Ахайя.
Современная Спарта — город в Греции, на юге полуострова Пелопоннес, административный центр нома Лакония в долине р. Эвротас, основаная в 1834. Близ нее — руины древнего г. Спарта (остатки акрополя с храмом Афины, VI в. до н. э., святилищ, VII-V вв. до н. э., театра, I-II вв. н. э.
Цари Спарты, хронология
До 1103 до н.э. цари Лаконики
Гераклиды
1103 — 1101 до н.э. Аристодем
Агиады
1101 — 1059 до н.э. Эврисфен
1059 — 1058 до н.э. Агис I
1058 — 1023 до н.э. Эхестрат
1023 — 986 до н.э. Лабот
986 — 957 до н.э. Дорисс
957 — 913 до н.э. Агесилай I
913 — 853 до н.э. Архелай
853 — 813 до н.э. Телекл
813 — 776 до н.э. Алкамен
776 — кон.8 в. до н.э. Полидор
кон.8 в. — 685 до н.э. Эврикрат
ок.685 — 668 до н.э. Анаксандр
668 — 590 до н.э. Эврикратид
590 — 560 до н.э. Леонт
560 — 520 до н.э. Анаксандрид
520 — 490 до н.э. Клеомен I
490 — 480 до н.э. Леонид I
480 — 470 до н.э. Павсаний (регент)
480 — 459 до н.э. Плистарх
459 — 445 до н.э. Плистоанакт I
445 — 426 до н.э. Павсаний I
426 — 409 до н.э. Плистоанакт I
409 — 395 до н.э. Павсаний I
395 — 380 до н.э. Агесиполид I
380 — 371 до н.э. Клеомброт I
371 — 370 до н.э. Агесиполид II
370 — 309 до н.э. Клеомен II
309 — 265 до н.э. Арей I
265 — 262 до н.э. Акротат
262 — 254 до н.э. Арей II
254 — 243 до н.э. Леонид II
243 — 241 до н.э. Клеомброт II
241 — 235 до н.э. Леонид II
235 — 227 до н.э. Клеомен III
227 — 221 до н.э. Эвклид
В 221 — 219 до н.э. республика
219 — 215 до н.э. Агесиполид III
Эврипониды
1101 — сер.11 в. до н.э. Прокл
2-я пол.11 в. до н.э. Сой
10 в. до н.э. Эврипонт
10 в. до н.э. Пританид
10 в. до н.э. Эвном
9 в. до н.э. Полидект
9 в. до н.э. Ликург I
9 в. до н.э. Харилай
кон.9 в. — 770 до н.э. Никандр
ок.770 — 720 до н.э. Феопомп
720 — нач.7 в. до н.э. Зевксидам
1-я пол.7 в. до н.э. Анаксидам
2-я пол.7 в. до н.э. Архидам I
кон.7 в. — 550 до н.э. Агасикл
550 — 515 до н.э. Аристон
515 — 491 до н.э. Демарат
491 — 469 до н.э. Леонтихид I
469 — 427 до н.э. Архидам II
427 — 399 до н.э. Агис II
399 до н.э. Леонтихид II
399 — 360 до н.э. Агиселай II
360 — 338 до н.э. Архидам III
338 — 331 до н.э. Агис III
331 — 305 до н.э. Эвдамид I
305 — 275 до н.э. Архидам IV
275 — 244 до н.э. Эвдамид II
244 — 241 до н.э. Агис IV
241 — 228 до н.э. Эвдамид III
228 — 227 до н.э. Архидам IV
В 221 — 219 до н.э. республика
219 — 212 до н.э. Ликург II
212 — 200 до н.э. Пелоп
211 — 207 до н.э. Маханид (тиран)
207 — 192 до н.э. Набис (тиран)
192 до н.э. Лаконик
В 192 — 146 до н.э. республика
С 146 до н.э. Спарта завоевана Римской республикой